Я отдала пиджак покойного отца другу семьи. А мать в отместку выбросила все мои детские игрушки

В книгах и фильмах часто рассказывают о том, как дочери и матери привязаны друг к другу. А у меня вот совсем другая история – я всю жизнь была очень близка с отцом. 

Чем старше становилась, тем более странным мне казался брак родителей. Нет, маму я тоже любила, но никогда не могла понять. Всегда казалось, что матери в жизни вообще никто не нужен: все только раздражают её.

Мать с отцом учились в одном классе, потом поступили в один и тот же институт и в итоге поженились. Более противоположных по характеру и взглядам на жизнь людей и представить сложно! 

До сих пор не понимаю, что привлекло моего яркого, жизнерадостного отца в маме, которая умеет только ворчать и всем завидовать.

Сейчас я и сама уже давно замужем, скоро отметим с мужем пятнадцатилетний юбилей свадьбы. Когда у нас родился сын, папа был очень рад - ведь он мечтал о внуке. 

Осенью наш Лёшка пойдёт уже в девятый класс, а отца вот уже больше года нет с нами. Неожиданная тяжёлая болезнь унесла его за считанные месяцы. 

Я очень горевала после смерти отца, долгое время прийти в себя не могла. И, самое главное, – не могла заставить себя искренне пожалеть маму. 

До сих пор считаю, что на маме лежит часть вины в таком скоропостижном уходе отца. Она его всю жизнь пилила, придиралась, делала жизнь папы невыносимой всеми возможными способами. Доказать это невозможно, но я уверена – такие переживания не продлевают человеку жизнь.

С Анатолием отец много лет проработал на одном и том же предприятии. Они вместе играли в футбол, отдыхали семьями на природе.

И вот дядя Толя, конечно, переживал смерть друга очень тяжело. Он осунулся, похудел, словно стал старше лет на пять. 

После смерти отца к маме в гости фактически никто не ходит. Да она и сама никого не хочет видеть. Видимо, радуется, что все эти отцовские посиделки с друзьями прекратились. 

- Маша, как я рад тебя видеть! – воскликнул друг отца и крепко меня обнял.

И мне стало так тепло и хорошо, словно папа на несколько мгновений вернулся. 

Мы с дядей Толей выпили кофе, вспомнили разные смешные случаи из прошлого, отлично провели время. 

- Ой, Маша, сколько всего было! Помню, как мне твой отец пиджак одолжил, когда на заводе надо было награду получать. Нет, костюм-то у меня был, конечно, только вот я на свой пиджак как раз накануне праздника жирное пятно посадил. Твой папа ещё тогда смеялся и говорил, что серый пиджак мне, мол, больше под цвет глаз подходит, – с улыбкой рассказывал близкий друг моего папы.

Через несколько дней я заехала в квартиру родителей, когда мамы не было дома, и взяла из шкафа серый вельветовый пиджак отца. 

Я много раз предлагала маме раздать что-то из вещей папы друзьям, а остальное отвезти в какой-нибудь благотворительный фонд. Но мать только отмахивалась в ответ. 

Так вот пусть дядя Толя носит пиджак папы, вспоминает о нём. Зачем такой хорошей вещи в шкафу висеть?

А через пару дней мне позвонила мама и спросила: 

- Мария, ты к нам приезжала? Что-то я не вижу серого пиджака папы. Ты его для супруга, что ли, взяла? Так он Юре мал будет! 

Я была вынуждена рассказать матери всю историю про встречу с дядей Толей и последующую передачу пиджака старинному другу отца. 

Мать только фыркнула и бросила трубку.

Я почувствовала себя немного виноватой, на следующий день купила тортик и отправилась проведать маму.

Мне сразу бросилась в глаза непривычная пустота. Точно! Куда-то пропали все мои детские куклы и игрушки, которые в несколько рядов сидели раньше внутри старого серванта.

- А где мои игрушки? Ты их переложила, что ли? – спросила я маму. 

- Ну, ты же моими вещами распоряжаешься по своему усмотрению, вот и я твои игрушки отдала в ближайший детский сад. А зачем они тебе? У тебя ведь даже дочки нет, – ответила мать.

У нас и раньше с мамой не было каких-то близких отношений, а этот её поступок и вовсе разделил нас. Мы теперь оказались на разных краях огромной пропасти. Я поняла, что отец и был тем самым объединяющим звеном, которое держало всю семью вместе.

- Какая же ты жадная, мелочная, мстительная! Мне просто стыдно за тебя, мама. Ведь эти игрушки – моя единственная память о детстве, а пиджак – память об отце, которая будет жить благодаря дяде Толе. Как можно не понимать таких вещей? – в сердцах выпалила я и ушла. 

Мне кажется, что мама даже рада этой нашей ссоре. Было ощущение и раньше, что она словно ищет повода пореже со мной общаться. Что ж, теперь мать может не бояться: сама я её долго видеть не захочу.