Жена запретила приглашать мою маму в гости, но я считаю, что она просто не выносит справедливой критики

Я всегда считал, что моя мама — мудрая женщина. Галина Михайловна прожила непростую жизнь, вырастила меня одна после того, как отец ушёл из семьи. Она научила меня ценить порядок, дисциплину и честность. 

Поэтому когда моя жена Алина в очередной раз заявила, что больше не хочет видеть мою мать в нашем доме, я не мог понять, в чём проблема.

— Дима, твоя мама меня оскорбляет, — сказала Алина, когда мы ложились спать.

— Что ты несёшь? — я отложил телефон. — Мама тебя не оскорбляет. Она просто говорит правду.

— Правду? — Алина села на кровати. — Дима, она назвала меня плохой хозяйкой!

— Она сказала, что у тебя в углах пыль, — поправил я. — Это факт, а не оскорбление.

— Она сказала это при твоих друзьях! — голос жены задрожал. — Во время ужина! Она провела пальцем по подоконнику и громко объявила: «Алиночка, у тебя тут целый слой пыли, как ты вообще живёшь в такой грязи?»

Я пожал плечами:

— Ну и что? Она права ведь была. Ты действительно давно не вытирала пыль на подоконниках.

— Я работаю, Дима! Целыми днями! Прихожу домой, готовлю, убираюсь, стираю! У меня просто физически не хватает времени протирать каждый угол!

— Если бы ты правильно организовала время, всё бы успевала, — я зевнул. — Мама в твоём возрасте работала на двух работах и при этом дома был идеальный порядок.

— Твоя мама не работала на двух работах! — Алина вскочила. — Она работала продавцом в одну смену и больше ничего!

— Неважно, — я отмахнулся. — Суть в том, что она умела организовать быт. А ты постоянно жалуешься на усталость.

Алина молча ушла в ванную. Я слышал, как она там плакала, но решил не лезть. Пусть успокоится. Женщины всегда всё драматизируют.

Утром она снова завела этот разговор:

— Дима, я серьёзно. Я больше не хочу, чтобы твоя мама приходила к нам.

— Алин, это моя мать, — я намазывал масло на хлеб. — Она имеет право навещать сына.

— Она может навещать тебя где угодно! Встречайтесь в кафе, ходите в парк! Но сюда я её не пущу.

— Не пустишь? — я усмехнулся. — Это мой дом тоже, между прочим. Я имею право приглашать сюда кого хочу.

— Твоя мама меня унижает! Постоянно! Каждый раз, когда приходит!

— Она даёт тебе полезные советы, — я допил кофе. — Если бы ты их слушала, а не обижалась, у нас дома было бы лучше.

— Советы?! — Алина повысила голос. — Дима, на прошлой неделе она сказала, что борщ у меня «как из столовой, никакого домашнего вкуса»! Это совет?!

— Ну, объективно борщ был не очень, — пожал я плечами. — Свёкла недоварена была.

— Я варила его три часа!

— Значит, что-то не так делала. Мама тебе и объяснила, что именно.

Алина схватила свою сумку и выбежала из квартиры, хлопнув дверью. Я покачал головой. Опять истерика на пустом месте.

Вечером позвонила мама.

— Димочка, как дела? Алиночка ещё дуется?

— Да она вообще какую-то ерунду говорит, — я включил телевизор. — Запрещает мне тебя приглашать в гости.

— Ой, да ладно, — мама рассмеялась. — Она просто не привыкла к конструктивной критике. Избалованная девочка. Я ведь ей добра желаю, хочу научить быть хорошей хозяйкой.

— Я ей это и говорю, — поддержал я. — А она обижается.

— Ну ничего, перевоспитаем, — уверенно сказала мама. — Кстати, я завтра хотела зайти, холодильник вам посмотреть. Ты говорил, он странно работает.

— Конечно, заходи, — согласился я. — Часиков в семь.

— Хорошо, сынок. Я заодно продукты проверю, а то в прошлый раз у вас там такой бардак был...

