Сестре-кукушке, сколько ей шансов ни давай, измениться не суждено

истории читателей
24-02-2024

Моя младшая сестра Диана человек непутевый. Нет, открыто и прямо асоциальный образ жизни она не ведет.

Вроде и на работу ходит, и с соседями здоровается, и семью не забывает, а все равно тащит ее постоянно не в те стороны.

Замуж сестра так и не вышла, образование толком не получила. Все пыжилась, пыталась из себя кого-то корчить. Я, мол, творческая личность, художник, богема. Это Дианка про свои попытки окончить художественное училище.

То, что у сеструхи в друзьях кучка дармоедов и бездельников, мне стало сразу понятно. Все нормальные люди уже перебесились и начали налаживать обычную взрослую жизнь, ходить на работу и строить семьи.

И только Диана и ее так называемые друзья все витали в облаках и строили воздушные замки. В такой-то обстановке сестра и родила дочку Полину.

Без мужа, без денег, без работы. Дитя любви и солнца, как называла ребенка сестра, к огромному Дианкиному удивлению, постоянно требовало пить, есть, а также одеваться в приличные вещи.

Полюшке было всего три, когда стало окончательно ясно, что сестра никудышная мать. И я в очередной раз решила впрячься и помочь.

Стала брать племяшку на выходные, перевела ее в садик, куда ходил мой сын Дениска. Приходила к Дианке, готовила для Поли обеды. Стирала одежду, покупала новую, следила, чтобы ребенок всегда был одет по погоде.

Потом началась школа. Я сделала ремонт и организовала для Полинки отдельный уголок в комнате Дениски.

Дети сильно сдружились, да и племянница почти не уходила теперь домой. Сестра жизнью дочери, конечно, интересовалась. Но больше для вида.

Ограничивалась стандартными вопросами «Ну как там Полина?» и тут же отвлекалась на свои дела. Деньгами Диана тоже особо не помогала.

Несколько раз давала по тысяче, чем смешила меня до колик. Родители поймут и подтвердят, что тысяча рублей раз в квартал на растущего ребенка это просто издевательство.

Так прошло много лет. Сейчас Полинке шестнадцать, она постоянно живет у нас и о матери вспоминает крайне редко. Знает, что у нее есть биологическая мамаша, но ею не интересуется, поскольку не видит встречного интереса.

Сестра наконец перебесилась. Бросила свои мечты о карьере художника. Непутевая компания распалась сама собой. Кто-то сгинул от пагубных привычек, другие взяли себя в руки и начали жить нормальной жизнью.

Диана теперь работает кассиром в магазине и внезапно стала проявлять большой интерес к дочери. Вспомнила, называется, кукушка, что сто лет назад кукушат родила.

Недавно сеструха приперлась ко мне, пока дети были в школе.

— Ты знаешь, мне так одиноко. Я бы хотела вернуть Полину. Пусть живет со мной. Все-таки я ее мать, — протянула Диана, невинно хлопая на меня глазками.

Я чуть не упала. Кто-кто ты, спрашиваю, мать.

— Да неужели ты об этом вспомнила, всего-то шестнадцать лет прошло! — закричала я. — И как ты себе это представляешь?

Сеструха не дрогнула. Очень, говорит, просто. Полина просто переедет ко мне жить, и все тут.

— А как ты с ней собираешься жить, о чем вы будете разговаривать? Мать не та, чьем имя стоит в свидетельстве о рождении. А та, кто ночью у кроватки сидит, кто уроки по вечерам делает и в школу по темноте зимой отводит, — сказала я.

Ишь, какая у меня сестренка умница. Пеленки, колики, зубы, кризисы первых лет. Все пропустила благополучно, занималась собой, пока я корячилась и обоих детей поднимала. А теперь подавайте ей дочь!

Сестра уперлась рогом. Я, мол, имею право. Тут как раз и дети из школы вернулись. Давай, спрашиваю сестренку, спросим Полиночку, хочет ли она вообще с тобой жить.

Племянница, разумеется, услышав вопрос, выкатила на нас глаза. Вы что, говорит, сдурели, никуда я отсюда не пойду.

— А ты иди домой и больше не приходи сюда, — добавила Поля, прямо глядя на мать.

Сестра аж охнула. Ты, говорит, нарочно мою дочку против меня настроила.

Ну да, ну да, отвечаю. Все эти долгие годы старалась, пела девочке в уши, что мать ее дрянь.

А что сама мать и носа не кажет к дочке, так это ребенок не видит, конечно.

— Ты хоть раз дочь с днем рождения нормально поздравила? Тебе же всегда некогда было, ни единого разочка не пришла! — накинулась я на Диану.

Та начала мямлить что-то про то, что у нее дела были. Знаю я твои дела, говорю. Ухажеры и веселые праздники. Что, теперь ты никому не нужна, вот и маешься дурью, спрашиваю.

Сестра слезу пустила, начала умолять дать ей второй шанс. Я, мол, теперь другой человек, хочу начать жизнь с чистого листа.

Я сначала усмехнулась, а потом думаю, что ж, сестра все-таки, не чужая. Вдруг и правда решила измениться и стать хорошей матерью.

Полина со скрипом, но начала с Дианкой общаться. Но на большее сестру, как я и думала, не хватило. Нет, она, конечно, звонит почаще, чем раньше. Но не торопится менять что-то в своей жизни. 

Воз, как говорится, и ныне там. Полинка по-прежнему у меня живет. К матери если и заходит, то на минутку. Сестру, по-моему, такой вариант более чем устраивает. 

Вот такая у нас басня про рака, лебедя и щуку получается.

В рубрике "Мнение читателей" публикуются материалы от читателей.