- Это у тебя от недостатка глюкозы голова не работает! – ругала меня начальница, не переставая жевать шоколад

После декретного отпуска я вернулась в магазин канцтоваров, но почти сразу же поняла, что больше не хочу там работать. В конце концов, у меня есть высшее образование. Пусть я не юрист с большой буквы, но легко могу готовить документы, проверять договоры и консультировать по несложным вопросам.

В консалтинговой фирме, куда я пришла, меня приняли с распростёртыми объятиями. Четыре полные дамы разных возрастов, но примерно одной комплекции, усадили меня пить чай и стали дружно рассказывать о работе.

О моих обязанностях было сказано совсем немного – мне даже пришлось самой выпытывать эту информацию. Худо-бедно я поняла, что составлять договоры мне не придётся. Я же помощник юриста, а не старший юрисконсульт. Но я буду искать нужную информацию по поручению Елены Анатольевны, которая заведует всеми правовыми вопросами.

- Вы, Мариночка, будете составлять запросы, - сказала юрист, - немного консультировать и выполнять мои отдельные поручения.

- А вот исковые заявления в суд и … - начала было я, но тут же была прервана.

- Про это мы будем с вами говорить уже в процессе, - перебила меня Елена Анатольевна, махнув рукой, - давайте лучше мы объясним вам,  как тут в офисе всё устроено.

- Вы о чём? – с улыбкой спросила я.

Вот тут-то четыре моих коллеги, перебивая друг друга, стали рассказывать, как им тут работается. Ну и как будет работаться мне.

- Мы работаем с восьми, но вообще-то в восемь никто не начинает, - разоткровенничалась Ниночка и отхлебнула большой глоток кофе, в который предварительно булькнула изрядное количество сахара, - сначала у нас чаепитие. Смотри, вот тут у нас конфеты, печенье, а если есть торт, то мы его ставим в холодильник.

- Торты мы носим по очереди, - поддержала коллегу Анна Николаевна, бухгалтер, - обычно, если у кого-то день рождения или какой-то другой праздник, несут торт или заказывают пиццу.

- Но обычно и то, и другое, - подала голос Верочка и прищурила свои лисьи глазки. Она зачерпнула ложкой варенье и с наслаждением отправила его в рот.

- И то, и другое? – рассмеялась я.- Да нас же всего пятеро!

- Не пятеро, а шестеро, - поправила меня Елена Анатольевна, - с нами всегда пьёт чай наша начальница, Варвара Андреевна. Ты же знакома с ней?

- Да, конечно, - кивнула я, вспоминая очень крупную, высокую женщину, которая принимала меня на работу, - а как она относится к тому, что в восемь часов рабочий день не начинается?

- Она понимающий человек, - произнесла Верочка и развернула конфету. Перед ней уже лежало штук семь фантиков.

- Да, да, пьёт чай вместе с нами, - кивнула Елена Анатольевна, - и тоже носит торты и пироги. А теперь самое главное: мы скидываемся сразу после зарплаты по тысяче рублей на сладости, чай и кофе. А потом ещё каждую неделю докладываем по пятьсот рублей.

- По тысяче, а потом ещё по пятьсот? – удивилась я. – То есть на сладости и чай каждый сдает тысячи по три в месяц?

- Маловато, конечно, - кивнула Анна Николаевна, - но не забывай про дни рождения, когда торты мы приносим дополнительно. А ещё часто клиенты дарят конфеты и торты. Вот так и живём. Ты, кстати, новенькая, поэтому можешь скинуться после первой зарплаты.

Да уж, изрядно удивили меня дамы, рассказав о местных порядках. Особенно повеселили тем, что они даже не поняли, как я ужаснулась сумме на сладости – целых три тысячи! Мне кажется, что это очень много. А мои коллеги решили, что я сочла эту сумму недостаточной.

Но пришло время и мне удивить своих сотрудниц. Первым делом я сказала, что придерживаюсь принципов правильного питания.

- Мм, я тоже, - сказала Верочка и засунула в рот печенье.

- Вот как? – удивилась я. – Интересно. У вас сейчас чит-мил? 

- Нет, нет, я не прерываюсь на чит-мил, - возразила коллега, и никто этому не удивился, - я всегда питаюсь правильно.

Я сдержалась, чтобы не хмыкнуть, и сказала, что готова сдавать по пятьсот рублей в месяц на чай. Более того, тот чай, который собираюсь пить сама, принесу из дома. Вместе с заварником, потому что пью чай исключительно свежезаваренный, травяной или зеленый. И этим самым чаем тоже готова угощать весь коллектив.

