Свекровь злят наши поездки и отдых, но сама ехать с нами она не хочет

Когда я впервые столкнулась со странной реакцией свекрови на наши семейные поездки, подумала, что это случайность. Мы с Игорем решили съездить на выходные на дачу к моим родителям, и я по-простому позвонила Тамаре Степановне, чтобы предупредить.

— Мы в субботу к моим поедем, вернёмся в воскресенье вечером, — сообщила я привычно.

В трубке повисла пауза, а потом свекровь холодным голосом ответила, что это очень хорошо, что мы так прекрасно проводим время, пока она одна сидит в четырёх стенах. Я растерялась от такой реакции и попыталась объяснить, что мы просто навестим моих родителей, но она уже положила трубку.

Вечером Игорь получил от матери длинное сообщение о том, как ей одиноко, как дети забывают о родителях, как она всю жизнь посвятила семье, а теперь никому не нужна. Муж вздохнул, сказал, что мама опять обиделась, и это пройдёт.

Но не прошло. Каждая наша поездка, будь то выходные на природе, отпуск на море или даже обычный поход в кино, вызывала у Тамары Степановны бурную негативную реакцию. Она не высказывала претензии в лицо, но Игорю регулярно приходили сообщения с упрёками в невнимании и забывчивости.

— Может, нам правда стоит чаще её навещать? — предположил муж после очередного обиженного звонка от матери.

— Игорь, мы были у неё три дня назад, — напомнила я. — Провели там целый вечер, ужинали вместе, разговаривали. Она не может требовать, чтобы мы отчитывались за каждый шаг.

Но свекровь, видимо, считала иначе. Однажды мы планировали поехать на выходные в соседний город на фестиваль. Я решила действовать на опережение и позвонила Тамаре Степановне с предложением поехать вместе.

— Мы в субботу едем на фестиваль народного творчества, там будет интересная программа, — рассказывала я максимально приветливо. — Поехали с нами, проведём время вместе.

— У меня дела, — отрезала свекровь. — Мне некогда по фестивалям ездить.

Хотя Тамаре Степановне было шестьдесят три года, и она находилась на заслуженном отдыхе уже второй год. Никаких срочных дел у неё обычно не было, большую часть времени она проводила дома, смотрела сериалы или занималась садом.

Мы поехали вдвоём с Игорем. Фестиваль был замечательным, мы отлично провели время, сделали много фотографий. Вечером я по привычке выложила несколько снимков в социальные сети.

На следующий день Игорю позвонила мать и устроила настоящий скандал. Кричала, что мы специально выставляем напоказ своё счастье, чтобы показать, как хорошо нам без неё. Что сын совсем забыл о матери, которая его вырастила в одиночку после смерти отца. Что я настраиваю Игоря против родной матери и разрушаю их отношения.

Муж пытался объяснить, что мы приглашали её с собой, но Тамара Степановна не слушала. Твердила, что это была формальность, что мы прекрасно знали, что она не поедет, и специально позвонили для галочки.

— Твоя мать сошла с ума, — выдохнула я после того, как Игорь рассказал о разговоре. — Мы приглашаем её, она отказывается, а потом обижается, что мы без неё куда-то поехали.

— Она просто одинокая, ей не хватает внимания, — попытался защитить мать муж.

— Игорь, мы уделяем ей достаточно внимания, — я почувствовала раздражение. — Приезжаем минимум два раза в неделю, звоним каждый день, приглашаем на все мероприятия. Что ещё нужно?

Следующий месяц я методично приглашала свекровь в каждую нашу поездку, даже самую незначительную. Собирались в торговый центр за покупками — звонила Тамаре Степановне с приглашением. Планировали съездить в театр — предлагала билет и для неё. Решили на выходные выбраться на пикник — приглашали присоединиться.

Каждый раз ответ был одинаковым. У неё дела, она занята, ей некогда, она устала, погода не подходит, спина болит, голова кружится. Отговорки менялись, суть оставалась прежней.

И каждый раз после наших поездок Игорь получал обиженные сообщения или звонки с упрёками в том, что мы бросили бедную одинокую женщину и весело проводим время без неё.

Апогея ситуация достигла, когда мы запланировали недельный отпуск на море. Я позвонила свекрови за месяц до поездки.

— Тамара Степановна, мы едем в августе на море на неделю, — начала я. — Хотели бы пригласить вас с нами. Оплатим вам билеты и проживание, будет очень приятно провести отпуск вместе.

— Не поеду я никуда, — привычно отказалась она. — Жара мне противопоказана, врач запретил на солнце находиться.

Хотя никаких медицинских противопоказаний у неё не было, она прекрасно проводила лето на даче под палящим солнцем, копаясь в грядках.

Мы улетели вдвоём с Игорем. Отпуск был замечательным, мы отдохнули, загорели, набрались сил. Я выкладывала фотографии с пляжа, из ресторанов, с экскурсий.

Вернувшись домой, обнаружили, что Тамара Степановна не отвечает на звонки Игоря. Когда мы приехали к ней, она устроила настоящую истерику. Кричала, что мы бросили её на целую неделю, что она могла умереть, и никто бы не узнал. Что сын променял мать на развлечения с женой.

— Мама, мы же приглашали тебя с нами, — устало говорил Игорь. — Ты сама отказалась.

— Вы знали, что я не могу ехать на море, — рыдала свекровь. — И специально пригласили, чтобы потом сказать, что я сама виновата.

Я стояла рядом и понимала, что логика здесь бессильна. Что бы мы ни делали, Тамара Степановна найдёт повод для обиды. Пригласим — скажет, что приглашение формальное. Не пригласим — обвинит в невнимании и забывчивости. Проведём с ней время — будет жаловаться, что мало. Уделим много внимания — начнёт придираться к мелочам.

Игорь пытался найти компромисс, но я устала от этой бесконечной игры в угадайку. Устала оправдываться за каждую поездку, чувствовать вину за то, что мы с мужем хотим провести время вдвоём.

— Нам нужно поговорить с твоей матерью серьёзно, — сказала я мужу вечером. — Объяснить, что мы взрослые люди, имеющие право на личную жизнь. Что мы готовы уделять ей внимание, но не будем отчитываться за каждый шаг.

Игорь согласился, но разговор не принёс результатов. Тамара Степановна обиделась ещё сильнее, обвинила меня в том, что я настраиваю сына против матери, и неделю не выходила на связь.

Сейчас ситуация не изменилась. Мы продолжаем приглашать свекровь на все мероприятия, она продолжает отказываться и обижаться. Я научилась не реагировать на упрёки и жить своей жизнью, не чувствуя вины за то, что хочу быть счастливой.