— У меня съемки, мне не до ваших банальностей, — скривилась вышедшая на пенсию мама

Примерно за месяц до выхода на пенсию мама захандрила. Нет, на жизнь она не жаловалась, но было видно, что настроение у нее не очень.

Потух огонь в глазах и появилась какая-то апатия. Как-то раз родительница вскользь сказала, что жизнь ее близится к концу.

Мол, пенсия это финальный и совершенно бесполезный отрезок жизни. Даже не жизни, а доживания.

Я слушала и мучительно ломала голову, как помочь близкому человеку. Ничего толкового в голову не приходило.

Не отправлять же маму на курсы кройки и шитья, чтобы вернуть радость в жизни. Общение с внуками ее тоже не радовало.

И тут совершенно случайно мне попалось на глаза объявление в местной газете. В нем говорилось, что в наш город приезжает съемочная группа из столицы.

Снимают какой-то исторический фильм и в качестве массовки требуются местные жители. Для достоверности, так сказать.

Отдельно было указано, что особенно требуются люди в возрасте. Они, мол, создают живую не прилизанную картинку. Киношный, так сказать, реализм.

Я долго думала, а потом решилась и показала маме объявление. Она в свои годы выглядит очень и очень неплохо.

Такая, знаете, валькирия. Статная, с горделивой осанкой. Я всю жизнь завидовала ее красоте, сама-то я пошла в папину родню. А у него все низкорослые и какие-то, знаете, ничем внешне не примечательные.

Мама к моему предложению попробовать себя в качестве актрисы массовки сначала отнеслась скептически. Мол, куда мне на старости лет.

— Я одной ногой на пенсии уже, а ты мне предлагаешь в актрисы пойти, — мама посмотрела на меня как на дуру.

— Да ты просто попробуй! — уговаривала я мать.

Та пожала плечами, но газетку с объявлением взяла.

Через неделю мамуля позвонила и сообщила новость. Ей предложили роль второго плана в одном из сериалов, который будет сниматься в нашем городе!

Режиссеру очень понравилось, как свободно вела себя мама перед камерами, играя в массовке.

— Валерий Дмитриевич сказал, что они находятся в постоянном поиске свежих лиц. И мое показалось им довольно интересным, — щебетала мама. — Я приступаю к съемкам сразу, как мое заявление о выходе на пенсию будет подписано. Совмещать кино с работой никак не получится!

Я удивилась, конечно, но виду не подала. Не думала, что маму так затянет киношная атмосфера, над которой она всегда потешалась.

Однако в этом случае мать не шутила. Выйдя на пенсию, она действительно с головой погрузилась в съемки.

Причем всерьез. Учила слова, репетировала роль. Она даже внешне как-то изменилась. Стала еще осанистее. Прямо примадонна какая-то, а не бывший бухгалтер.

Так прошел первый, потом второй и третий месяцы маминой пенсии. Виделись мы крайне редко и урывками.

Если раньше родительницы проводила у нас выходные, давая мне возможность отдохнуть от домашних дел, теперь мы больше созванивались, чем встречались.

На мои предложения приехать в гости мать отвечала категорическим отказом.

— Ты что, какие гости?! Завтра работаем в две смены. Режиссер говорит, надо переснять пару сцен. Мой напарник портит все дело, старый хрыч, — делилась новостями мама.

Приезжай после съемок, предложила я. Снова не то.

— Как ты себе это представляешь вообще? После двенадцати часов работы я выжатый лимон. А мне еще надо о себе позаботиться и привести себя в порядок. Знаешь, актрисе очень важен покой и уединение, — строила из себя кинозвезду мать.

Знаете, это уже смешно стало, подумала я в один день. Не выдержала и вызвала мать на откровенный разговор. Думаю, надо поговорить с этой старлеткой на пенсии, пока не стало слишком поздно.

— По-моему, ты заигралась, мамочка, — начала я осторожно. — Ведь это же несерьезно. В твоем-то возрасте… Тебе положено с внуками сидеть, на даче копаться, а у тебя какие-то съемки. К чему это вообще? Возвращайся уже в реальность.

Что тут началось! Мама превратилась в настоящую фурию!

Я, кричит, и так всю жизнь на вас горбатилась, красоту и молодость непонятно куда растратила. Так вы мне еще на пенсии будете палки в колеса совать.

— Не смей лезть в мою жизнь со своими дурацкими советами! Пенсия это не смертельный приговор, не конец жизни! — возмущалась мать.

Минут пять она орала, а потом убежала, на прощание хлобыстнув дверью. А что я такого сказала, не понимаю.

Ну поиграла в кино, и хватит. Пора к реальной жизни возвращаться, к нам, к внукам. То же мне, Любовь Орлова на пенсии нашлась. Правильно я говорю?