Уже давно прошу жену о разводе, а она отказывается, хоть тоже меня не любит

С Тоней мы вместе уже почти двадцать пять лет. И последние лет пятнадцать я постоянно думаю о разводе. 

Надо сказать, что и начинали мы тоже не очень. Только начали встречаться, как через три месяца выяснилось, что Тоня беременна. Ни я, ни она тогда не были к этому готовы. 

Но как-то об этой беременности быстро узнали наши родители, и, объединившись, решили, что мы должны пожениться. И так мы с Тоней не успели и глазом моргнуть, как уже начали самостоятельную жизнь в качестве молодоженов в старой однушке Тониного деда. 

Мы и друг друга-то толком не знали, а потом еще и появился ребенок, с которым мы тоже не представляли что делать. И вместо того чтобы постараться сблизиться и лучше узнать друг друга, стали ссориться и кидаться взаимными обвинениями в стиле “ты мне жизнь испортил”, “нет, это ты мне жизнь испортила”.

Уже тогда пошли первые разговоры о разводе. Причем как со стороны Тони, так и со стороны меня. Но тогда вмешались родители.

— Какой развод, ты с ума сошел?! — кричала мама. — У вас маленький сын! Вы семья!

— Мама, да мы ссоримся каждый день! — отвечал я ей.

— И что? — возмутилась она. — Все так живут! Мы с твоим отцом будто не ссоримся! И ничего, столько лет душа в душу.

Тонины родители тоже уговаривали ее не разрушать семью. По итогу мы так прожили еще три года, а потом моя жена снова забеременела. Тут мы уже сами приняли решение оставить ребенка. Думали, может это нас сблизит.

Однако после рождения дочки ссор стало еще больше. А потом в какой-то момент все стихло. Не знаю, как так случилось, просто, наверное, уже сил на скандалы не осталось. 

И вот как раз-таки спустя десять лет нашего брака ко мне пришло четкое осознание, что между нами с Тоней все кончено. Мы друг другу чужие люди, никаких чувств между нами нет и никогда не будет. 

Тогда я подошел к жене и предложил развестись. Спокойно, без скандалов.

— Ага, хочешь, чтобы наши дети росли без отца?! — закричала она. — Я этого не допущу! Если разведемся, я сделаю все, чтобы ты их больше никогда не увидел!

На это я пойти не мог. Детей своих я люблю больше жизни. Поэтому мы с женой и продолжили жить как соседи по квартире, которых связывает общая жилплощадь и два маленьких человека.

Потом сын вырос, поступил в институт, съехал от нас. Сейчас он уже женат, работает. Дочка тоже заканчивает учебу и с нами не живет. И казалось бы, сейчас, когда дети выросли, уже точно можно разводиться. 

Но парадокс в том, что Тоня категорически отказывается это делать! Я столько раз пытался поговорить с ней об этом, но она против.

— Ты с ума сошел! — закричала она на меня, когда я в последний раз завел об этом разговор. — У нас серебряная свадьба скоро! Какой развод! Над нами же все смеяться будут!

— Это такой у тебя аргумент?! — спросил я.

— Да! — вполне серьезно ответила жена. — Я не собираюсь в этом возрасте становиться разведенкой!

— Тоня, скажи честно, ты меня любишь? — спросил я.

— Нет! — тут же ответила она. — А при чем тут это?

— Так я тебя тоже не люблю, — вздохнул я. — Это для тебя ничего не значит?

Она досадливо нахмурилась, как будто я сказал какую-то глупость, которая к текущему разговору никак не относилась.

— Да какая любовь! — сказала Тоня. — Никогда ее между нами не было. А у кого она есть? У твоих родителей? У моих? И что, кто-то из них развелся? В моей семьей разведенок не было. В твоей тоже. И я становиться первой не собираюсь! Подумай о детях, в конце концов!

— Они у нас уже взрослые, — вздохнул я. — И давно уже все понимают. 

— Ну, будь уверен, что я настрою их против тебя, если мы разведемся, — сказала жена. — Кроме того, не забывай, что ты живешь в моей квартире. Машина тоже на меня записана. Так что хочешь под пятьдесят лет остаться с голой сам знаешь чем – пожалуйста.

Так мы и продолжаем жить. И вроде бы я понимаю, что не все так плохо. Все же привыкли уже друг к другу за столько лет. Даже и не ругаемся почти. А при этом иногда так тошно становится – хоть волком вой.