Коллега постоянно твердит о правильном питании и вреде сладкого, но каждый день ест мою еду из холодильника

Сегодня утром я принесла на работу контейнер с котлетами и гречкой. Готовила вчера вечером, разложила по порциям, одну взяла с собой. В обед пошла на кухню разогреть, открыла холодильник и увидела Ларису. Она стояла у микроволновки с моим контейнером в руках.

— Лариса, это моя еда, — сказала я.

Она обернулась, на лице ни тени смущения.

— Ой, Наташа, я думала, это общее! Просто хотела попробовать, ты так вкусно готовишь!

— Лариса, там моё имя написано на крышке. Маркером.

Она посмотрела на контейнер.

— А, точно! Ну извини, не заметила. Я уже разогрела, правда. Можно я доем?

Я молча взяла контейнер из её рук, выбросила содержимое в мусорку и пошла к своему столу. Лариса осталась стоять на кухне с недоумённым видом.

Это был не первый случай. За последние три месяца Лариса съела мой йогурт, мои яблоки, половину моего сыра и целую пачку печенья, которое я принесла к чаю. Каждый раз с одной и той же отговоркой: думала, что общее, хотела попробовать, оно же уже открыто.

При этом Лариса постоянно рассказывала всем о своём правильном питании. Каждое утро она заходила в офис с контейнером, в котором лежали овощи, куриная грудка на пару и бурый рис.

— Я больше не ем сладкое, — говорила она за общим столом. — Сахар это яд. У меня теперь только мёд и фрукты.

Когда кто-то приносил торт на день рождения, Лариса морщилась.

— Нет, спасибо. Я на правильном питании. Хлеб вообще не ем, это пустые углеводы.

Когда коллега предлагал кофе с молоком, она отказывалась.

— Молоко? Ни в коем случае! От него прыщи и проблемы с пищеварением. Я только растительное пью.

Все кивали, восхищались её силой воли. А потом я заходила на кухню и видела, как Лариса доедает чужое печенье или пьёт молоко прямо из пакета.

Однажды я застала её с моим бутербродом. Она жевала, стоя у окна.

— Лариса, это мой бутерброд.

— Ой, правда? Я думала, кто-то оставил.

— Он лежал в контейнере с моим именем.

— Извини, не заметила. Ты так вкусно делаешь! С чем это, с ветчиной?

— С ветчиной и сыром. Которые ты тоже ешь, хотя говоришь, что хлеб яд.

Лариса засмеялась.

— Ну, иногда можно. Главное не каждый день.

Я забрала остатки бутерброда и вышла с кухни.

После истории с котлетами я решила поговорить с Ларисой серьёзно. Подошла к её столу после обеда.

— Лариса, нам нужно поговорить.

— О чём? — она подняла голову от монитора.

— О том, что ты постоянно берёшь мою еду. Это уже который раз.

— Наташ, ну я же извиняюсь каждый раз! Просто не замечаю, что это твоё.

— На всех моих контейнерах написано имя. Маркером. Крупными буквами.

— Ну да, но я тороплюсь, не всегда читаю.

— Лариса, ты не можешь торопиться каждый день. Ты специально берёшь чужую еду.

Она нахмурилась.

— С чего ты взяла?

— С того, что это происходит регулярно. И только с моей едой. Ты никогда не трогаешь контейнеры Олега или Светы.

— Может, у них невкусно, — пошутила Лариса.

Я не улыбнулась.

— Это не смешно. Ты ешь мою еду без спроса. Это неправильно.

Лариса откинулась на спинку стула.

— Господи, Наташа, ну что за проблема? Я же не специально! И вообще, ты всегда приносишь много, тебе не жалко поделиться?

— Жалко. Потому что я готовлю для себя, а не для тебя. И потому что ты постоянно говоришь, что на правильном питании, а сама ешь всё подряд.

— Я не ем всё подряд!

— Ешь. Вчера я видела, как ты пила молоко из общего пакета. При том, что всем рассказываешь, что молоко вредно.

— Ну, я просто попробовала!

— Лариса, ты допила весь пакет. Это не попробовать.

Она замолчала, глядя в монитор.

— Знаешь что, Наташа, ты слишком придираешься. Это просто еда, не нужно делать из этого трагедию.

— Хорошо. Тогда я попрошу тебя больше не трогать мои вещи в холодильнике. Если хочешь что-то попробовать, спроси у меня сначала.

— Ладно, ладно, — буркнула Лариса. — Не буду больше.

На следующий день я принесла контейнер с салатом. Положила в холодильник, на крышке написала имя и добавила: «Не трогать!». Пошла работать.

В обед зашла на кухню. Контейнер стоял на столе, открытый, половина салата съедена. Рядом сидела Лариса с вилкой в руке.

— Серьёзно? — я остановилась в дверях.

Лариса подняла голову.

— Наташ, ну ты же вчера сказала, что я могу попробовать, если спрошу!

— Я сказала спросить сначала. Ты спрашивала?

— Ну, тебя не было за столом, я подумала, что ты не против.

— Лариса, на контейнере написано «не трогать». Какая часть непонятна?

Она положила вилку.

— Ты прямо жадная какая-то. Это же просто салат!

— Это мой салат. Который я готовила для себя. И ты съела его без спроса, снова.

Лариса встала.

— Знаешь, Наташа, ты слишком много себе позволяешь. Ведёшь себя так, будто я у тебя ворую. Это офисная кухня, здесь всё общее.

— Не всё. То, что в контейнерах с именами, не общее. И ты это прекрасно знаешь.

— Ну извини меня, королеву! Больше не трону твою драгоценную еду!

Она вышла из кухни, громко хлопнув дверью. Я осталась стоять у стола, глядя на полупустой контейнер.

Вечером я рассказала мужу о ситуации.

— Может, просто перестать приносить еду на работу? — предложил он.

— Почему я должна менять свои привычки из-за неё? Я хочу есть домашнюю еду, а не покупать в столовой.

— Тогда поговори с начальством.

— Из-за еды? Это звучит мелочно.

— Но тебя это раздражает.

Я задумалась. Действительно раздражало. Не столько сама еда, сколько ложь. Лариса рассказывала всем о правильном питании, морщилась от тортов и хлеба, а потом тайком ела чужую еду.

На следующий день я купила небольшой холодильник для своего стола. Принесла его в офис, поставила под столом, подключила. Теперь мои контейнеры хранились там.

Лариса заметила холодильник через два дня.

— Ого, Наташа, ты холодильник купила? Серьёзно?

— Серьёзно. Чтобы моя еда была в сохранности.

— Это из-за меня, да? — она скрестила руки на груди.

— Из-за ситуации, которая повторялась слишком часто.

— Ты могла просто сказать, что тебе неприятно!

— Я говорила. Несколько раз. Ты продолжала.

Лариса фыркнула и вернулась к своему столу.

С тех пор прошло две недели. Лариса больше не трогает мою еду, потому что доступа к ней нет. Зато на кухне исчезают йогурты других коллег. Вчера Олег пожаловался, что кто-то съел его яблоки. Света сказала, что пропал её сыр.

Я молчала. Знала, кто это сделал. Но доказательств не было. Только подозрения.

Сегодня утром Лариса принесла в офис большой контейнер с овощами.

— Смотрите, какой у меня обед! Одни овощи, никаких углеводов! Я так похудела на правильном питании!

Все кивали, хвалили её силу воли. Я сидела за своим столом и думала о том, что вечером кто-то из коллег обнаружит пропажу своего ужина. И Лариса снова скажет, что думала, будто это общее.