Свекровь считает, что карьера для женщины не нужна, и не забывает постоянно напоминать об этом
Сегодня я снова получила сообщение от свекрови. Очередное фото с какого-то семейного праздника, на котором нас не было. Подпись гласила: "Вот так мы отметили день рождения тёти Клавы. Жаль, что некоторым всегда некогда".
Я показала сообщение Даниилу, моему мужу. Он только вздохнул и продолжил читать книгу. Третий месяц я руковожу новым проектом, работаю допоздна, иногда и в выходные. И третий месяц Елена Петровна ведёт негласную войну против моей карьеры.
— Дань, ты мог бы хоть как-то отреагировать, — я присела на край дивана. — Это уже пятое пассивно-агрессивное сообщение за неделю.
— Ты знаешь мою маму, — он отложил книгу. — Она из старой школы. Для неё семья всегда на первом месте.
— А для меня нет? — я почувствовала, как внутри поднимается волна раздражения. — То, что я работаю, не значит, что мне плевать на семью.
Это был старый спор. Когда три месяца назад мне предложили возглавить важный проект с двойной зарплатой, я, конечно, согласилась. Мы с Даниилом мечтали о собственном доме, и эта работа приближала нас к цели. Но Елена Петровна восприняла новость в штыки.
— Мам, перестань, — попытался вмешаться Даниил. — Мы нормально справляемся.
— Я видела твою квартиру, — она поджала губы. — Это вы называете "справляемся"? А дети? Когда вы планируете детей? Пока Таня гоняется за карьерой, все твои одноклассники уже обзавелись семьями.
Даниилу тридцать два, мне двадцать девять. Мы женаты четыре года и пока сознательно откладываем рождение детей. Хотим сначала встать на ноги, купить жильё попросторнее нашей однушки. Елена Петровна этого не понимает или не хочет понимать.
— Может, нам стоит поговорить с ней вместе? — предложила я мужу — Объяснить, что это временно, что мы копим на дом...
— Не думаю, что это поможет, — он покачал головой. — Ты знаешь маму. Она всегда была домохозяйкой, для неё карьера женщины — это что-то из области фантастики.
— Но твоя сестра тоже работает, и ничего, — возразила я.
— Полина работает учительницей и приходит домой в три. Это для мамы приемлемо, — он улыбнулся.
Я промолчала. Не хотелось объяснять очевидное — что в нашем поколении мало кто может позволить себе жить на одну зарплату, особенно в большом городе. Что дом, о котором мы мечтаем, не купишь на скромную зарплату инженера, даже если он такой талантливый, как Даниил.
В субботу Елена Петровна пригласила нас на обед. "Семейное дело," — сказала она по телефону.Мы приехали, и я сразу почувствовала неладное. На столе лежали детские фотоальбомы, а свекровь начала разговор с подробного рассказа о том, как Даня в три года уже мечтал о большой семье.
— Он всегда говорил, что у него будет трое детей, — улыбнулась она, глядя на меня многозначительно. — И что он станет папой до тридцати.
Даниил нахмурился, а я почувствовала, как внутри всё закипает. Это было уже слишком. Откровенная попытка давить на нас, показывая, какими должны быть "правильные" приоритеты в жизни.
— Простите, мне нужно срочно ответить на звонок, — я встала из-за стола и вышла на балкон.
Через минуту там появился Даниил.
— Прости за этот цирк, — сказал он тихо. — Я не знал, что она всё это подготовила.
— Я так больше не могу, — прошептала я. — Или ты поговоришь с ней серьёзно, или...
Я не закончила фразу. Или что? Разведёмся? Перестанем общаться с его матерью? Ни то, ни другое не было решением.
Даниил кивнул и вернулся в комнату. Я услышала его голос — спокойный, но твёрдый:
— Мама, мы уходим. И мне нужно с тобой поговорить. Наедине.
О чем они разговаривали, я не знаю. Но Елена Петровна от меня отстала, надеюсь, так оно дальше и продолжится.
Комментарии 4
Добавление комментария
Комментарии