Свекровь оставляет под моими фотографиями ядовитые комментарии и делает вид, что в этом нет ничего такого

Когда я добавила свекровь Валентину Ивановну в друзья в социальных сетях год назад, мне казалось, что это хороший способ поддерживать связь. Мы с мужем Артёмом живём в другом городе, видимся с его матерью нечасто, и я наивно полагала, что общение онлайн сблизит нас.

Первые недели всё было тихо. Валентина Ивановна ставила лайки под моими фотографиями и изредка писала нейтральные комментарии вроде «Красиво» или «Хорошо выглядите». Я радовалась, что свекровь проявляет интерес к нашей жизни.

Но потом началось то, что я называю про себя «терроризмом в комментариях». Валентина Ивановна открыла в себе талант к пассивной агрессии и решила практиковать его публично под каждым моим постом.

Первый звоночек прозвенел, когда я выложила фотографию с ужина в ресторане. Мы с Артёмом отмечали годовщину свадьбы, и я была в красивом платье с бокалом вина. Фото получилось атмосферным, друзья накидали кучу комплиментов и лайков.

Валентина Ивановна написала так, что весь мой позитив испарился.

«Как хорошо, что у вас есть деньги на рестораны! А то я тут на пенсии экономлю на всём, макароны ем третий день подряд. Но ничего, я рада, что вы веселитесь!»

Я перечитала комментарий три раза, пытаясь понять, показалось ли мне. Нет, не показалось. Это была классическая пассивная агрессия с намёком на то, что мы транжирим деньги, пока она бедствует.

Артём отмахнулся, когда я показала ему.

— Мама просто пошутила. Не принимай близко к сердцу.

— Это не шутка! Это публичное обвинение в том, что мы её не содержим!

— Алёна, ты преувеличиваешь. Мама всегда была склонна к драматизму.

Через неделю я выложила селфи после салона красоты. Новая стрижка и лёгкий макияж, чувствовала себя королевой. Друзья писали комплименты, всё было прекрасно до момента, когда появился комментарий свекрови.

«Волосы покрасила? Интересный оттенок, непривычный. Но если тебе нравится! Главное, чтобы Артёму нравилось, хотя он всегда любил естественную красоту без всяких там окрашиваний и макияжей».

Я сжала кулаки так сильно, что побелели костяшки пальцев. Во-первых, я не красила волосы, а просто подстриглась. Во-вторых, намёк на то, что Артёму не нравится мой внешний вид, был откровенным подколом. В-третьих, упоминание «естественной красоты» прозвучало как обвинение в вульгарности.

Я позвонила мужу на работу.

— Твоя мать снова! Прочитай, что она написала!

Артём прочитал и засмеялся.

— Ну мама же правда считает, что естественная красота лучше. Это её мнение.

— При чём тут её мнение? Она публично намекает, что тебе не нравится, как я выгляжу!

— Алёночка, не накручивай себя. Удали комментарий, если он тебя смущает.

Но удалять я не стала. Мне казалось, что это будет выглядеть как признание поражения.

Апогея ситуация достигла месяц назад, когда я выложила фото нашей новой кухни после ремонта. Мы с Артёмом полгода копили, выбирали мебель, делали всё своими руками. Я гордилась результатом и хотела поделиться радостью.

Валентина Ивановна не разочаровала.

«Какая современная кухня! Правда, для готовки она не очень удобная, слишком всё стерильное и непрактичное. Но вы, наверное, всё равно не готовите дома, вечно по ресторанам ходите! А столешница белая, это же кошмар для хозяйки, её каждый день отмывать надо. Хотя если есть время на социальные сети, то и на уборку найдётся!»

Я села и написала длинный гневный ответ, потом удалила его и написала новый. Потом удалила и его. В итоге просто заблокировала комментарии под постом.

Вечером позвонила Валентина Ивановна собственной персоной.

— Алёночка, милая, я заметила, что ты заблокировала комментарии под фото кухни. Что-то случилось?

