— Я приготовил мясо, а ты просто порезала салаты! — муж позвал родню на Новый год, а я устроила забастовку

Каждый год в декабре у меня начинается нервный тик. И не из-за отчетов на работе или выбора подарков. Причина одна — кулинарный патриотизм моего мужа.

У Олега есть «коронное блюдо». Раз в год, на новогоднюю ночь, он запекает свиную рульку в медово-горчичном соусе. Это целый ритуал. Он выбирает мясо на рынке с видом эксперта Мишлен, маринует его сутки, занимая полхолодильника, а потом торжественно ставит в духовку.

И на этом всё. Он искренне считает, что его миссия выполнена. «Я же готовлю горячее! Самое сложное на мне!» — гордо заявляет он. А все остальное — закуски, салаты, нарезки, гарнир, десерт, уборка квартиры до и мытье горы посуды после — это так, «женские мелочи».

В этом году все шло по накатанной схеме, пока за неделю до праздника Олег не объявил:

— Марин, я маме сказал, что они с отцом, теткой и братом к нам придут. Человек восемь будет, с нами вместе.

Я замерла с половником в руке.

— В смысле — восемь? Мы же хотели вдвоем, спокойно…

— Ну Новый год же! Семейный праздник! — он хлопнул меня по плечу. — Не переживай, я рульку сделаю. Две штуки даже возьму, чтоб всем хватило.

— Олег, — я медленно положила половник. — Рулька — это прекрасно. А кто будет готовить всё остальное на восемь человек? Кто будет строгать тазы оливье, крутить рулетики, делать бутерброды с икрой, запекать картошку, мыть квартиру перед приходом твоей родни?

Муж закатил глаза:

— Ой, ну опять ты начинаешь. Что там делать-то? Салатики покрошить — это полчаса делов. Колбасу нарезать — вообще пять минут. Не нагнетай. Главное блюдо — горячее, и его делаю я. Тебе остается только «подтанцовка».

Меня накрыло. «Подтанцовка».

— Ах, полчаса делов? — переспросила я тихо. — Ты уверен?

— Конечно! — он был непробиваем. — Женщины вечно любят из мухи слона раздувать, чтобы их жалели.

В тот момент во мне что-то оборвалось. Я вспомнила прошлый Новый год. Как я двое суток не вылезала с кухни, с опухшими ногами и больной спиной. Как его тетушка критиковала мой холодец, а свекровь вздыхала, что «шуба» недостаточно пропиталась. И как Олег сидел во главе стола, сияющий, и принимал комплименты за свою рульку: «Ах, какой Олежек молодец, какой хозяин!» А я сидела рядом, мечтая только об одном — чтобы все ушли и я могла упасть лицом в подушку.

— Хорошо, — сказала я, улыбнувшись так сладко, что мужу следовало бы насторожиться. — Раз это так легко, то договорились. Ты делаешь свою рульку.

— Вот и умница! — обрадовался он, не заметив подвоха.

Тридцатого декабря я демонстративно ничего не делала. Пришла с работы, заказала себе пиццу (только себе) и легла смотреть сериал. Олег возился со своим маринадом, насвистывая песенки.

— А ты чего не готовишь? — спросил он, заглянув в комнату. — Завтра же гости.

— Так салатики — это полчаса делов, — отозвалась я, не отрываясь от экрана. — Завтра успею.

Тридцать первого я встала в десять утра. Олег уже колдовал над духовкой.

— Запах будет — бомба! — похвастался он. — Мать язык проглотит. Ты давай, начинай, а то времени уже много.

— Ага, сейчас, — я потянулась и пошла в ванную. Провела там час. Сделала маску, укладку.

Вышла, оделась в красивое платье.

— Марин, ты куда? — Олег начал нервничать. Время было час дня. На столе — пусто.

— Я в салон, на маникюр записалась. Потом к Ленке заскочу, поздравить.

— В смысле?! А готовить кто будет?! Гости в семь придут!

— Олег, ну ты чего? — я искренне удивилась. — Там же делов на полчаса. Я вернусь в шесть и все быстренько порежу. Ты же сам сказал.

