Сестра поменяла планы, а перед мамой выставила виноватой меня

Я живу с мужем и детьми в одном городе, младшая сестра Ксюша — в другом, а мама осталась в нашем родном, одна.

Мама у нас молодец, не ноет, живёт сама по себе, но мечта у неё одна: чтобы хоть одна из дочек перебралась поближе. Созваниваемся мы регулярно, и в каждом разговоре она нет-нет да и ввернёт: вот бы вы рядышком, вот бы по выходным забегали. У меня тут семья, работа, дети в школе, мне сниматься с места тяжело. А вот Ксюша давно была как перелётная птица: то работа не нравится, то съёмная квартира надоела, то дорого всё.

Несколько месяцев назад она всерьёз заговорила про переезд домой. Мол, там жизнь дешевле, да и мама рядом, не чужой город. Мама как услышала — расцвела вся. Сразу: переезжай ко мне, поживёшь, пока квартиру не подыщешь, комнату тебе освобожу, я и так одна в трёх комнатах болтаюсь.

Ксюша загорелась, стала вакансии смотреть, прикидывать зарплаты. Мама уже, по-моему, мысленно шторы в её комнату выбирала. Мне в те недели звонила счастливая, всё рассказывала, как они с Ксюшей по выходным будут на рынок ходить, пироги печь. Я радовалась за них, мама не одна будет, да и сестре полегче станет.

А потом у Ксюши на работе всё поменялось. Предложили повышение, зарплату подняли прилично, дали какой-то интересный проект, за который она давно хотела взяться. И она, конечно, решила остаться. Что, в общем, логично, я её понимаю.

Первой она позвонила мне.

— Юль, короче, остаюсь. Повышение дали, грех отказываться.

— Ну и правильно, — говорю. — Чего кидаться. Я за тебя рада.

— Да я тоже за себя рада. Только как теперь маме сказать? Она же вся в этих планах, комнату готовит. Расстроится ужасно.

— Скажи как есть, — говорю. — Расстроится, конечно. Но ты взрослая, тебе решать, где жить и работать. Мама поймёт, не маленькая.

На том и разошлись. Я ещё подумала — ну, дело житейское, сейчас позвонит маме, повздыхают и успокоятся.

Через несколько дней звонит мама. И голос такой, что я сразу напряглась.

— Юля, я от тебя такого не ожидала.

— Мам, ты о чём?

— О том самом. Ксюша рассказала, почему не приедет. Это ты её отговорила! Сказала ей, что в родном городе делать нечего, что со мной под одной крышей она жить не сможет, что взрослым детям с родителями жить не надо, чтоб отношения не портить.

Я аж села, где стояла. Я такого не то что не говорила — я про это даже не думала никогда.

— Мам, да откуда это? Я ей такого никогда не говорила! Мы уже не в том возрасте, чтобы я её жизни учила.

— Не выгораживай себя, — отрезала мама. — Ксения сама призналась, как сильно на неё твои слова повлияли. Вот зачем ты влезла?!

Меня затрясло прямо с телефоном в руке. Не на маму я злилась — на Ксюшу. Она, оказывается, чтобы саму себя выгородить, свалила всё на меня. Выставила так, будто это злая старшая сестра накрутила бедную младшую.

Я тут же набрала Ксюшу.

— Ты маме что наговорила? Почему выходит, что это я тебя отговорила?

Она помялась, поотнекивалась, а потом созналась.

— Юль, ну не смогла я маме признаться. Но и промолчать не могла, надо было что-то придумать, вот я и решила, что так будет легче.

— Легче?! — не выдержала я. — Ты вообще слышишь себя? Теперь мама думает, что я специально тебя от неё отваживаю! Ты своё спокойствие купила за мой счёт!

— Да ладно тебе, не устраивай драму, — отмахнулась Ксюша. — Ну забудется со временем. Мама поворчит и перестанет.

Для неё это, значит, мелочь. А то, что мама теперь меня вселенским злом считает, это её не касается. Главная Ксюшенька свой зад прикрыла. Легче уж показаться маме ведомой и бесхребетной, мол, какой с меня спрос, чем объяснить изменившиеся обстоятельства. 

— Ксюш, — говорю, — ты позвонишь маме и скажешь правду. Что дело в работе, а я тут ни при чём.

— Не буду я звонить. Я уже и так из-за этого извелась вся. Хватит, не хочу больше это обсуждать. Всё уже сказано, просто переживём этот неприятный момент и всё.

Вот так. Наврала, подставила меня, а исправлять — нет, устала она.

Я дала ей день. Сказала: подумай, позвони маме, объясни по-человечески, я подожду. Прошёл день. Ксюша не позвонила. Я проверила — мама всё так же уверена, что я виновата.

Тогда я позвонила маме сама и рассказала как было. Что никого я не отговаривала, что Ксюше дали повышение и она сама решила остаться, а на меня свалила, потому что ей так проще, сказать правду она не решилась.

Мама, конечно, растерялась. Перезвонила Ксюше. Та начала юлить, но мама её не первый день знает, так что допыталась правды. Сестре пришлось признаться в обмане. 

А потом Ксюша позвонила мне. И вместо «прости» выдала:

— Спасибо тебе большое. Устроила семейную драму на пустом месте! Вот что тебе стоило просто промолчать?

Я даже не сразу нашлась, что ответить, — такой наглости я от неё не ждала.

— Ксюш, драму устроила ты сама, когда наврала. И когда отказалась это исправлять. Я тебе целый день давала. Я что, должна была и дальше ходить виноватой за то, чего не делала?

— Всё с тобой ясно, — процедила она. — Больше никогда ничего личного тебе не расскажу.

И положила трубку.

Прошло недели две. С Ксюшей мы не разговариваем. Мама теперь, наоборот, звонит мне чаще, извиняется, что во мне до последнего сомневалась. Говорит, стыдно ей, что на меня нехорошо подумала, ночь потом не спала. Я ей говорю: мам, да ладно, ты не виновата, тебе же дочь родная так преподнесла, как не поверить. Главное, разобрались. 

А Ксюша дуется. Ну и пусть её. Я не нанималась быть громоотводом для её вранья. Расстроить маму ей было страшно, а подставить сестру — запросто. И обиднее всего даже не само враньё. А то, что исправить его одним звонком ей было лень, лишь бы самой не поёжиться лишний раз перед мамой. Четвёртый десяток девице, а она всё такими глупостями занимается!