Согласилась сделать прически на свадьбу родственницы и чуть не стала бесплатным парикмахером
«И черт меня дернул выучиться на парикмахера!» – ругала я себя, когда закрывала салон красоты в семь вечера. Снова уходила самой последней. Но и дома вряд ли получится отдохнуть. Завтра выходит замуж моя племянница. Значит, будет бессонная ночь. Список желающих сделать укладку перед свадьбой уже насчитывает пять человек.
– Злата, ну ты где вообще? Мы тут у подъезда топчемся столько времени! – раздраженный тон сестры передавался даже через телефон.
На заднем фоне уже щебетала племянница. Что-то о покраске волос. Она же невеста - у нее должно быть всё идеально.
– Мы договорились на восемь вечера, Ира, – напомнила сестре. – Я только что вышла с работы. Минут через двадцать буду.
– Тетя Злата, ну наконец-то! – родственницы меня встретили у подъезда с легким раздражением.
Пока поднимались на лифте в квартиру, у меня начала болеть голова от их болтовни.
– Вот такой цвет хочу! – тыкала мне в лицо племянница, демонстрируя фотографии. – Мне будет к лицу.
– Дашунь, это сложная техника, – озвучила племяннице вердикт. – В моем салоне такая услуга стоит двадцать две тысячи.
– Ну мы же родственники! – засмеялась будущая невеста.
Дома только чай заварила, пришлось перекусывать на бегу. Пока краску развела, пока обговорили с племянницей ее пожелания…
– Хочу гладкий пучок завтра и небольшие пряди у лица! – сказала Даша, когда я закрепила накидку вокруг ее шеи. – И мои подружки придут к восьми утра. Им тоже нужно помочь с укладкой.
– Сделаю, – вдохнула побольше воздуха и приступила к работе.Я иногда выезжаю на сборы невесты, но только за деньги. Это всегда рано, всегда суматошно и всегда дорого. А сегодня придется поработать бесплатно.
Ира с дочерью уехали от меня только после полуночи. Даша все трогала волосы руками и любовалась цветом. Сестра придирчиво оглядывала свою стрижку в зеркале. Но вроде обе остались довольны. Я еще полчаса мыла инструменты и убирала туалетный столик. Только потом легла спать. Будильник должен был прозвенеть в семь утра.
Но меня разбудили в шесть! Звонила наша тетя Люба, которую я не видела уже лет восемь точно. Последний раз с ней общались на похоронах родителей, а потом тишина. Я даже не сразу поняла, кто звонит.– Злата, ты еще в постели что ли? Такой день, а она дрыхнет! – скрипучий голос раздражал нервы. – Мне надо сделать укладку, скоро приеду. И седину закрасить, краска у меня с собой.
Пришлось ее резко оборвать. Во-первых, я помогаю со сборами только сестре, невесте и ее подружкам. Больше никого не буду причесывать, красить и приводить в божеский вид.
– Да я тебя всё детство… – послышался гневный голос, а потом я положила трубку.
В восемь утра я была уже на месте с кучей сумок и разных принадлежностей.
– Тетя Злата, ты просто волшебница! – восхищалась племянница, когда я делала укладку ее подружкам.
Сдержанно благодарила, хотя мечтала только об одном – чтобы эти сборы наконец закончились. Уже не хотелось ни свадьбы, ни вкусного ужина, ни веселья с родными. Только спать.
В десять утра в дверь позвонили. На пороге стояла тетя Люба собственной персоной. Как она вообще в подъезд попала, ведь тут домофон!
– Златочка, я краску привезла! – с широкой улыбкой произнесла родственница.В квартире сразу стало очень тихо. Даже невеста обалдела, потому что я вносила последние штрихи в ее прическу.
– Тетя Люба, нам выезжать через час, – быстрее всего пришла в себя моя сестра. – Злата не успеет вас ни покрасить, ни причесать. Она сама еще не собралась!
Дальнейшие разборки я пропустила. Нужно было доделать разные мелочи. А Ира у меня молодец. Не знаю, что она сказала тете Любе с ее краской, но через пятнадцать минут родственницы в квартире не оказалось.
Следующие пять часов я помню с трудом. Поездка до ЗАГСа, торжественная церемония, покатушки по памятным местам в городе. Вот последнее я точно проспала, потому что предпочла остаться в машине, а не скакать перед фотографом.
В ресторане улыбалась из последних сил. До этого я проработала в салоне три дня подряд, вчера вечером занималась невестой и ее мамой, сегодня - бесконечные укладки.
Но тетя Люба меня всё-таки нашла.
– Злата, ты от меня прячешься что ли? – угрожающе произнесла она, присаживаясь рядом.
А потом начались привычные вопросы.
– Ты завтра до скольки работаешь? Мне надо волосы покрасить! – слова звучали не как просьба, а как жесткий ультиматум.
– У меня завтра выходной, тетя Люба, – мило улыбнулась я, уже зная, что за этим последует. – Запишитесь в салон на вторник, я там буду.
Но родственница не хотела тратить кучу денег на поход в салон. Она хотела покраску на дому. Никакой оплаты – мы же родственники! Я посмотрела на тетю Любу долгим взглядом. Неужели она и правда думает, что теперь у нее есть личный бесплатный парикмахер?
– Только по записи. Я на дому не принимаю! – вежливо ответила я ей.
Тетя Люба обиделась и отошла от меня, злобно поглядывая через плечо. Сейчас пойдет рассказывать всем вокруг, как ее смертельно оскорбили. Ну ничего! Пусть все знают, что на моей шее бесплатно не поездишь: у меня есть работа, есть клиенты, которые платят деньги. Я не могу всю родню обслуживать бесплатно.
Комментарии