Свекровь уверена, что имеет право на часть нашего с мужем дохода

Сижу сейчас с калькулятором и подсчитываю расходы на адвоката. Никогда не думала, что мне придется защищаться в суде от собственной свекрови. Но Яна Ивановна решила по-крупному сыграть - подала на алименты. На своего собственного сына.

Началось все полгода назад. Свекровь считала дни до пенсии как школьник до каникул. Работала в муниципальной организации, вечно жаловалась на начальство, коллег, зарплату. "Вот выйду на пенсию, заживу наконец для себя", - повторяла она на каждой встрече.

Пенсионного возраста дождалась в мае. В тот же день написала заявление на увольнение, даже отрабатывать две недели не стала - взяла отпуск и больше на работу не появлялась. Радовалась как ребенок.

Первые месяцы все шло неплохо. Яна Ивановна путешествовала на дачу, ездила к подругам в другие города, записалась в какой-то клуб по интересам. Жила на накопления и пенсию. Мы с Сашей помогали продуктами, иногда деньгами давали на лекарства. Обычная история.

А в сентябре свекровь приехала к нам с серьезным лицом.

"Дети, нужно поговорить. Денег больше нет, пенсии не хватает. Буду жить на ваши средства."

Я сначала не поняла, что она имеет в виду. Подумала - просит помощи, будем помогать больше. Но Яна Ивановна объяснила подробнее.

"Мою пенсию я буду тратить на себя - на развлечения, подарки, поездки. А вот коммунальные платежи, продукты, лекарства, проездной - это ваша обязанность. Сын должен содержать мать."

Сашка чуть со стула не упал.

"Мам, ты чего? Мы готовы помогать, но содержать тебя полностью..."

"Саша, я тебя родила, воспитала, на ноги поставила. Теперь твоя очередь за мной ухаживать."

Логика железная, спору нет. Только есть маленькая деталь - Яна Ивановна здоровая женщина пятидесяти восьми лет, которая могла спокойно работать еще несколько лет. Но решила бросить работу и переложить свое содержание на нас.

Я попыталась мягко объяснить ситуацию:

"Яна Ивановна, мы не против помочь. Но у нас ипотека, мы сами планируем детей..."

"Ира, детей родите - я помогать буду. А пока что помогите мне. Справедливо же."

Справедливо. Мы работаем, зарабатываем, отдаем ей деньги, а она на пенсию развлекается. Очень справедливо.

Саша занял твердую позицию - помогать готов, содержать не будет. Мать здоровая, может подработать, если пенсии не хватает. Никто ее не заставлял увольняться в пятьдесят восемь лет.

Яна Ивановна сначала обиделась, потом стала давить на жалость. Рассказывала, как тяжело одной, как мало пенсия, как дорого все стоит. Саша сочувствовал, но позицию не менял.

Тогда свекровь перешла в атаку. Звонила каждый день, требовала денег на коммуналку. Жаловалась на пустой холодильник. Устраивала сцены, плакала, обвиняла сына в черствости.

"Я думала, ты вырос хорошим человеком, а ты эгоист. Мать бросаешь на произвол судьбы."

Саша нервничал, но держался. Предложил маме найти подработку, помочь с поиском работы. Яна Ивановна от таких предложений приходила в ярость.

"Я отработала тридцать пять лет! Имею право на отдых! А сын обязан меня содержать!"

Обязан. По ее мнению, обязан. По закону, кстати, тоже обязан, если мать нуждающаяся. Только Яна Ивановна нуждающейся не является. Пенсию получает, не болеет, работать может. Просто не хочет.

Месяц мы выдерживали ее натиск. Яна Ивановна приезжала, кричала, требовала, угрожала. Соседи уже косо смотрели, когда она в подъезде устраивала представления.

А потом свекровь объявила ультиматум.

"Если не будете содержать, подам в суд на алименты. Закон на моей стороне."

Саша не дрогнул.

"Подавай. Посмотрим, что суд решит."

И она подала. Получили повестку две недели назад. Яна Ивановна требует алименты в размере тридцати пяти тысяч рублей ежемесячно. Мотивирует тем, что нуждается в материальной помощи, а сын отказывается ее содержать.

Наняли адвоката. Дорого, но без него никак. Адвокат изучил дело, говорит - шансы у нас есть. Яна Ивановна получает пенсию, здорова, работать может. Алименты назначают, когда родитель действительно нуждается, а не когда ему хочется жить за чужой счет.

Но риск остается. Суды разные бывают, судьи тоже люди. Кто-то может решить, что сын обязан содержать мать, раз она пенсионерка.

Яна Ивановна тем временем развернула активную кампанию. Обзвонила всех родственников, рассказывает, какой у нее неблагодарный сын. Жалуется соседям, знакомым, всем, кто готов слушать. В ее версии мы жадные эгоисты, которые бросили бедную пожилую женщину.

Некоторые родственники даже поверили. Саша получает звонки от тетки из другого города - она возмущается, как можно мать в нищете держать. Пытается объяснить ситуацию, но тетка не слушает. Яна Ивановна уже все рассказала.

Самое неприятное - свекровь действительно стала экономить. Перестала покупать качественные продукты, отказалась от походов в театр, реже ездит на дачу. Создает видимость нужды. При этом пенсию копит, готовится к дальним поездкам после суда.

Саша переживает. Все-таки мать, как ни крути. Иногда ловлю его на мысли - а может, действительно стоит помочь? Но потом вспоминаю, что если сейчас поддадимся, Яна Ивановна сядет нам на шею окончательно. Сегодня алименты, завтра еще какие-то требования.

Да и принципиально неправильно. Женщина здоровая, работоспособная, но решила, что должна жить за наш счет. Мы не обязаны обеспечивать чужую лень и нежелание работать.

Суд через неделю. Адвокат настроен оптимистично, собрали документы, справки. Доказываем, что Яна Ивановна может работать, что пенсии хватает на базовые нужды, что она сама выбрала не работать.

Но нервничаю. Мало ли как повернется дело. Если проиграем, тридцать пять тысяч ежемесячно - это серьезный удар по бюджету. Ипотеку платить станет сложнее, о детях придется забыть на несколько лет.

Зато теперь точно знаю, что за свекровь у меня. Готова судиться с собственным сыном, лишь бы не работать. Требует содержания, как будто мы ей что-то должны за то, что она родила Сашу.

Посмотрим, что скажет суд.