Увидела нелицеприятные сообщения от бывшей мужа – теперь она будет получать минимальные алименты

Вела маленькую дочку за ручку, мягко поторапливая. Уже семь вечера, надо готовить ужин, а не скакать по детской площадке третий час подряд. Выйти на работу после декрета было правильным решением, но иногда так тяжело совмещать карьеру и семью!

Замужем я пять лет, мы с Данилой воспитываем трехлетнюю дочку. Обычная семья со своими заботами и трудностями.

Муж много работает, но старается проводить с нами свободное время. По вечерам с удовольствием берет дочь и гуляет в парке, если не задерживается допоздна, как сегодня. В выходные всегда более интересные планы: поездки за город, аквапарк, преодоление тропы здоровья или контактный зоопарк.

В таких мероприятиях принимает участие и десятилетний сын Данилы от первого брака. Егор почти все выходные проводит у нас в квартире: я уже привыкла. Его пребывание у нас в гостях особого удовольствия мне не приносит, но виду я не подаю. Все-таки это сын Данилы, я не имею права препятствовать их общению.

В конце концов, я выходила замуж, зная о наличии мальчика. Поэтому сейчас без проблем обслуживаю ребенка, когда он приезжает на выходные: еда, стирка, развлечения, уход…

Егор – очень хороший мальчик: самостоятельный и умный. Никаких капризов или психов, с младшей сестрой ладит. Вот только мамаша у него... Это что-то с чем-то. Дина уже давно села на шею моему мужу и свесила ножки. Да еще и постоянно чем-то недовольна.

Расстались они уже давно, Егор тогда еще даже в детский сад не ходил. Данила ушел по-мужски, оставив бывшей жене свою однокомнатную квартиру. Просто пожалел ее. С родителями она не общается, идти ей некуда с маленьким ребенком. Пока Дина с сыном там только прописаны, а после совершеннолетия муж планирует переписать жилье на Егора.

Я туда не лезу - не мое дело. Но вот кое-что меня, конечно, задевает. Это алименты. Данила отстегивает бывшей каждый месяц по сорок тысяч. Это не по исполнительному листу, а по собственному желанию. Дина до сих пор официально не устроилась, только имеет редкие подработки.

Если требуются дополнительные расходы на мальчика, вроде лечения зубов, поездки в летний лагерь или покупки ноутбука для учебы, то Данила без проблем берет это на себя. К тому же как минимум два-три дня в неделю Егор проводит в семье у папы, где его одевают-обувают, собирают в школу, развлекают, дарят подарки – эти деньги вообще никто не считает.

– Сколько можно тащить на себе этот балласт? – недавно поругались мы с мужем.

Я просто увидела очередной чек за коммунальные услуги. И не за нашу квартиру, а за ту однушку, где сейчас живет Дина с ребенком.

– Твоя бывшая даже свет не может оплатить сама? Когда это закончится? – спросила я у мужа.

– У нее в этом месяце туго с деньгами: заказов почти нет, – виновато ответил Данила.

Все это меня бесконечно бесит. Раньше я молчала, считала, что не стоит в это вмешиваться. Но сейчас уже край! Сколько можно транжирить семейный бюджет на левые статьи расходов?

Недавно я сидела за компьютером, искала информацию для себя. А там незакрытая вкладка с перепиской Данилы и его бывшей. Знаю, что не стоит читать чужие сообщения, но любопытство взяло верх.

И сколько же грязи я там увидела и про себя, и про дочку. Дина предпочитала общаться исключительно матом: мне даже читать это было противно.

Там много всего про Егора – и мы специально ущемляем ребенка, пока сами купаемся в деньгах, и угрозы вообще увезти сына в другой город. Про меня тоже всякое: и женщина пониженной социальной ответственности, и собака женского пола, и криворотая замарашка…

Но самое обидное – это комментарии относительно нашей дочери: «Чтоб она сдохла», «Надеюсь, у твоей соплячки найдут аутизм», «Ну как там твоя недоразвитая?». Я читала, и у меня кулаки сжимались от гнева.

Самое обидное, что муж на такие сообщения особо ничего не отвечал. Просто молчал. Что вообще моя маленькая дочка сделала этой Дине? Они ведь даже никогда не встречались лично.

Вечером я устроила мужу разбор полетов.

– Ты зачем вообще туда полезла? – недовольно заявил он, а потом просил просто не обращать внимания.

Называл свою бывшую болтливой дурой и провокаторшей.

А я не могла успокоиться. Мою маленькую дочку, мою крошечку назвали недоразвитой и желали разных болезней! Разве это нормально?

– Со следующего месяца платишь своей чокнутой бывшей ровно 25% от зарплаты в качестве алиментов, – предупредила я Данилу. – Узнаю, что хоть копейку сверху ей перевел, будет у тебя второй развод.

Хватит содержать эту ненормальную. Пусть Дина идет работать, давно пора!

– И еще по поводу Егора, – продолжала я давить на мужа. – Больше никаких спонтанных покупок и дорогих подарков. Хватит!

– Ну зачем ты ребенка сюда приплетаешь? Он-то в чем виноват? – бурчал Данила.

А я ничего плохого не делаю. Положено по закону перечислять на Егора по тридцать тысяч, вот их бывшая и получит. Мальчика никто не притесняет, просто его содержанием должны заниматься оба родителя.

Мне надоело, что куча денег уходит на карту Дине, которая еще смеет раскрывать свой поганый рот в мою сторону и в сторону моей дочки. Посидит несколько месяцев без привычного содержания - может, голову включит.

– Я не шучу, Данила! Снова отправишь туда ползарплаты - я соберу тебе чемодан, – предупредила я мужа.

Не понимаю, как можно такое спускать с рук бывшей и продолжать кормить лентяйку, которая пишет такие слова про твою семью. Считаю, что это предательство нашего ребенка как минимум.