На следующий день я предупредил Алину, что мама придёт вечером.

— Я же просила не приглашать её, — устало сказала жена.

— Алин, холодильник надо посмотреть. Мама в этом разбирается.

— Можно мастера вызвать!

— Зачем тратить деньги, если мама бесплатно поможет?

Алина ничего не ответила.

Мама пришла ровно в семь. С порога сняла туфли и прошла прямиком на кухню.

— Так, посмотрим, — она открыла холодильник и начала доставать продукты. — Димочка, это что за йогурт? Срок годности истёк три дня назад!

— Это Алина покупала, — я пожал плечами.

— Алиночка! — позвала мама. — Ты что, хочешь мужа отравить? Зачем просрочку хранишь?

Алина стояла в дверях с каменным лицом.

— Я забыла выбросить.

— Забыла, — мама покачала головой. — А если бы Дима это съел? В больницу бы попал! Хозяйка должна следить за такими вещами! У меня никогда в холодильнике ничего просроченного не было!

— Галина Михайловна, йогурт просрочен на три дня, а не на три месяца, — тихо сказала Алина. — От него ничего не будет.

— А вот и будет! — мама наставительно подняла палец. — У Димы желудок слабый, он с детства такой. Ему нельзя ничего несвежего!

Я ел этот йогурт позавчера и чувствовал себя прекрасно, но промолчал.

Мама продолжила ревизию. Нашла огурец с тёмным пятном — «почему несвежие овощи покупаешь?». Нашла открытую банку томатной пасты — «почему не переложила в контейнер, же в жестянке окисляется!». Нашла сыр — «какой дешёвый сорт, Диме нужен нормальный, качественный!».

Алина стояла молча, сжав кулаки.

Потом мама пошла в гостиную.

— О господи, — она остановилась посреди комнаты. — Алина, а почему у вас ковёр не пылесосен? Тут крошки на полу!

— Я пылесосила вчера, — сквозь зубы процедила жена.

— Неважно, надо каждый день! — мама наклонилась и подняла какую-то соринку. — Вот смотри, мусор! Димочка, у тебя аллергия на пыль может быть!

— Мам, всё нормально, — я переключал каналы.

— Ничего не нормально! — она повернулась к Алине. — Девочка, я понимаю, что ты работаешь, но дом — это святое! Муж должен приходить в чистоту и уют! А у вас тут... — она обвела рукой комнату, как будто мы жили на свалке.

Хотя объективно в комнате было чисто. Я сам не видел никаких крошек.

— Галина Михайловна, — Алина сделала шаг вперёд. — Спасибо за заботу, но я справляюсь.

— Справляешься? — мама усмехнулась. — Милая, если бы справлялась, тут бы не было пыли, просрочки в холодильнике и недоваренного борща на ужин!

— Какого борща? Я сегодня борщ не варила!

— Ну, в прошлый раз, — отмахнулась мама. — Я просто к слову. Диме нужна хозяйственная жена, понимаешь? А ты...

— Мам, хватит, — я почувствовал, что Алина сейчас взорвётся.

— Что «хватит»? Я правду говорю! Вот у моей подруги Светы невестка — вот это хозяйка! Дом сверкает, муж всегда накормлен, дети ухожены! А тут...

— Уходите, — тихо сказала Алина.

— Что? — мама не поняла.

— Уходите из моего дома. Немедленно.

— Алина! — я вскочил. — Ты что себе позволяешь?!

— Я позволяю себе выгнать человека, который меня унижает! — Алина развернулась ко мне. — Дима, твоя мать третий час ходит по квартире и тыкает меня носом во всё подряд! Я устала это терпеть!

— Она даёт тебе советы! — возмутился я.

— Она меня оскорбляет!

— Алиночка, милая, — мама взяла примирительный тон. — Я не хотела тебя обидеть. Просто я переживаю за Диму. Он мой единственный сын...

— Мне плевать! — крикнула Алина. — Уходите! И больше сюда не приходите!

Мама обиженно поджала губы, взяла сумку.

