Коллега села на диету и теперь от её замечаний страдает куча народа

Очень просила шефа перевести меня на удалёнку, пока в офисе идёт ремонт, но он не одобрил.

– Елена, вы нужны здесь! Вдруг вы срочно понадобитесь, а связь сейчас не очень хорошо работает из-за сбоев в интернете, – ответил мне Александр Олегович.

Вообще ремонт затевался давно из-за расширения штата – теперь начальство арендовало под эти цели второй этаж в бизнес-центре. А процесс глобальный! Чтобы вести ремонтные работы сразу в нескольких помещениях, часть сотрудников сгоняют в один кабинет.

Мне выпала «честь» отправиться к девочкам из бухгалтерии. Ну как девочки… им всем точно больше тридцати, отдельные личности вообще приближаются уже к пятидесятилетнему юбилею.

Не самая приятная компания, потому что я привыкла работать в кабинете, где, кроме меня, могла только изредка сидеть кадровик. Ну вот такая история – не люблю скопления людей. Но что поделаешь – месяц вполне можно потерпеть.

– Елена, ну сколько можно хлопать дверью? Вас не учили, что нужно тихонько в кабинет заходить? Или вы в юрте родились? – сварливо спросила Анна Ивановна.

С недоумением посмотрела в сторону помощника бухгалтера. Это я хлопала? Просто зашла в кабинет, а не устроила шумовое шоу. У меня нет подобных привычек.

– Анна Ивановна просто села на диету, вот и ходит теперь злая, как собака! – шепнула мне Катя, наша кадровичка. – Не обращай внимания: пара недель, и она придёт в норму. Дольше никогда не выдерживала!

Я вообще далека от офисных сплетен, поэтому даже не знала, что помощник бухгалтера борется с лишним весом. И определённо проигрывает! Ну да ладно… Хочется человеку страдать и голодать – ради Бога. Главное, чтобы меня не трогала!

– Ну почему еда на диете такая невкусная? Вроде поела, а в животе пусто! – стала жаловаться Анна Ивановна уже в три часа дня. – Эх, вам молодым, вообще везёт. Метаболизм как ракета – ни грамма в жировые запасы не откладывается.

Я даже не стала комментировать это замечание. Назвать нас тут всех молодыми – это явное преувеличение. И какого-то реактивного метаболизма у себя не замечаю. Просто с юности стараюсь контролировать свой вес и рацион. Скажу честно, это не самое лёгкое занятие, но зато полезная привычка.

– Аллочка, ты не могла бы не пить чай на рабочем месте? Смотреть на тебя невозможно! – досталось еще одной коллеге, которая только вернулась с совещания и не успела нормально сходить в столовую.

– Анна Ивановна, хватит доставать моих девочек! – строго сказала ей главный бухгалтер. – Мы тут одна команда, да и Алла ничего противозаконного не делает.

И это правда! Отдельного помещения для столовой у нас пока нет – оно появится только после расширения и ремонта офиса. Так что ждем-с!

– Неужели сложно не есть тут сладкое и другую еду? – закатила глаза Анна Ивановна. – Можно же меня понять! И так сложно на диете сидеть, а тут еще шуршание конфеток и хруст вафель.

Меня это даже улыбнуло. Как будто весь офис должен подстраиваться под одного сотрудника, который не может держать рот закрытым. Все мы люди, у каждого свои слабости. Я вот пиццу люблю, но мне и в голову не придет нападать на своих коллег, которые заказывают себе такой перекус или обед.

Сегодня пришла в офис чуть позже обычного, а в кабинете такая напряженная атмосфера, что её можно ножом резать. Анна Ивановна чернее ночи, остальные как будто лимона объелись.

Открываю тумбочку рядом с рабочим столом, чтобы достать бейджик и печать, а там - странная пустота. А у меня провалов в памяти нет: точно знаю, что в понедельник я положила туда пачку печенья и упаковку мармелада. Мои «хомячьи» запасы, если уж на то пошло. Перекусываю ими, когда приходится задерживаться на работе, или живот урчит в конце рабочего дня.

А тут просто голяк!

– Коллеги, у меня тут сладости лежали, а теперь их нет! – громко сказала я вслух. – Никто в моей тумбочке не копался?

Вообще у нас такое не принято, но всё бывает в первый раз.

– Это у Анны Ивановны нужно спросить – она утром рейд по запрещённой еде провела в кабинете, – с вызовом сказала Катя. – Мы свои запасы уже с боем отвоевали, а про твои, Лена, ничего не знаем.

Я подошла к худеющей дамочке, а она аж в лице переменилась.

– Никакой пользы от сладкого нет! Я добро тебе сделала, лучше бы спасибо сказала, – сразу стала защищаться Анна Ивановна. – Вон в кафетерии на первом этаже сегодня отличные паровые котлетки дают, можешь ими перекусить.

– Да не хочу я никаких паровых котлеток! Где мой мармелад и печенье? – накинулась я на коллегу.

Для меня залезть в чужую тумбочку и выкрасть оттуда что-то – это нонсенс!

– Всё равно они были невкусные! – выпалила Анна Ивановна, а потом быстро прикрыла рот ладонью.

Вот и спалилась любительница сидеть на диете и портить другим людям жизнь!

Свои продовольственные запасы нашла в соседнем пустом кабинете, где рабочие ещё не успели начать ремонт. Пачки, разумеется, уже были вскрыты и в пыли. Фу, блин! Без сожалений выкинула всё в мусорку. Просто я до ужаса брезгливый человек, поэтому и держу собственные запасы в тумбочке.

Анна Ивановна получила втык от всего коллектива, потом её ещё вызывал на разговор начальник. Теперь сидит присмиревшая, даже не разговаривает ни с кем. Жуёт свои листья салата и не выпендривается.

Требовать от неё компенсацию не хочу – чем меньше её трогаешь, тем спокойнее в кабинете атмосфера.