Вдохновилась местными промыслами и на пенсии стала расписывать фасады. А дочь недовольна, что денег не беру

Творческого человека трудно в рамках удержать, это правда. Люди пишут книги, сочиняют музыку, рисуют не потому, что их кто-то заставляет. Они не могут этого не делать – такова сущность творца.

Я прожила насыщенную жизнь, через два года уже 70 лет исполнится. Поэтому могу честно сознаться: для креативных людей главное – это их творчество. И семья, и какие-то бытовые заботы всегда будут уходить на второй план.

По этой простой причине у меня и личная жизнь не сложилась – развелись с мужем, когда дочери было всего 6 лет. Но мне так даже лучше. Только с годами поняла, что варить борщи в ущерб своей работе я просто не смогла бы.

Дочка, к сожалению, пошла и характером, и способностями в отца – красивая, но обычная девочка. Я пыталась Тамару в детстве учить рисовать, чтобы пошла по моим стопам, но быстро сдалась. Нет у дочери способностей к творчеству.

До сих пор пытаюсь сдержать зевоту, когда Тома приходит в гости с новостями: какие полотенца купила, как удачно сэкономила на покупке бытовой техники, какое красивое пальто купила моей внучке. Меня всё это вообще не интересует!

Я большую часть своей трудовой карьеры работала в техникуме – потом его переименовали в колледж – где готовили специалистов по народным росписям.

Мои выпускники потом шли работать на фабрики, где производят сувенирную продукцию в определённом стиле – гжель, хохлома и другие.

Сама же я всегда вдохновлялась даже не самой росписью, а расписными игрушками. Ведь каждый такой петушок, зверёк или человечек рассказывает целую историю, если присмотреться! 

Свои работы я даже отправляла на различные выставки, где их успешно раскупали. А меня не раз награждали почётными дипломами и призами.

Больше всего я люблю каргопольскую игрушку – эта роспись исторически распространена в северных регионах России. Грубоватая на вид, прямолинейная, она несёт в себе что-то настоящее и важное.

А последние несколько лет стали побаливать суставы, поэтому от росписи мелких игрушек пришлось временно отказаться.

И вот в таком мрачном настроении я сидела перед своим небольшим дачным домиком и страдала от невозможности заниматься любимым делом.

Соседи через дорогу белили стены своего дома. И в какой-то момент, глядя на белую, чистую стену, я почувствовала озарение. Как я раньше-то не додумалась! 

На следующий день я съездила в город за белой краской, валиками и кистями. Цветные-то краски у меня пока в наличие есть. 

После этого я спокойно покрасила в белый цвет стену дома, выходящую на улицу, и дала ей пару дней постоять и высохнуть.

И уже через три дня на моей стене появилась дружная семейка: каргопольский мужичок со своей бабой, их собака и кошка. Когда сосед пришёл полюбоваться на мою работу, я как раз дорисовывала орнамент по бокам от главных персонажей. Картина была почти закончена.

Пока работала, на мою роспись уже половина дачного посёлка приходил поглазеть, в том числе, и Председатель товарищества. Василий Андреевич даже хмыкнул пару раз, рассматривая мои забавные фигурки на стене.

Он мне и предложил взяться за роспись фасада старого клуба, в котором заседало правление – мол, будет у нас в посёлке достопримечательность. 

Понятно, что он готов был оплатить материалы, ни о каком гонораре речь не шла. Да и зачем он мне, когда есть возможность заниматься любимым делом?

Узнав о моём новом заказе, на дачу тут же примчалась Тома:

- Мам, и ты со своими больными суставами будешь вот этим заниматься? Бесплатно? Это просто возмутительно! Как тебя могли так вокруг пальца обвести? 

- Тебе, дочка, этого не понять. И вообще, не твоё это дело, чем я тут на даче занимаюсь, – ответила я оттирая кисти.

Может быть, это и прозвучало грубо, но я её в свою жизнь не приглашала! Мне же неинтересно, чем дочь с зятем занимаются, вот и они пусть ко мне не лезут!

Я прямо живой себя опять почувствовала, пока рисовала. Если бог даст здоровья, так после стены клуба ещё какой-то фасад найду – освежу и раскрашу своей росписью. Пусть люди смотрят и радуются!