Сломанная стиральная машинка спасла нашу семейную жизнь

Стиральная машинка ломается в самый неподходящий момент. Конечно, можно сказать, что любой момент для поломки техники неподходящий, но за два дня до зарплаты, когда на карте осталось всего полторы тысячи – это просто издевательство судьбы.

Пробую разные кнопки, дергаю за ручку, даже молюсь каким-то неведомым богам стиральных машин. Ничего. Мертва, как надежда на отпуск этим летом.

Гора грязного белья смотрит на меня с немым укором. Детские футболки, школьная форма Димки, пеленки Алисы – всё требует срочной стирки. Муж уже неделю спрашивает, где его любимая рубашка, а я каждый раз обещаю постирать.

Вздыхаю и звоню Артёму.

– Машинка сломалась, – говорю вместо приветствия.

– И тебе добрый день, Наташа, – в его голосе слышна улыбка. – Что случилось? Не крутит?

– Вообще не включается. И там целая гора белья. Димке в школу не в чем ходить.

– Ладно, гляну вечером. Может, что-то простое.

Артём возвращается с работы поздно, уставший. Долго возится с машинкой, вытаскивает какие-то детали, матерится себе под нос. Потом выносит вердикт:

– Накрылся модуль управления. Надо новый покупать или в ремонт везти.

– И сколько это будет стоить? – внутренне готовлюсь к удару.

– Тысяч восемь-девять, если повезет.

Опускаюсь на табуретку, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Восемь тысяч. Сейчас, когда мы считаем буквально каждую копейку.

– Может, в кредит новую взять? – предлагает муж.

– Какой еще кредит? – смотрю на него как на сумасшедшего. – У нас ипотека, кредит за твою машину и кредитка почти под завязку. Куда еще?

Артём пожимает плечами:

– Ну тогда стирай руками, пока деньги не появятся. Что я могу сделать?

Ночью долго не могу уснуть. Мысли крутятся как белье в исправной стиральной машинке. Где взять деньги? Может, родителей попросить? Стыдно. В прошлом месяце уже занимала на лекарства для Алисы. Или друзьям позвонить? Тоже неудобно – все знают, что у нас двое детей и постоянные финансовые проблемы.

Утром, собирая Димку в школу, вспоминаю про заначку. Пять тысяч, которые я отложила на зимние ботинки для сына. До зимы еще далеко, а стиральная машинка нужна сейчас.

– Мам, а почему у меня футболка грязная? – Димка морщит нос, рассматривая пятно на рукаве.

– Машинка сломалась, сынок. Придется так походить, пока не починим.

Отправляю ребенка в школу и сажусь считать деньги. Пять тысяч из заначки, полторы на карте... Еще не хватает. Может, что-то продать?

Взгляд падает на планшет Артёма. Дорогущий, с кучей функций, которыми он практически не пользуется. Купил три месяца назад, выложив тридцать тысяч – почти всю премию.

– Это инвестиция в себя, – сказал тогда. – Буду на нем работать, проекты рисовать.

Открыл его раза три. Теперь планшет валяется в гостиной, собирая пыль.

Вечером, когда Артём возвращается с работы, предлагаю продать планшет.

– Ты что, совсем? – он смотрит на меня как на врага народа. – Это моя вещь!

– Которой ты не пользуешься, – стараюсь говорить спокойно. – Мы можем купить стиральную машинку и еще останется.

– Я его на работу ношу!

– Когда? За три месяца ни разу не взял.

Артём хмурится, отворачивается.

– Что ты предлагаешь? Продавать наши вещи каждый раз, когда что-то ломается?

– Я предлагаю подумать о приоритетах. Стиральная машинка нужна всей семье. Твой планшет нужен только тебе, и то теоретически.

– А может, нам продать твои серьги? – неожиданно предлагает он. – Те, что тебе мама на день рождения подарила?

Задыхаюсь от возмущения:

– Серьги за четыре тысячи? Которые я ношу постоянно? Серьезно?

– А чем мой планшет хуже?

– Тем, что он стоит тридцатку и лежит без дела! – мой голос срывается на крик.

Алиса просыпается и начинает плакать. Иду к ней, пытаясь успокоиться. Прижимаю дочь к груди, шепчу ей что-то ласковое. Внутри все кипит.

Когда возвращаюсь, Артём сидит перед телевизором, листая что-то в телефоне.

– Я нашел ремонтную мастерскую, – говорит не глядя на меня. – Там модуль стоит дешевле. Шесть тысяч с установкой.

– У нас нет шести тысяч, – напоминаю устало.

– Я попрошу у шефа аванс, – пожимает плечами. – И планшет продавать не придется.

Молчу. Не верю, что он действительно попросит аванс. Три года на этой работе – ни разу не просил, считал ниже своего достоинства.

На следующий день машинка все еще стоит мертвым грузом. Вечером тащу белье к соседке, упрашиваю дать постирать хотя бы детские вещи.

– Да без проблем, – улыбается Вера. – Давай еще своего кинешь. Что у вас случилось?

Рассказываю. Она сочувственно кивает:

– У меня так холодильник накрылся, когда Светка маленькая была. Тоже не знала, где деньги взять.

– И как решили?

– Муж рыбалку продал. Свою любимую удочку и снасти.

Представляю, как Артём продает что-то свое ради семьи, и чуть не смеюсь вслух. Скорее луна упадет на землю.

Дома нахожу его склонившимся над стиральной машинкой. Вокруг инструменты, какие-то детали.

– Что ты делаешь?

– Пытаюсь починить, – отвечает, не поднимая головы. – Посмотрел видео.

Смотрю с недоверием. Артём и ремонт – вещи несовместимые. Обычно, если что-то ломается, он сразу вызывает мастера.

– А аванс? – спрашиваю осторожно.

– Не дали, – бросает коротко. – Сказали, подожди до зарплаты.

Вздыхаю и иду укладывать детей. Когда возвращаюсь, Артём сидит за компьютером, что-то быстро печатает.

– Я выставил планшет на продажу, – говорит, не оборачиваясь. – Двадцать пять тысяч. Уже три человека заинтересовались.

Застываю на месте, не веря своим ушам.

– Ты серьезно?

– Да. Ты права, я им не пользуюсь. А машинка нужнее.

Подхожу и обнимаю его сзади, утыкаюсь носом в шею.

– Спасибо.

– Не за что, – он поворачивается и смотрит мне в глаза. – Знаешь, мне кажется, нам нужно серьезно поговорить о деньгах. О том, как мы их тратим. О приоритетах.

Киваю, чувствуя, как глаза наполняются слезами облегчения.

– Обязательно поговорим. Прямо завтра.

На следующий день Артём продает планшет за двадцать три тысячи. Мы покупаем новый модуль для стиральной машинки, а остальные деньги решаем отложить на непредвиденные расходы.

Пока мастер устанавливает деталь, мы сидим на кухне и составляем семейный бюджет. Впервые за три года совместной жизни. С цифрами, графиками и категориями расходов.