Сын с невесткой сошли с ума и отдали внучку на хоккей, а надо было — на танцы

Когда в семье рождается девочка, бабушка сразу рисует в голове определенные картинки. Банты, белые колготочки, утренники в костюме снежинки, музыкальная школа или, на худой конец, художественная гимнастика. 

Я мечтала, как буду водить Машеньку на балет, как мы будем выбирать ей первую пачку и пуанты.

Но у моего сына Павла и его жены Юли были, видимо, свои планы на воспитание. Или полное отсутствие здравого смысла. В минувшее воскресенье они приехали к нам на обед и с порога огорошили новостью.

— Мам, пап, поздравьте Машу! — сияя, сказал Паша. — Мы ее в секцию записали.

— Наконец-то! — обрадовалась я, вытирая руки полотенцем. — Куда? На народные танцы? Или в хор?

— На хоккей, — буднично ответил сын, помогая шестилетней дочери развязать шарф.

Я застыла с половником в руке. Мне показалось, я ослышалась.

— Куда? — На хоккей, бабуль! — радостно пискнула Маша, прыгая на одной ноге. — Как Ваня! Мне клюшку купят и шлем!

— Паша, это шутка? — я посмотрела на сына, надеясь увидеть улыбку. Но он был серьезен.

— Нет, мам. Она постоянно с Ванькой во дворе шайбу гоняла. У нее, кстати, отличный щелчок для ее возраста. Тренер посмотрел, сказал — берем, данные есть. Координация, скорость, характер боевой.

Я села на табуретку, потому что ноги меня держать отказались.

— Юля, — обратилась я к невестке, надеясь найти поддержку у женщины. — Ты-то куда смотрела? Это же девочка! Какой хоккей? Ты представляешь, что это такое? Это же травмы! Это синяки на пол-лица! А зубы? Вы хотите, чтобы она без передних зубов ходила? Она же будущая невеста, ей красота нужна!

Юля спокойно пожала плечами.

— Наталья Сергеевна, ну что вы драматизируете? Сейчас защита хорошая, шлемы надежные. Зубы целы будут. А синяки… Ну, у нее и так колени вечно сбиты, она же на месте не сидит. Зато спорт командный, дисциплинирует.

— Дисциплинирует балет! — отрезала я. — И осанку делает королевскую. А хоккей сделает из нее… мужика в юбке! Плечи будут как у грузчика, походка вразвалку. Вы о будущем ребенка думаете?

Тут вмешался мой муж, Николай. Он как раз дорезал хлеб.

— Да ладно тебе, Наташ. Пусть бегает. Спорт есть спорт. Сейчас женский хоккей популярен, вон, даже на Олимпиаде играют. Главное, чтобы ребенку нравилось. А то помнишь, как ты Пашку на скрипку водила? Он смычком фехтовал, пока ты не видела.

— Не сравнивай! — возмутилась я. — Мальчику спорт нужен любой. А девочка должна быть женственной.

Обед прошел в напряженной обстановке. Я смотрела на свою внучку — хрупкую, светловолосую, с ямочками на щеках. И представляла, как ее впечатывают в борт какой-нибудь стокилограммовый амбал (я понимала, что в шесть лет амбалов нет, но воображение рисовало страшные картины).

— Машенька, — зашла я с другой стороны, подкладывая ей пирожок. — А может, все-таки танцы? Красивые платья, музыка, сцена…

— Не хочу платья, — прошамкала Маша с набитым ртом. — Они колючие. И в танцах скучно, там просто ногу тянуть надо. А в хоккее — бабах! Гол! Мы с Ваней будем в одной команде, он сказал, что будет меня защищать.

— Вот именно! — подхватил Паша. — Ваня за нее горой. Им вместе веселее. К тому же, мам, лед — это закаливание. Иммунитет будет железный.

— У нее характер будет железный, а это для женщины — беда, — мрачно предрекла я.

