«Ты женат на своей маме!» — крикнула жена и подала на развод, а я всего лишь заботливый сын

Я до сих пор в шоке. Три года брака, планы на ипотеку, разговоры о детях — и всё это рухнуло в один день из-за, простите, бабской ревности. 

Моя жена, Катя, собрала вещи и уехала к родителям, напоследок обозвав меня «сыночкой-корзиночкой». И причина, по её словам, просто смехотворна: у меня слишком хорошие отношения с матерью.

Я всегда считал, что семья — это святое. Мама, Тамара Игоревна, вырастила меня одна. Она вложила в меня душу, здоровье, последние деньги. Разве я не должен платить ей тем же? Но Катя с самого начала вела себя странно.

Всё началось с мелочей. Мы сняли квартиру в соседнем доме от мамы. Это же логично: удобно ходить в гости, если что — мама всегда поможет.

У мамы, естественно, был комплект ключей. Ну а как иначе? Вдруг мы потеряем свои? Вдруг кран прорвет, пока мы на работе?

Катя начала беситься через месяц.

— Виталик, почему твоя мама приходит, когда нас нет дома? — спросила она, обнаружив, что белье в шкафу переложено по-другому.

— Я не просила трогать мои трусы! — взвизгнула жена. — Это личное пространство!

Я тогда списал это на ПМС. Ну какое личное пространство от родной матери? Она же нам не чужая.

Мама действительно заботилась о нас. Она приходила через день с кастрюлями. Борщ, котлеты, пирожки. Да, Катя тоже готовила, но будем честны — у мамы получается вкуснее, домашнее.

— Виталенька, ты похудел, — причитала мама, накладывая мне добавку. — Катя тебя совсем не кормит? Работает много? Ну ничего, мать не бросит.

Вместо «спасибо» Катя сидела с каменным лицом. А потом устраивала мне скандалы:

— Я приготовила лазанью! А ты наелся маминых котлет и даже не притронулся! Я чувствую себя лишней на собственной кухне!

— Катюш, ну не выкидывать же мамину еду? Она старалась, несла тяжелые сумки. Будь мудрее, промолчи.

Апогей случился на нашу третью годовщину. Катя готовилась неделю. Заказала столик в дорогом ресторане, купила какое-то сногсшибательное платье. Мы договорились встретиться там в семь вечера.

В 18:30, когда я уже собирался выходить из офиса, позвонила мама. Голос слабый, дрожащий.

— Сынок... Что-то мне нехорошо. Сердце колотится, в глазах темно. Наверное, давление...

Я тут же забыл про ресторан.

— Мам, я сейчас буду! Скорую вызывала?

— Нет, не надо скорую, я их боюсь. Ты приезжай, посиди со мной, капельки накапай... Мне просто страшно одной.

Я набрал Катю.

— Виталик, ты серьезно? — голос жены стал ледяным. — Это третий раз за месяц. Именно тогда, когда у нас планы. Она манипулирует тобой! Вызови скорую, если там реально плохо.

— Как у тебя язык поворачивается?! Человеку плохо! Я не могу бросить мать ради куска мяса в ресторане!

Я бросил трубку и помчался к маме. Когда я приехал, она лежала на диване с мокрым полотенцем на лбу. Давление было слегка повышено, но не критично. Я напоил её чаем, посидел рядом, подержал за руку. Через час ей стало легче, она даже начала рассказывать мне, что соседка сверху снова залила цветы.

В 21:00 я вернулся домой. Катя сидела на кухне. Платье она сняла, сидела в джинсах, а на столе стояла бутылка вина, початая наполовину. Рядом лежал чемодан.

— Ну как мама? — спросила она. — Умирала? Или просто скучно стало?

— Ей было плохо, Катя. Давление. Ты бессердечная эгоистка. Мы могли бы сходить в ресторан завтра.

— Завтра не будет, Виталик. — Она встала. — Я ухожу.

— Я подаю на развод. Я устала жить втроем. Я выходила замуж за мужчину, а оказалось, что я усыновила мальчика, у которого уже есть властная мамаша.

— Что ты несешь?

— То и несу! — она вдруг сорвалась на крик. — Ты же ни одного решения без нее принять не можешь! «Мама сказала, что эту машину брать не надо», «Мама считает, что нам рано детей», «Мама думает, что мне надо сменить работу». Виталик, тебе тридцать лет! Ты маменькин сынок! Сыночка-корзиночка, который боится юбку отпустить!

— Не смей так говорить про маму! Она желает нам добра!

— Нам?! Она желает добра себе! Она жрет твою жизнь, а ты и рад! Она приходит к нам в спальню без стука в субботу утром, чтобы полить цветы! Она звонит тебе пятнадцать раз в день! Ты отчитываешься ей, что ты поел и надел ли ты шапку! Это ненормально!

— Это называется любовь и забота! То, чего я от тебя не видел!

Она взяла чемодан и пошла к выходу. Я пытался её остановить, но она вырвала руку..

Я стоял в коридоре, слушая тишину. В голове не укладывалось. Как можно разрушить семью из-за того, что муж любит мать? Разве это порок? Разве я пил, бил её, изменял? Нет. Я просто был хорошим сыном.

Через полчаса пришла мама. У нее есть свои ключи, она видела в окно, как Катя с чемоданом садилась в такси.

— Уехала? — спросила мама, ставя на стол банку с малиновым вареньем.

— Уехала, мам. Разводиться хочет. Говорит, я маменькин сынок.

— Ну и пусть катится, сынок. Скатертью дорога. Я тебе сразу говорила — не наша она. Истеричка, хозяйка никакая, да и тебя не ценила. Найдем мы тебе хорошую девочку. Спокойную, домашнюю. Которая будет понимать, что мать — это святое.

Я прижался к маминому плечу. Стало спокойно. Действительно, чего я переживаю? Кать может быть много, а мама у меня одна. И она меня никогда не бросит и не предаст.

Вот только почему-то на душе кошки скребут. Может, Катя была в чем-то права?
Хотя нет, бред. Просто она меня недостойна. Пойду чай с вареньем попью, мама ведь специально принесла, чтобы меня утешить. Золотая у меня женщина. Не то что эта... бывшая.