- А вообще я чаще всего пью воду, которую приношу с собой, - с улыбкой заявила я, разглядывая недоуменные лица коллег.

- А торты как же? – спросила Елена Анатольевна. – А конфеты-то как?

Я покачала головой. Нет, ничего подобного я не ем, и сдавать на это деньги не собираюсь. На свой день рождения, так уж и быть, закажу для коллектива и пиццу, и торт. Но не более того.

- У нас так не принято, - возмутилась Верочка и вновь потянулась за печеньем.

- Зато у меня принято, - улыбнулась я, - и, наверное, нам пора разбегаться по рабочим местам. Я напилась чаю и хочу поработать. Мне ещё предстоит вникнуть в суть моих обязанностей.

Коллеги проводили меня такими взглядами, что я физически ощутила их неодобрение. Шептаться при мне они не стали, но я чуть ли не слышала голоса в их головах. Ну, а когда я отлучилась в уборную, то сразу было понятно – любительницы чаёвничать сейчас перемоют мне кости.

На чай они собирались не один и даже не два раза за день. Раз пять, не меньше, и это не считая  обеда. Каждый «чай» сопровождался интенсивным поеданием конфет, печенья, джема и мёда. 

- Марин, ты не надумала с нами чайку попить? – спросила Анна Николаевна. 

- Нет, спасибо, - с улыбкой ответила я и сделала глоток воды.

- А с конфеткой-то, а? – настаивала коллега.

Я сказала, что не нужно меня уговаривать запихивать что-то в рот. На что получила ответ, что в таком случае я в этом коллективе долго не задержусь.

Уж откуда я не ожидала неодобрения, так это от начальницы. Варвара Андреевна не часто бывала в офисе, но когда приходила, то сразу садилась за стол. И сразу начинала «инспекцию» новых конфет и вафелек. Ей нужно было попробовать каждую, запить чаем и сказать своё мнение о вкусе.

Меня начальница невзлюбила, уж не знаю почему. Ведь, освоившись, я работала гораздо быстрее остальных сотрудниц. А ещё не прерывалась на покурить и «попить чай». Но, видимо, я служила немым упрёком главной «сластёне».

Если честно, работалось мне тяжело. Коллеги и начальница придирались ко мне, не отступая от намерения обратить меня в свою «секту». Хотя сектантством они называли моё увлечение правильным питанием. Я никому не навязывала свои убеждения, но почему-то мои яблоки, йогурты и вода страшно раздражали коллег.

Однажды я допустила досадную ошибку в документе – первую за всё время. В то время как другие сотрудницы ошибались куда чаще. А ещё они нарушали дедлайны и срывали важные процессы. Вот только на мне Варвара Андреевна крепко оторвалась.

- Это у тебя от недостатка глюкозы голова не работает! – ругала меня начальница. В этот момент она развернула шоколадку и запихнула в рот большой кусок.

Хотела я ответить ей крепким словцом, да передумала. Мне пришло в голову, что надо бы бежать с такой работы, в которой так назойливо продвигается сахарное обжорство под видом чаепития. И всё-таки я решила доработать до конца месяца.

Но вот что удивительно: накануне того самого дня, когда я приготовилась идти с заявлением к начальнице, Варвара Андреевна уволилась. Вроде бы как по собственному желанию, но после разговора с нашими учредителями она выбежала из кабинета в слезах. 

На её место пришёл Вячеслав Юрьевич – молодой, крепкий, спортивного вида мужчина. Когда мы знакомились, он попросил каждого рассказать в двух словах о себе. 

- Вы тоже за здоровый образ жизни? – воскликнул наш новый шеф после моего ответа. – Как замечательно! Я тоже занимаюсь спортом, пью много воды и воздерживаюсь от вредных продуктов. Сахар и некоторые виды жиров под категорическим запретом.

Ох, как же я была рада этим словам! Сразу передумала увольняться!

А вот моим коллегам пришлось несладко. Мало того, что новый шеф запретил чаепития чаще, чем два раза в день, так ещё и ограничил их время пятнадцатью минутами. А когда видел, что девчонки едят конфеты, он мог даже прочитать нотацию на тему того, как это вредно.

И начались для меня замечательные времена. А главное, что через месяц ушла Елена Анатольевна, и я заняла её место старшего юрисконсульта.