После обеда они уехали, а я не находила себе места. Я позвонила подруге, пожаловалась. Она тоже в шоке. Говорит, у ее знакомых внучка на бокс пошла, так теперь к ней мальчики на пушечный выстрел не подходят — боятся.

Вечером я решила предпринять последнюю попытку вразумить родителей. Позвонила сыну.

— Паша, я все обдумала. Если вопрос в деньгах или в том, что возить некогда, я готова взять это на себя. Я сама буду водить ее на танцы. В соседнем доме есть прекрасная студия.

— Мам, вопрос не в деньгах, — вздохнул сын. — Ей не нравятся танцы. Мы пробовали год назад, помнишь? Она ревела перед каждым занятием.

— Ну и что! — не выдержала я. — Мало ли, что не нравится. Втянется! Мы тоже много чего не хотели. Я в детстве кашу не хотела, а мать заставляла, и выросла здоровой. Ребенок в шесть лет не может знать, что ему лучше. Ему надо показать, направить. А вы идете на поводу. "Хочу — не хочу". А если она завтра захочет с крыши прыгать? Тоже парашют купите?

— Мам, не передергивай. Хоккей — это не с крыши прыгать. Это олимпийский вид спорта. И мы решили дать ей попробовать. Перегорит — уйдем. Не перегорит — будем поддерживать. Всё, мам, извини, мне Ваню с тренировки забирать.

Я положила трубку и посмотрела на мужа. Он сидел в кресле и смотрел какой-то матч.

— Вот ты сидишь, Коля, и тебе все равно, — упрекнула я его. — А внучку угробят. Сделают из нее пацанку.

— Наташа, — муж снял очки. — Ты себя вспомни. Ты же сама рассказывала, как с мальчишками по стройкам лазила и в "казаки-разбойники" играла. И ничего, выросла красавицей, замуж вышла. Дай девчонке детство. Ну нравится ей шайбу гонять — пусть гоняет. Лучше, чем в телефоне сидеть и спину портить.

— Но зубы, Коля… — мой голос дрогнул. — Это же лицо.

— Да целы будут зубы. Сейчас капы есть, маски. Ты лучше подумай, какой подарок ей на день рождения сделать. Может, коньки хорошие?

— Ну уж нет! — фыркнула я. — Коньки пусть родители покупают. Я подарю ей красивую куклу. И набор детской косметики. Кто-то же должен в этой семье отвечать за женское воспитание.

Прошел месяц. Вчера Юля прислала видео с первой тренировки. На экране крошечные фигурки в огромной, не по размеру амуниции, похожие на неуклюжих жуков, ползали по льду. Кто-то падал, кто-то пытался встать. И среди них я узнала Машу. Из-под огромного шлема торчала светлая косичка.

Она ехала, растопырив руки, смешно перебирая ногами. Потом упала, растянулась на льду. У меня сердце екнуло. Ну все, думаю, сейчас будет рев.

Но Маша быстро вскочила, отряхнулась и, схватив клюшку, помчалась дальше за шайбой, расталкивая мальчишек. И даже через экран телефона было видно, с каким азартом она это делает.

В конце видео она подъехала к бортику, где стояла мама, сняла шлем — лицо красное, потное, волосы растрепаны. И улыбка — до ушей.

— Мама, ты видела?! Я почти забила!

Я пересмотрела видео три раза.

Конечно, я все еще считаю, что это ужасная идея. Что девочке место в балетном классе у станка, а не на ледяной арене в потной форме. И я все еще боюсь за ее зубы и нос.

Но я не могу отрицать одного: на этом видео мой ребенок счастлив. А на танцах, куда я ее таскала "попробовать", у нее были глаза мученицы.

Вечером я села вязать. Думала связать ей ажурную шапочку с цветком. А потом распустила и начала вязать толстый шерстяной подшлемник. Синий. Чтобы не маркий был.

В конце концов, если уж она решила быть хоккеисткой, пусть хотя бы не мерзнет. А косметику я ей все равно подарю. Пусть учится замазывать синяки, если они, не дай бог, появятся. Бабушка я или кто?