— Ну что ж, Димочка. Я вижу, что здесь меня не ценят. Позвоню тебе завтра.

Она ушла.

Я развернулся к Алине:

— Ты совсем обнаглела? Как ты смеешь так разговаривать с моей матерью?!

— Как я смею?! — у Алины на глазах выступили слёзы. — Дима, она только что полтора часа меня унижала! При тебе! А ты даже не заступился!

— Она говорила правду! Йогурт действительно просрочен! Пыль действительно есть!

— Это нормально! Так живут все люди! Небольшая пыль, случайная просрочка — это не повод устраивать разнос!

— Моя мама просто хочет, чтобы её сыну было комфортно!

— Твоя мама хочет самоутвердиться за мой счёт! — Алина вытерла слёзы. — Она приходит сюда не помогать, а показывать, какая я плохая жена!

— Глупости.

— Это не глупости! Дима, подумай! Она ни разу не похвалила меня! Ни разу! Что бы я ни сделала — всё плохо! Ужин не такой, уборка не такая, я одета не так, причёсана не так! Я никогда не буду достаточно хороша для её драгоценного сыночка!

Я молчал. Мне казалось, что Алина преувеличивает.

— Знаешь что, — Алина взяла телефон. — Либо ты ставишь границы со своей матерью, либо я ухожу.

— Ты шутишь? — я не поверил.

— Нет. Я устала быть козлом отпущения. Устала слушать, какая я плохая. Устала от того, что ты её поддерживаешь во всём. Выбирай.

— Алина, это моя мать!

— А я — твоя жена!

Мы стояли друг напротив друга. Я видел, что она серьёзна.

— Ты требуешь от меня отказаться от матери? — медленно спросил я.

— Я требую уважения к себе.

— Уважения?! Да ты её выгнала!

— После того как она меня унизила!

— Она не унижала! — я повысил голос. — Здоровая критика никому не вредит! Может, стоит прислушаться к её словам, а не устраивать истерики?!

Алина посмотрела на меня долгим взглядом.

— Понятно, — она прошла в спальню и достала из шкафа сумку.

— Ты что делаешь?

— Собираюсь. Поживу у подруги, пока ты не одумаешься.

— Алина, не дури!

— Я не дурю. Я ухожу от мужчины, который не может защитить свою жену. Который считает нормальным, что его мать меня постоянно унижает. Который вообще не видит проблемы.

Она запихнула в сумку вещи и пошла к выходу.

— Алина!

— Позвонишь, когда будешь готов извиниться, — она остановилась у двери. — И когда объяснишь своей матери, что так больше нельзя. Если нет — подам на развод.

Она ушла.

Я стоял посреди квартиры в полном недоумении. Из-за чего весь сыр-бор? Мама действительно хотела помочь. А Алина просто не выносит критики.

Вечером я позвонил маме, рассказал что случилось.

— Вот видишь, Димочка, — вздохнула она. — Я же говорила, что она избалованная. Не умеет признавать ошибки. Ничего, поживёт у подружки, остынет, вернётся.

— А если не вернётся?

— Вернётся, — уверенно сказала мама. — Такие как она всегда возвращаются. Главное — не беги за ней. Покажи характер.

Я послушался.

Прошла неделя. Алина не звонила. Я тоже не звонил — принципиально.

Прошла вторая неделя. Я начал волноваться, но мама сказала: «Держись, сынок. Она первая должна извиниться».

На третьей неделе мне пришло уведомление. Алина подала на развод.

Я позвонил ей:

— Ты серьёзно?

— Абсолютно, — её голос был спокойным. — Дима, ты не изменился. Ты так и не понял, в чём проблема. Значит, нам не по пути.

— Алина, давай поговорим...

— Не о чем говорить. Живи со своей мамой. Раз она для тебя важнее.

Она повесила трубку.

Сейчас идёт бракоразводный процесс. Мама говорит, что я молодец, что не прогнулся. Что Алина сама виновата, могла бы быть покладистей. Я тоже так считаю.