Сын оставляет жене целую квартиру после развода вместо половины. Но ей и этого мало

Мой сын явно сошел с ума. Только вот сам он этого не понимает. А я тщетно пытаюсь ему доказать, что он ведёт себя совершенно неправильно по отношению к самому себе. 

Короче говоря, пару месяцев назад мой сорокалетний сын сообщил мне, что разводится с женой. У меня не было относительно этого каких-то сильных эмоций – ни отрицательных, ни уж тем более положительных. К невестке я относилась всегда нормально, но общались мы по минимуму – я уверена, что именно это залог хороших отношений между невесткой и свекровью. 

И вот сын со своей женой прожили почти двенадцать лет и решили развестись. Стыдно признаться, но по вине моего сына – он изменил невестке с другой женщиной. 

– Нет, ну ты уже совсем с ума сошел. Что с тобой происходит? Кризис среднего возраста? – ругала я своего собственного сына. 

– Мама, я не знаю, что со мной произошло. Как будто бес попутал. Если бы я знал, к чему всё это приведет… Как жаль, что нельзя повернуть время вспять, – плакался мне сын. 

– А к чему, ты думал, это всё может привести? Да и вообще, если уж ты на это пошёл, будь добр, сделай так, чтобы жена никогда об этом не узнала. Господи, вот мужики пошли: всему вас учить нужно, – гневалась я. 

Но произошедшего уже было не изменить, развод должен был скоро состояться. Всё-таки моя невестка - в этом смысле уважающая себя женщина, и простить подобного не смогла. 

В бракоразводный процесс детей я изначально не лезла, тем более что там никаких спорных моментов быть не должно было. У сына с женой был общий ребенок, он оставался жить с матерью.

У каждого из супругов также было по машине, которые они приобретали до брака. Ну и общая квартира в ипотеке, приобретённая уже в браке – её предстояло поделить. Вроде как они решили её продать и разделить сумму пополам.

Но даже если бы сын отказался от квартиры, я была бы не против – всё-таки внучку я очень любила, а им с её матерью где-то надо было жить. 

Но как бы я ни старалась быть сторонним наблюдателем за процессом их развода, в какой-то момент мне пришлось подключиться. И я была в шоке от того, что услышала от собственного сына. 

Недавно он приехал ко мне, и я сразу почувствовала, что близится какой-то разговор. 

– Мама, мы тут решаем с Викой по поводу имущества. У меня к тебе есть одна просьба, – начал он. 

– Я тебя внимательно слушаю, – уже с ноткой подозрения ответила я. 

– Короче говоря, квартиру я решил всё-таки оставить им. Вика остается с ребёнком, а я как-нибудь разберусь. Зарплата у меня хорошая, сниму себе что-нибудь, не пропаду, – начал он. 

– Ну, решать тебе. В целом, это довольно благородный и мужской поступок. Как ни крути, семья распалась по твоей вине. Так что делай, как считаешь нужным, – честно ответила я сыну. 

– И ещё кое-что. Помнишь, вы с отцом говорили, что его квартиру подарите мне? Можно это сделать сейчас и переписать её на меня? – попросил сын. 

Мы с мужем и правда владели двумя квартирами. Та, в которой мы жили, после нашей смерти и так досталась бы сыну: он у нас один. А вторая квартира была в собственности у мужа, и мы её хотели в ближайшее время переписать на сына, официально совершить акт дарения.

Было бы ему подспорье не когда-нибудь в будущем, когда нас уже не будет, а сейчас. Только всё руки не доходили пойти и оформить документы. Но внутри семьи мы договорились, что на эту квартиру он как бы может рассчитывать. 

– Точно! Вот теперь меня уже бес попутал, совсем забыла. У тебя же есть квартира, не придется ничего снимать. Общую квартиру оставляй жене, а сам будешь жить в своей, – осенило меня. 

– Да нет, мам, Вика от неё половину требует. Хочет, чтобы я её продал и отдал ей половину, – выдал сын. 

– В смысле? А зачем ты должен это делать? Она ведь сейчас по сути не твоя, а папина, – изумленно ответила я. 

– Ну, скажем так, на словах-то вы мне её подарили ещё пару лет назад. Просто мы документы не оформили. Поэтому Вика считает, что всё это время она принадлежала уже нашей семье. Поэтому по закону половина должна остаться ей. А я с ней спорить не хочу, потому что чувствую себя очень виноватым. Пусть всё забирает, что хочет, – чуть ли не плача выдал сын. 

– Только через мой труп она получит половину этой квартиры. Ты что, совсем уже с катушек слетел? Твой отец горбатился полжизни, чтобы просто так отдать половину квартиры той, которая это потребовала? Ты меня знаешь: я справедливая, и даже не против того, чтобы вы не делили вашу квартиру, а ты просто ушел. Но не надо на шею садиться! Всё, что её по закону – у неё будет, и даже больше. На остальное может даже не рассчитывать, – подытожила я. 

Какое-то время мы с сыном ещё перекидывались упреками: он ни в какую не хотел меня слушать. А я не могла поверить, что это всё говорит мой здравомыслящий сын. Видимо, его психологическое состояние и правда пошатнулось на фоне всей этой ситуации. А жесточайшее чувство вины не позволяет трезво оценивать ситуацию. 

Да уж, хоть я и старалась не влезать всё это время в их отношения, в развод, видимо, влезть всё-таки придется. Не хочу, чтобы мой сын остался у разбитого корыта.