– Три тысячи же для вас пустяк, а мне это на даче пригодится, – племянница хотела получить мебель на халяву

Месяц назад мы с женой поняли, что дальше тянуть с ремонтом нельзя. Главное - начать, а дальше по ситуации. Деньги давно отложены, а жить со старыми обоями и окнами сил больше нет.

– Вот с этой комнаты и начнем, – сказала жена. – Все равно тут никто не спит.

Да, комнату, где раньше жили дети, мы давно используем как склад. Точнее, я там храню разные мелочи, а жена занимается рукоделием. Основная трудность в рамках ремонта – это освободить пространство. Из мебели там всего ничего, но выносить на своем горбу диван, сервант и тяжелый комод не хотелось.

А через пару дней Ирочке моей позвонила племянница.

– Теть Ир, я слышала, что вы серьезный ремонт затеяли и хотите от мебели избавиться, – тараторила Саша. – Вы придержите все, я это к себе на дачу увезу.

Саше тридцать семь лет, живет в сорока километрах от нас в соседнем городе. Замужем, воспитывает дочку-дошкольницу. Работает где-то менеджером по продажам.

Пока поставили ремонт на паузу. Две недели ждали, пока Саша выполнит свое обещание и заберет мебель. Но ничего особо не менялось. У нее вечно находились какие-то уважительные и не очень отмазки: то дочка не хочет в садик идти, то на работе завал, то муж заболел…

– Теть Ир, ну в эту субботу опять не получится, – позвонила племянница в четверг. – Ко мне подруга приезжает, давно не виделись с ней.

А потом помолчала минутку и предложила нам самим на дачу всю мебель отвезти.

– Вы же сейчас все равно оба на пенсии. Отдаете бесплатно, значит, можете и привезти, – в голосе чувствовалась улыбка, словно речь шла о доставке мороженого.

– Саш, уговор был другой, – напомнила ей моя жена. – Мебель отдаем бесплатно, ты приезжаешь и забираешь. Все!

Племянница же начала нудеть, что пока не может. Их семейная машина сломалась, хотя в маленькую тойоту вряд ли влезет даже комод. Нанимать грузовое такси и грузчиков дорого. Поэтому вариант только один – мы должны напрячься и самостоятельно доставить мебель ей на дачу.

– Я думала, вы по-родственному поможете, – обиделась племянница и положила трубку.

Ира дала ей срок до конца недели, потом старое добро найдет нового владельца или переедет к мусорным контейнерам. Я даже специально цены узнавал на доставку. Там выходило три тысячи, если самостоятельно разгружать.

– Три тысячи же для вас пустяк, а мне это на даче пригодится, – Саша пыталась и тут продавить нас на оплату.

Пришлось забрать телефон у жены, чтобы вернуть с небес на землю зарвавшуюся родственницу.

– Саша, мы не против отдать тебе мебель. Только забирать ее надо самостоятельно, – спокойно объяснил я племяннице. – Возьми с собой хоть кого-нибудь в помощь: соседа, коллегу, подругу с машиной. Грузчиков можно и тут нанять, если сами не управитесь.

Но она принялась плакаться, что помощников у нее нет вовсе. Одни родственники, да и те не горят желанием подсобить молодой семье. Вот ведь изворотливая хитрюга.

Пару лет назад Саша уговаривала нас забрать к себе в гараж некоторые детские вещи. Она даже фотографию прислала – там это добро занимает весь балкон. Все, из чего выросла ее дочка! Кроватка, коляски три штуки, какая-то большая машинка, коробки с одеждой и игрушками… Наш вежливый отказ обидел Сашу – она потом Ире полгода не звонила.

Племянницу даже не смутило, что гараж у нас маленький, там нередко заливает одну стену во время дождя.

Мы с женой не злые люди. Когда что-то нужно прям срочное, вроде денег на лечение или поиска врача, без проблем приходим на выручку. Но тут другое: тут не просьба о помощи, а требование. Словно мы Саше должны, словно мы перед ней виноваты, что живем и дышим. И вот это меня скребло.

В пятницу племянница жены снова вышла на связь.

– Теть Ир, я договорилась. Завтра приедет газелька и загрузит ваши вещи, – тон был деловой и слегка высокомерный. – Грузчики с мебелью разберутся сами, но вам нужно будет им заплатить по две тысячи каждому. Они попросили деньги только наличкой.

Пришлось забрать телефон у жены, чтобы прояснить ситуацию.

– Саша, это дядя Ваня. Мебель бесплатная. Хочешь – приезжай и забирай. Хочешь – нанимай грузчиков за свой счет. Я ни копейки не дам никому. Ты поняла?

В телефоне воцарилась тишина на несколько секунд. Потом племянница словно выпустила всех своих демонов на волю. Визжала, что мы ей больше не родня, если не хотим войти в положение.

– У меня ребенок маленький, муж постоянно на работе, а вы мне по-родственному не хотите помочь! Да подавитесь своим вонючим диваном и потертым комодом.

Я эту Сашу знал еще с того момента, как она под стол пешком ходила. И теперь эта фифа вздумала на меня орать. Плохо, что послать ее не успел – она сама разговор оборвала.

– А может, все продадим? – предложила жена, которая тоже не ожидала подобного от племянницы.

На том и порешили. Диван ушел почти в тот же вечер за пару тысяч – его забрали на дачу. Комод приглянулся какому-то любителю старой мебели, он с восхищением вокруг него ходил минут пять. Вообще не понял, что происходит – вроде комод как комод, только старый. А сервант соседи со второго этажа к себе унесли: Ира выложила объявление в домовом чате на авось.

Прошло чуть больше месяца, когда объявилась Саша. Просто позвонила, словно мы с ней никогда и не лаялись.

– Приветики, теть Ир, – бодрый голос излучал добродушие и радость. – Я чего звоню-то: муж договорился с машиной, завтра приедет с друзьями за мебелью?

Жена аж заулыбалась, когда сообщила племяннице, что поезд уехал. Да чего греха таить, я сам усмехнулся. Сама виновата – нельзя грубить старшим родственникам и держать их за лопухов.