Свекровь попросила меня не говорить мужу, что идет на свидание
Первое свидание Тамары Ильиничны началось с того, что она пришла ко мне с двумя платьями и попросила выбрать, в каком меньше заметно, что ей шестьдесят четыре.
После смерти свекра прошло восемь лет. Я привыкла видеть ее в удобных брюках и кардиганах, а тут она стояла в прихожей, смущенно прижимая к себе платье, которое, кажется, не надевала много лет.
— Только Саше пока не говори, — попросила она, избегая моего взгляда. — Вдруг ничего не получится.
Я согласилась не рассказывать о ее личной жизни без разрешения, но сразу сказала, что придумывать ей поездки в поликлинику не стану.
Она кивнула, выбрала синее платье и попросила застегнуть молнию.
Саша заметил перемены и сначала обрадовался, решив, что мама наконец перестала грустить.
Потом увидел ее у метро с мужчиной.
Вечером муж приехал домой раздраженный и спросил, знала ли я.
Я ответила честно.
— И ты считала нормальным это скрывать? — с обидой спросил он.
— Она не обязана сообщать нам о каждом свидании.
Саша посмотрел на меня так, будто я сказала что-то непристойное.
— Да, и она все еще взрослый человек.
На следующий день он поехал к ней. Я позвонила вечером и услышала в трубке, как Тамара Ильинична старается не плакать.
Сын спросил, давно ли это продолжается, что за человек, не собирается ли он переезжать к ней. Потом увидел на кухне две чашки и потребовал объяснить, приводила ли она его домой.
— Я как девочка перед отцом стояла, — с унижением призналась свекровь. — И еще оправдывалась, что он только чай пил.
Я разозлилась и позвонила Саше, но он заявил, что беспокоится о матери и я не понимаю, сколько сейчас обманщиков.
Я предложила познакомиться с мужчиной.— Я не собираюсь сидеть за одним столом с тем, кто занял место отца, — резко ответил муж.
Только тогда я поняла, что дело не в опасениях за квартиру.
Через несколько дней свекровь вернула мне платье, которое я помогла укоротить. В пакете лежала и помада — случайно оставленная у нас перед свиданием.
— Я ему сказала, что пока не смогу встречаться, — тихо объяснила она.
Я спросила, сама ли она этого хочет.
Тамара Ильинична долго поправляла ручки пакета.
— У Саши никого ближе меня нет.
В тот вечер я впервые сказала мужу, что мне стыдно за его поступок.Он сразу же напомнил, как тяжело пережил смерть отца, как мать держалась только ради него. Я выслушала и спросила, сколько еще лет она должна прожить одна, чтобы он не почувствовал себя преданным.
Саша ушел спать в другую комнату.
Через два дня он поехал к матери снова. Я не знала, о чем они говорили, пока она сама не позвонила.
— Он попросил прощения, — осторожно сказала свекровь. — Но познакомиться пока не готов.
Она все-таки возобновила встречи. На этот раз не спрашивала нашего разрешения.
За столом было неловко. Муж отвечал коротко, внимательно следил за матерью, и я уже боялась, что все закончится плохо.
Потом Николай Петрович попросил передать хлеб и заметил, что у Саши руки совсем как у отца на фотографии в коридоре.
Муж поднял глаза. Свекровь замерла.
Они немного поговорили об отце, без попыток сменить тему. После обеда Саша сам помог Николаю Петровичу убрать со стола.
Близкими они не стали. Но недавно муж позвонил матери, услышал, что они собираются в театр, и не спросил, во сколько она вернется.
Просто пожелал хорошего вечера.
Комментарии