— Валентина Ивановна, вы постоянно пишете неприятные вещи под моими постами. Это задевает меня.

— Неприятные? Я? Доченька, я же просто высказываю своё мнение! Разве нельзя свободно выражать мысли?

— Можно выражать мысли в личных сообщениях. Но вы делаете это публично, и ваши комментарии звучат как критика.

— Критика? Боже мой, какая чувствительность! Я всего лишь отметила, что белая столешница непрактична. Это же факт!

— Это не факт, это ваше мнение. И вы добавили, что мы не готовим дома и только по ресторанам ходим. Это неправда.

Валентина Ивановна вздохнула с таким видом, будто разговаривает с капризным ребёнком.

— Алёна, если ты так болезненно реагируешь на безобидные комментарии, может, тебе вообще не стоит выкладывать фотографии в интернет? Там же все могут написать что угодно.

Я почувствовала, как внутри закипает злость.

— Валентина Ивановна, разница в том, что от случайных людей я не жду поддержки. А от семьи жду. Ваши комментарии больше похожи на нападки, чем на участие.

— Ну ты и драматизируешь! 

Далее она попросила, чтобы я дала трубку ее сыну. Муж взял трубку и попытался сгладить ситуацию, но я была непреклонна. Либо Валентина Ивановна перестаёт писать пассивно-агрессивные комментарии, либо я удаляю её из друзей.

Артём вздохнул.

— Алён, это моя мама. Она всегда была такой. Просто игнорируй её комментарии.

— Игнорировать? Их видят все мои друзья! Они думают, что я плохая жена, которая не готовит, транжирит деньги и морит свекровь голодом!

— Никто так не думает. Все понимают, что мама преувеличивает.

— Артём, ты на чьей стороне? Своей матери, которая публично меня унижает, или своей жены?

Муж замялся, и я поняла, что разговор зашёл в тупик.

На следующий день я написала Валентине Ивановне в личные сообщения.

«Валентина Ивановна, я очень ценю ваше участие в нашей жизни. Но прошу впредь писать мне личные сообщения, если хотите что-то обсудить или высказать мнение. Публичные комментарии создают неловкую ситуацию».

Ответ пришёл через час.

«Алёночка, я и не знала, что так тебя задеваю! Конечно, буду писать в личку. Хотя, честно говоря, мне кажется, что ты слишком чувствительная. Но ладно, учту твои пожелания!»

Даже в извинении умудрилась вставить пассивную агрессию про чувствительность. Но я решила считать это маленькой победой.

Неделю Валентина Ивановна молчала под моими постами. Я уже начала расслабляться и думать, что проблема решена. Но вчера я выложила фото с подругой в кафе, и свекровь не удержалась.

«Как приятно видеть, что у тебя есть время на подруг! Артём, наверное, на работе с утра до ночи, а ты отдыхаешь. Молодец, надо уметь расслабляться!»

Я закрыла телефон и глубоко вздохнула. Потом открыла настройки, нашла имя Валентины Ивановны и нажала «Ограничить». Теперь она может видеть только те посты, которые я разрешу.

Артём вечером спросил с тревогой.

— Мама жалуется, что перестала видеть твои посты. Ты что-то сделала?

— Да, ограничила доступ. Твоя мама не может контролировать свои комментарии, поэтому я контролирую то, что она видит.

— Она обижена.

— Артём, я тоже была обижена целый год. Теперь моя очередь устанавливать границы.

Сегодня утром выложила фотографию завтрака, который приготовила сама. Идеальные сырники, свежие ягоды, красивая подача. Комментарии были полны восхищения, и ни одного слова от Валентины Ивановны.

Моя подруга Ксения написала под фото.

«Наконец-то спокойно можно полюбоваться твоим завтраком без комментариев про то, что сырники нужно было делать по-другому!»

Я рассмеялась и поставила лайк. Иногда защита личных границ это лучшее, что можно сделать для сохранения собственного душевного спокойствия и семейных отношений.