Теща оплатила нам уборку квартиры и решила, что она здесь хозяйка

Моя теща давно считала, что ее дочь слишком много работает. Тут я был с ней согласен: Алла возвращалась домой поздно, а потом еще находила себе дела на весь вечер. Мы не бедствовали, но и жить на одну зарплату не могли. Я готовил ужины, покупал продукты, мыл посуду. Остальным занималась жена, уверяя, что ей проще самой, чем объяснять.

Когда мы затеяли ремонт кухни, привычный порядок окончательно развалился. Мебель задержали, розетки пришлось переносить, почти два месяца мы ели в комнате среди коробок. К концу ремонта Алла уже не радовалась новой кухне — хотела только, чтобы от нас наконец все ушли.

Ее мама предложила оплатить генеральную уборку. Мы оба обрадовались, поблагодарили. Валентина Павловна сама нашла фирму и приехала в назначенное утро, чтобы встретить работниц.

Поначалу ее присутствие меня даже устраивало. Теща замечала разводы там, где я их не видел, уточняла, чем будут мыть фасады, напомнила про вытяжку. За свои деньги человек хотел получить нормальную работу — что тут плохого?

Но потом она увидела на кресле мою рубашку.

- Игорь, трудно в шкаф повесить? У Аллы и без твоих вещей хватает забот.

- Я в ней через час поеду.

- Вот когда поедешь, тогда и достанешь. Зачем сейчас бросать?

Я отнес рубашку в спальню. Спорить при посторонних не хотелось, хотя замечание задело: в собственной квартире меня отчитывали как школьника.

Через неделю выяснилось, что теща договорилась об уборке на три месяца вперед. Раз в две недели должна была приходить знакомая ей женщина. Алла уже согласилась, меня поставили в известность за ужином.

- Мне правда стало легче, — объяснила жена, увидев мое лицо.

- Я не против помощницы. Почему мы сами не обсудили это?

- Мама предложила подарок. Я не думала, что нужно созывать семейный совет.

Возразить было нечего. Отказываться от полезной помощи только потому, что теща любит командовать, казалось глупым.

Но Валентина Павловна приезжала на каждую уборку. У нее были запасные ключи, и вскоре по средам я начал встречать на кухне не только помощницу, но и маму жены.

Однажды они вместе переставили мои рабочие папки. Теща решила, что на открытой полке они портят вид. Нужный договор я нашел через полчаса, среди старых журналов.

- Пожалуйста, мои документы больше не трогайте.

- Мы порядок наводили, Игорь. Можно и спасибо сказать.

- За то, что я работу бросил и бумаги ищу?

Валентина Павловна обиделась. Вечером жена попросила разговаривать с мамой спокойнее: та помогает от чистого сердца.

Я уже начал ждать очередную среду с раздражением. Помощница при этом была прекрасная, работала быстро, ни во что не вмешивалась. Но у тещи после каждого визита находилось замечание: крошки у компьютера, обувь не на той полке, полотенце висит неровно, кружка не там стоит.

Из-за кружки мы и поссорились.

Я оставил ее в раковине, потому что начался рабочий звонок. Через двадцать минут вышел на кухню и услышал, что некоторые люди совершенно не ценят чужой труд.

- Валентина Павловна, я сейчас вымою.

- А сразу нельзя было? Дочь тут старается, а он...

- И вы стараетесь объяснить, какой я неряха. Может, хватит?

Алла встала между нами, буквально загородила дверной проем. Теща потребовала, чтобы дочь сказала свое мнение. Я тоже посмотрел на жену, и она вдруг расплакалась.

Когда мама ушла, мы впервые нормально поговорили.

Оказалось, Алла несколько раз предлагала нанять помощницу, но я отвечал, что вдвоем как-нибудь справимся. Потом уговаривал ее поехать на выходных за город, обещая убрать позже. Позже жена убирала сама.

- Я устала тебя просить, — сказала она. — А мама предложила то, что мне действительно нужно.

- Почему ты не остановила ее, когда она полезла в мои вещи?

- Потому что боялась, что она обидится и все отменит.

Мне стало стыдно. Не за кружку и не за папки — за то, что жена не чувствовала себя вправе потратить общие деньги на помощь по дому.

Уборщица у нас осталась. Платим сами. Теща сначала заявила, что больше вообще не будет вмешиваться, но через неделю прислала Алле фотографию новых штор.

Валентине Павловне мы благодарны. Только по средам я теперь работаю спокойно: никто не заходит в кабинет оценивать, достаточно ли аккуратно живет ее зять.