Сын решил, что может запретить мне брать фамилию нового мужа

На свадьбу мы собирались пригласить только самых близких. Без ведущего, конкурсов и огромного застолья: расписаться, пообедать в ресторане, вечером разойтись по домам.

Но скандал начался еще до подачи заявления. Сын увидел, что я собираюсь менять фамилию.

- Мам, зачем? Тебе своей мало?

Я подумала, что он переживает из-за документов.

- Разберусь. Это не так сложно.

- Я не про документы. Ты сорок лет с нашей фамилией живешь. Теперь она тебе не нужна?

С его отцом мы развелись двенадцать лет назад. Фамилию я тогда оставила из удобства: работа, бумаги, привычка. Никакого особого смысла в этом не было, пока не появился Егор.

Мы познакомились на экскурсии, потом стали встречаться. Несколько лет ездили друг к другу, присматривались, учились уживаться с чужими привычками. Егор сделал предложение без красивой сцены, за завтраком. Спросил, не надоело ли мне возить зубную щетку в сумке.

Я засмеялась и согласилась.

Мне хотелось взять его фамилию. Не доказывать что-то бывшему мужу, не начинать жизнь с чистого листа. Просто хотелось. Я впервые за много лет принимала такое решение потому, что оно радовало меня саму.

Миша воспринял все иначе.

- Папа как это должен понять?

- Как то, что я выхожу замуж.

- Ему и так неприятно. А ты еще демонстративно от фамилии отказываешься.

У бывшего мужа давно другая семья. Он поздравил меня коротким сообщением и попросил передать привет Егору. Но сын почему-то решил переживать за него с удвоенной силой.

Я пожаловалась дочери. Думала, Аня, которой уже сорок четыре, поймет, насколько странно все это звучит. Она сначала только вздохнула.

- Мам, ну оставь фамилию. Зачем тебе из-за этого отношения с Мишкой портить?

- То есть решение должно быть моим, пока оно всем удобно?

- Я просто не хочу, чтобы вы ругались перед свадьбой.

Получалось, все хотели мира, но обеспечить его следовало мне.

Миша приехал в воскресенье и привез старый семейный альбом. Сел рядом, начал показывать снимки: вот мы на даче, вот он маленький у меня на руках, вот Аня идет в школу.

Я рассматривала фотографии с удовольствием, пока сын не произнес:

- Неужели тебе ничего не жалко?

Меня так задело, что я даже не сразу нашлась с ответом.

- Миш, я фамилию меняю. Не детей.

- Для тебя, может, это мелочь.

- Для меня это моя свадьба. И я хотела бы обсуждать, рады ли вы за меня, а не заслужила ли я разрешение.

В этот момент вернулся Егор. Понял, что происходит, и попробовал смягчить разговор. Сказал, что для него фамилия не принципиальна, пусть будет так, как мне спокойнее.

Сын сразу ухватился:

- Вот видишь! Даже он не настаивает.

Я попросила Егора не спасать меня от собственного решения.

Наверное, впервые Миша услышал, как я говорю резко не только с ним. Он смутился, но отступать не захотел. Заявил, что в таком случае на свадьбе будет чувствовать себя чужим.

- Ты мой сын при любой фамилии. Если не придешь, я расстроюсь. Но заявление менять не стану.

После его ухода я расплакалась. Не потому, что засомневалась. Просто хотелось обычной радости, а вместо нее приходилось отстаивать право выйти замуж в шестьдесят семь лет.

Аня позвонила вечером. Я уже приготовилась к новым уговорам, но она сказала, что поговорила с братом.

- Спросила, почему он считал нормальным, когда его жена брала его фамилию. Он ответил: это другое.

- Конечно, другое. Его мама должна оставаться на своем месте.

- Мам, прости. Я тоже сначала только о том думала, как бы не было скандала.

На свадьбу Миша приехал. Поздравил Егора, подарил мне цветы, за столом держался спокойно. Только во время тоста ни разу не произнес мою новую фамилию, хотя остальные шутили, что я теперь к ней привыкаю.

Мы не устроили большого примирения. Сын до сих пор называет мой выбор ненужным упрямством, а я перестала его переубеждать.

Недавно он попросил прислать данные для билета: собираемся вместе к родственникам. Я отправила новый документ и немного волновалась, не начнет ли опять.

В ответ пришло: «Все, купил. Место у окна».

Я переслала сообщение Егору. Он улыбнулся, но ничего не сказал. И правильно сделал.