Женщина пыталась образумить невесту брата, объясняя, как он относится к детям от предыдущих браков

Таня медленно помешивала кофе, глядя в окно на осенний двор. За столом напротив сидела Алёна — стройная блондинка с яркими губами и уверенным взглядом. Девушка увлечённо рассказывала о предстоящей свадьбе с Сергеем, о платье, которое уже заказала, и о медовом месяце в Италии.

— Серёжа такой романтик, — щебетала Алёна, показывая маникюр с золотыми блёстками. — Вчера подарил браслет от Тиффани. Говорит, что я для него единственная и неповторимая.

Таня кивала и старалась сохранять нейтральное выражение лица. Те же слова она слышала пять лет назад от Марины, второй жены брата. И семь лет назад от Оксаны, первой. Обе тогда светились от счастья, строили планы на будущее, мечтали о большой и дружной семье. Обе потом горько разочаровались в мужчине, которого считали принцем.

Сергей действительно умел очаровывать женщин. Высокий, статный, с обаятельной улыбкой и умением красиво ухаживать. В период романтических отношений он дарил дорогие подарки, водил в рестораны, осыпал комплиментами. Даже в браке первое время был внимательным мужем и заботливым отцом. Но стоило отношениям дать трещину, как Сергей моментально терял интерес ко всему, что связывало его с этой семьёй.

После развода с Оксаной брат словно забыл, что у него есть сын. Максиму было тогда всего три года, но папа исчез из его жизни напрочь. Алименты Сергей платил минимальные — официально он работал на полставки за копейки, хотя на самом деле имел неплохой доход от собственного бизнеса. Когда Оксана пыталась встретиться с ним, чтобы обсудить вопросы воспитания сына, он отвечал: «Мы развелись, какие могут быть разговоры?»

Со второй женой история повторилась почти один в один. Марина родила Сергею двоих детей — дочку Сашу и сына Дениса. Пока семья была крепкой, он души не чаял в малышах, покупал им дорогие игрушки, возил на курорты, планировал их образование. Но как только брак разладился, дети сразу превратились для него в обузу.

— Я не собираюсь содержать чужую семью, — заявил он тогда Тане. — Пусть сама работает, раз такая самостоятельная.

Марина металась между работой и детьми, пыталась через суд добиться нормальных алиментов, но Сергей каждый раз находил способы их уменьшить. То справку о болезни принесёт, то доходы в декларации занизит. А встречаться с детьми категорически отказывался.

— Зачем им отец, который их бросил? — цинично говорил он. — Пусть лучше маму слушаются.

Таня несколько раз пыталась поговорить с братом, объяснить ему, что дети ни в чём не виноваты, что они нуждаются в отце. Но Сергей только раздражался и отвечал, что она не понимает, каково это — платить за чужие ошибки. А разводы он считал ошибками своих жён, мол, не сберегли брак, вот сами и виноваты.

Теперь, глядя на сияющую Алёну, Таня понимала, что история готова повториться в третий раз. И хотя девушка была не слишком ей симпатична — легкомысленная, избалованная, привыкшая жить красиво и не особо задумываться о последствиях, — Таня чувствовала, что должна её предупредить.

— Алёночка, — осторожно начала она, дождавшись паузы в монологе невестки. — А вы с Серёжей обсуждали вопрос детей? В смысле, от предыдущих браков?

Алёна слегка поморщилась:

— А что их обсуждать? У Серёжи есть дети, у меня пока нет. Когда поженимся, заведём своих. А его прежние семьи — это не моё дело. Я не собираюсь вникать в их проблемы.

— Но ведь это его дети, — настаивала Таня. — Трое малышей, которым нужен отец.

— Слушайте, Танечка, — Алёна отставила чашку и посмотрела с лёгким раздражением. — Я не понимаю, к чему этот разговор. Серёжа сам мне объяснил ситуацию. У него были неудачные браки с неподходящими женщинами. Они сами виноваты в том, что отношения не сложились. А теперь пытаются выжать из него деньги и заставить встречаться с детьми из чувства вины. Но он не обязан всю жизнь расплачиваться за чужие ошибки.

Таня почувствовала, как внутри поднимается волна возмущения. Те же слова, та же аргументация. Интересно, Сергей заучил этот текст наизусть или у него талант находить женщин с одинаковым складом ума?

— Алёна, а если у вас с Серёжей тоже что-то не сложится? — спросила она прямо. — Вы готовы к тому, что он поступит с вами так же?

Девушка рассмеялась — звонко и уверенно:

— Танечка, ну что вы говорите! У нас совершенно другие отношения. Мы подходим друг другу, понимаете? Серёжа наконец нашёл свою женщину. Он сам мне это говорит каждый день. Та история не повторится, поверьте.

Таня вздохнула. Она помнила, как точно так же говорила Марина: «У нас особенная связь, мы созданы друг для друга, он изменился». Помнила, как Оксана клялась, что знает секрет мужского сердца и никогда не потеряет мужа.

— Хорошо, — сдалась Таня. — Просто будьте осторожнее. И подумайте о детях, когда они появятся.

— Конечно подумаю, — кивнула Алёна. — О своих детях. А чужие меня не касаются.

После ухода невестки Таня долго сидела на кухне, размышляя о разговоре. Её поражала не только чёрствость Сергея, но и эгоизм его избранниц. Алёна, как и её предшественницы, видела только то, что хотела видеть. Она искренне считала себя особенной, той единственной, которая изменит характер мужчины.

Вечером позвонил Сергей. Голос у него был приподнятый, довольный:

— Танька, Алёнка сказала, что вы сегодня встречались. Как тебе моя невеста?

— Красивая девушка, — нейтрально ответила Таня. — Серёжа, а ты не думал познакомить её с детьми? Пусть хотя бы знает, какие у неё будут пасынки.

В трубке повисла пауза.

— Зачем? — наконец спросил брат. — Какие пасынки? У Алёны будут свои дети, мои дети. А те... ну, Танька, ты же понимаешь. Это всё в прошлом. Зачем ворошить?

— Серёжа, им восемь, пять и три года. Какое прошлое?

— Слушай, не начинай опять эту песню, — в голосе брата появились жёсткие нотки. — Я создаю новую семью. И не собираюсь тащить в неё проблемы из прежней жизни. Алёна меня понимает и поддерживает. А твоё мнение меня не интересует.

Он повесил трубку, и Таня осталась наедине со своими мыслями. Она представила троих детей — Максима, который только пошёл в школу и до сих пор иногда спрашивал бабушку, когда придёт папа; маленьких Сашу и Дениса, которые видели отца только на фотографиях. Представила Марину, которая работала на двух работах, чтобы содержать семью. Представила Оксану, которая так и не смогла объяснить сыну, почему папа их оставил.

И представила Алёну через несколько лет — уже не такую уверенную и сияющую, с собственным ребёнком на руках и горьким пониманием того, что принц оказался жабой. Которая будет точно так же проклинать бывшего мужа и бороться за алименты.

Но пока этого не случилось, Алёна была счастлива в своём неведении. Она искренне верила в особенность их любви и в то, что история не повторится. Верила в то, что хотела верить.

Тане оставалось только наблюдать со стороны и надеяться, что хотя бы в третий раз её брат одумается. Хотя надежд на это было мало.

За окном опали последние листья, и голые ветви качались на ветру, как в предчувствии долгой зимы.