— Я просила присмотреть за ремонтом, а не устраивать самодеятельность! — родители изуродовали мою кухню

Я мечтала об этой кухне три года. С того самого момента, как купила свою «однушку» в новостройке. Три года я жила с бетонными стенами, старым столом, найденным на даче, и плиткой на полу, доставшейся от застройщика. 

Я копила, рисовала эскизы, выбирала материалы. Мой проект был идеален: скандинавский минимализм. Светло-серые стены, белая плитка «кабанчик» на фартук, натуральное дерево, черные матовые детали. Ничего лишнего. Воздух, свет, стиль.

Когда я наконец нашла бригаду и закупила материалы, мне выпала срочная командировка в Китай. На две недели. Отказаться было нельзя — контракт века.

— Мам, пап, — обратилась я к родителям. — Вы сможете присмотреть за рабочими? Просто заезжать пару раз в неделю, проверять, чтобы они не пили и стены ровно штукатурили. Материалы все куплены, лежат в комнате. Плитка, обои, клей — все есть. Бригадир вменяемый. Просто контроль.

— Конечно, доченька! — засияла мама. — Не волнуйся, все будет в лучшем виде! Мы же с папой ремонт в своей трешке сами делали тридцать лет назад, опыт есть!

Именно этот «опыт тридцатилетней давности» меня и пугал. Родительская квартира — это музей советского быта с коврами на стенах, хрусталем в серванте и кухней в стиле «вырви глаз» (желтые обои в подсолнухах и коричневый гарнитур).

— Мам, пожалуйста, никакой самодеятельности, — строго предупредила я. — Делаем строго по моему проекту. Я скинула тебе фото. Серые стены, белая плитка. Точка.

Я уехала. Первую неделю мы списывались. «Рабочие работают, все хорошо», — рапортовал папа. Я успокоилась.

Вернулась я в пятницу вечером. Уставшая, но счастливая — контракт подписан, премия будет отличная. Мечтала зайти в свою новую, стильную кухню, налить вина и выдохнуть.

Ключ повернулся в замке. В квартире пахло свежим ремонтом и… жареными пирожками.

— Сюрприз! — выскочила в коридор мама в фартуке. — Мы решили встретить тебя по-домашнему! Иди скорее, смотри! Мы там немного… подкорректировали.

Слово «подкорректировали» прозвучало как выстрел. У меня похолодело внутри.

Я прошла на кухню и замерла в дверях. Чемодан выпал из рук.

Моей скандинавской мечты не было. Вместо благородных светло-серых стен на меня смотрели обои. Виниловые. Моющиеся. С гигантскими, реалистичными дымящимися кофейными чашками и надписями «Coffee», «Cappuccino», «Latte» на бежево-коричневом фоне. От этой пестроты рябило в глазах.

Но это было не самое страшное. Фартук. Мой любимый белый «кабанчик» исчез. Вместо него стена над рабочей зоной была выложена ярко-фиолетовой плиткой с какими-то золотыми вензелями.

— Ну как что? Красота! — гордо заявил папа, выходя с балкона. — Мы с матерью посоветовались и решили, что твой вариант — это как в больнице. Серое, белое… Скукотища! Молодая девка должна жить ярко!

— А где моя плитка? — спросила я ледяным тоном. — Где мои обои? Я за них заплатила сорок тысяч!

— Ой, да сдали мы их обратно! — махнула рукой мама. — Договорились с магазином, поменяли. Твоя плитка маркая, замучилась бы оттирать. А эта — смотри какая нарядная! И грязи не видно!

— Вы сдали МОИ материалы?! Без моего ведома?!

— Мы хотели как лучше! — обиделась мама. — И еще сэкономили! Твои обои стоили пять тысяч за рулон, а эти — по полторы! На разницу мы тебе вон шторы купили!

Я перевела взгляд на окно. Там висели тюль с рюшами и плотные шторы ядовито-зеленого цвета («под листики», пояснила мама). На столе красовалась клеенчатая скатерть в клетку, а на крючках висели вафельные полотенца с петухами.

— Мама, — я села на стул, потому что ноги не держали. — Это не кухня. Это ад эпилептика. Это колхоз «Красный лапоть».

— Красиво?! — я вскочила. — Вы изуродовали мою квартиру! Я просила вас просто ПРОКОНТРОЛИРОВАТЬ! А вы устроили здесь филиал своей дачи!

— Тебе не угодишь! — надулся папа. — Мы тебе уют создали. Тепло. А твой скандинавский стиль — это для офисов. Дома должно быть душевно!

— Душевно — это когда уважают чужое мнение! — закричала я. — Я три года мечтала об этой кухне! Я деньги копила! А вы взяли и все перечеркнули своим «вкусом»!

— Мы родители! Мы лучше знаем! — парировала мама. — Ты еще молодая, глупая. Потом спасибо скажешь. Вот выйдешь замуж, муж оценит. Мужики любят, когда ярко и сытно!

— При чем тут мужики?! Я здесь живу! Я!

— Знаешь что, — мама сняла фартук и швырнула его на стул. — Раз мы такие плохие, раз мы испортили тебе жизнь — живи как хочешь. Ноги нашей здесь больше не будет! Пошли, Витя!

Я плакала час. От обиды, от бессилия, от злости. Я смотрела на эти чашки на стенах и ненавидела их. Ненавидела эту плитку с вензелями.

Потом я позвонила бригадиру.

— Сергей, скажите, почему вы это сделали? У вас же был проект!

— Елена, — вздохнул он в трубку. — Ваши родители… они как танки. Мать ваша кричала, что она платит (хотя платили вы), отец грозился, что найдет другую бригаду. Они сказали, что вы передумали и поручили им изменить дизайн. Что я мог сделать? Ссориться с заказчиками?

— Ясно.

На следующий день я начала все сначала.

Я содрала обои с чашками. Сама, с остервенением. Под ними оказалась кривая штукатурка (видимо, «сэкономили» и на выравнивании). Плитку сбить я не смогла, сил не хватило.

Сейчас я живу в разрухе. Денег на новую плитку и работу мастеров у меня пока нет — все ушло на «сюрприз». Родители не звонят, обиделись смертельно. Тетя Люда (мамина сестра) уже позвонила и отчитала меня за то, что я «довела мать до сердечного приступа» из-за «каких-то обоев».

— Это просто стены, Лена! — вещала она. — Главное — отношения! Мать старалась, а ты нос воротишь! Эгоистка!

Я положила трубку.

Может, я и эгоистка. Но я не понимаю, почему любовь родителей должна выражаться в нарушении границ и навязывании своего вкуса. Почему «как лучше» в их понимании — это всегда поперек моей воли?

Я смотрю на фиолетовый фартук. Он раздражает меня каждое утро, когда я варю кофе. И я дала себе слово: как только получу премию, я собью его к чертям. И сделаю белый. Скучный. Офисный. МОЙ.

А с родителями… помиримся, конечно. Куда деваться. Но ключи от квартиры я у них забрала. И следующий ремонт — только под моим личным надзором. Или вообще без них. Так оно дешевле выйдет. И для кошелька, и для нервной системы.