Зять запретил мне видеть внука из-за шоколадки, вот пусть тогда сам его в сад осенью и водит

Если сейчас, после 50 лет, спросить меня, от чего получаю самое большое удовольствие, отвечу – от роли бабушки.

Внуку Пете уже четыре года. Это сынишка моей дочки, Алёны.

Я не работаю, ушла после рождения внука, чтобы помогать дочке и зятю. Забираю его из садика, вожу на разные развивающие занятия, оставляю у себя ночевать, когда дочь с мужем хотят куда-нибудь сходить вдвоём. 

Петя знает, что у бабушки всегда есть его любимая кружка, машинки под кроватью и маленькая подушка, которую он называет «самолётной».

Я никогда не считала эту помощь обязанностью. Мне хотелось быть рядом с Петей – видеть, как он растёт, слушать его бесконечные истории и радоваться каждому новому слову. 

В этом году дочка вернулась на работу, а я стала проводить с Петей ещё больше времени. И ужасно этому рада!

Только вот моего энтузиазма совершенно не разделяет зять, муж Алёны. 

Володя работает фитнес-тренером, и они с Алёной придерживаются концепции правильного питания.

Зять строго следит, чтобы дома не было конфет, газированных напитков и покупной выпечки. А Петенька в качестве сладкого угощения получает только те продукты, которые разрешит папа. Обычно это какие-то снеки с фруктами.

Я, конечно, не до конца разделяю эту позицию, но вынуждена её уважать. Это ведь родители, а я только бабушка.

Поэтому когда внук остаётся у меня, я не устраиваю ему праздник непослушания. Могу дать печенье к чаю или маленькую конфету, но ничего такого, что могло бы стать поводом для серьёзного разговора с детьми.

И всё равно Вова постоянно делает мне замечания. Но я обычно в ответ молчу, потому что не хочу ссориться с зятем из-за какой-нибудь маленькой конфеты.

Но, видимо, скандала было не избежать. Гром грянул в начале нового учебного года, когда я как-то забирала Петю из садика.

Я пошла с внуком на детскую площадку. Петя хорошо поел в саду, много бегал, а потом сел рядом со мной на лавочку.

У меня в сумке лежала маленькая шоколадка. Люблю иногда выпить чай с кусочком шоколада с орехами.

Внучок увидел сладость, поэтому спрятать её уже не было шанса. Я разломила плитку пополам и дала ему небольшой кусочек.

Именно в этот момент появился зять. Видимо, Вове удалось уйти с работы чуть раньше.

Он подошёл и посмотрел на шоколадку в руке сына так, будто увидел что-то совершенно ужасное. Вова тут же забрал остатки у Пети и спросил меня, зачем я это сделала.

- Володя, ну зачем уж так? Ничего страшного от такого маленького кусочка и не случится, – возмутилась я.

- Уж не знаю, по злому умыслу или по глупости вы, Мария Семёновна, постоянно нарушаете наши правила, но это даже не имеет значения. Как после такой выходки вам можно доверять ребёнка? – бушевал зять.

По глупости? У меня от возмущения даже губы задрожали. Я отправила Петю обратно на площадку и встала со скамейки.

- Ты со мной таким тоном не разговаривай! Я ведь не какая-то нанятая нянька, а бабушка этого ребёнка! И тоже несу за него ответственность, – твердо сказала я.

Зять вспылил и заявил, что я не уважаю решения родителей ребёнка, поэтому не должна больше забирать его из садика или оставлять у себя.

- То есть ты, самодовольный павлин, готов отказаться от всей моей помощи из-за кусочка шоколада? – вышла я из себя.

Муж дочки за пять минут этой ссоры перечеркнул 4 года, в течение которых я помогала им с ребёнком. И всё из-за собственной дурацкой гордости! 

После этого зять забрал сына с площадки, они ушли домой.

Вечером мне позвонила Алена.

Я ждала от дочери если не извинений, то хотя бы слов поддержки. Но Алёна сказала, что они с мужем вместе решили придерживаться определённых правил, а я своим поведением перешла все границы. 

Я бросила трубку.

В тот вечер в моей квартире впервые было непривычно тихо.

На полке стояли Петины игрушки. На холодильнике висел его рисунок, где мы с ним почему-то были нарисованы зелёным цветом.

Я смотрела на всё это и чувствовала не столько злость, сколько пустоту.

Можно, конечно, перезвонить дочке и сказать, что больше не буду покупать шоколад. Пообещать, что буду следовать всем их правилам.

Но я вовремя остановилась. Поняла, что если сейчас промолчу, то дальше буду бояться каждого своего шага. Сегодня поводом стала шоколадка, а завтра зять просто из-за плохого настроения опять будет шантажировать меня встречами с внуком.

Нет уж, не допущу такого обращения с собой.

Через пару дней Алёна написала мне сообщение: мол, Петя спрашивает, почему бабушка не приходит.

Мне было очень тяжело. Я скучала по Петеньке каждый день. В нём ведь сейчас смысл моей жизни!

Но не могу я согласиться с тем, что родную бабушку можно одним решением вычеркнуть из жизни внука, а потом снова позвать, когда понадобится помощь!

Ведь Алёна в своём сообщении даже не извинилась. Что уж говорить о зяте! Он ведь наверняка до сих пор считает, что был прав.

Вот пусть тогда и попробуют справиться без меня хотя бы неделю-другую. Я же знаю рабочий график и Алёны, и Владимира. Долго они не выдержат.

Посмотрю, куда зять денет гордость, когда его родного сына некому будет из садика забирать!