Я ушла, оставив его в недоумении. Конечно, я блефовала. Я знала, что на нормальный стол нужно часов пять минимум. Но я хотела, чтобы он это понял сам.

Я вернулась домой в 18:15. В квартире пахло запеченным мясом. Олег бегал по кухне взъерошенный. Стол был раздвинут, но абсолютно пуст. Ни скатерти, ни тарелок.

— Ты где ходишь?! — заорал он. — Через сорок минут родители приедут! У нас конь не валялся!

— Спокойно, — я достала из сумочки банку оливок и палку колбасы. — Сейчас все будет.

Я не спеша помыла руки. Достала доску. Медленно, очень медленно начала резать колбасу.

— Марин, ты издеваешься?! — муж подскочил ко мне. — Где оливье? Где селедка под шубой? Где тарталетки? Картошка где, в конце концов?!

— Ой, а я не купила продукты, — хлопнула я ресницами. — Я подумала, раз это всё «мелочи», то зачем заморачиваться? Вот, колбаска есть. Оливки. И твоя шикарная рулька. Гости же ради неё идут?

— Ты... ты с ума сошла? — он побелел. — Мама придет, тетка... Что они жрать будут? Одно мясо?!

— Ну, ты же главный кулинар. Ты сказал, что горячее — это основа, а остальное — ерунда. Вот мы и проверим.

В дверь позвонили. Это были его родители. Они всегда приходят раньше.

Я открыла дверь, сияющая и отдохнувшая:

— С наступающим! Проходите!

Свекровь прошла в комнату, окинула взглядом пустой стол, на котором одиноко стояла тарелка с криво нарезанной колбасой и банка оливок.

— А... а где всё? — спросила она.

— А всё готово! — я указала на кухню. — Олег приготовил свое коронное блюдо! Рульку!

— И всё? — уточнил свекор.

— А остальное, по мнению вашего сына, неважно, — громко сказала я, глядя на вышедшего из кухни пунцового мужа. — Он считает, что салаты и закуски — это «пять минут делов» и не стоит внимания. Вот мы и решили в этом году обойтись без лишних хлопот. Угощайтесь рулькой!

Повисла звенящая тишина. Олег стоял, прижимая к груди противень, и выглядел так, будто хотел провалиться сквозь пол к соседям.

— Сынок, — ледяным тоном произнесла свекровь. — Ты хочешь сказать, что позвал нас в гости и даже не купил хлеба?

— Я... — промямлил Олег. — Я думал, Марина...

— А Марина при чем? — удивилась я. — Ты же у нас главный по мясу. Ты сказал, что твой вклад — 90% успеха. Вот, наслаждайтесь успехом.

Вечер был «незабываемым». Олегу пришлось срочно, за бешеные деньги (новогодний тариф!), заказывать доставку еды из ресторана. Курьера ждали два часа. Все это время гости сидели, ковыряли вилками остывающую рульку (которая без гарнира оказалась жирной и тяжелой) и закусывали моими оливками.

Свекровь пилила сына не переставая. Тетка поджимала губы. А я пила шампанское, ела колбасу и чувствовала себя великолепно. Я впервые за пять лет брака не устала в Новый год.

Когда гости ушли, Олег молча убирал со стола (я сказала, что маникюр свежий, портить нельзя). Он загрузил посудомойку, вытер стол и сел напротив меня.

— Я понял, — сказал он хмуро.

— Что ты понял?

— Что салаты — это не пять минут. И что я был идиотом.

— Прогресс, — кивнула я.

— Прости. Я правда думал, что это все как-то... само собой появляется.

— Само собой только пыль появляется, дорогой. А уют и стол — это труд. И я больше не намерена в одиночку обслуживать твои амбиции гостеприимного хозяина. Либо мы готовим вместе, либо заказываем еду, либо гости идут лесом.

— Договорились, — вздохнул он. — В следующем году закажем кейтеринг. Или к маме пойдем.

— Вот это мужской разговор, — я поцеловала его в щеку. — Доедай свою рульку, она и правда вкусная. Но без картошки — деньги на ветер.