– Ой, я думала, это ничейное! – сказала менеджер, укравшая заказанные мною пиццы

Вышла из кабинета охраны с огромными глазами. Ходила я туда не зря. Нужно было посмотреть записи с камер, интересовала конкретно пятница, когда все офисники уходили домой. Именно тогда привезли еду для моих сотрудников.

Немного предыстории. Работаю я в рекламной организации, которая ваяет всякие сложные конструкции для крыш, улиц и фасадов. И пару лет назад так получилось, что меня назначили главой отдела монтажников (сама удивляюсь, как такое произошло). Наши задачи предельно просты: установка конструкций, ремонт, замена каких-либо деталей.

После недавней штормовой погоды повредило одну из конструкций на загородной трассе. А по контракту наша контора должна оперативно провести ремонт. Погода, мягко говоря, нелетная. 

Снегодождь со всех сторон, ветрище ужасный, ночь, темень. Дааа, иногда и в таких условиях приходится работать, хорошо, что подобные форс-мажоры оплачиваются вдвойне.

Отправила своих монтажников на объект в три часа дня, а сама села заполнять документацию перед выездом. На мне была еще одна обязанность – обеспечить мальчиков горячей едой и питьем. Шеф у нас мировой мужик, поэтому все делалось с его дозволения. Я заказываю еду, предоставляю чеки, он все компенсирует. Лепота!

Курьер приехал очень быстро, а мне кровь из носу нужно было заполнить документы. Поэтому весь заказ (шесть пицц, шесть контейнеров с супом и два больших пирога) поставила на стойку рядом со своим кабинетом. Людей в офисе почти не было (пятница же!), а чужие к нам не заходят.

Выхожу из кабинета, чтобы ехать к своим монтажникам, а коробок с пиццей как-то поубавилось. Не хватает двух мясных! И все, а в офисе никого! Ну и что делать? Звоню в пиццерию, заказываю еще две пиццы (мальчиков нельзя оставлять голодными, они на холоде работают).

Уже на выходе интересуюсь у охраны, не пробегал ли кто с коробками от пиццы недавно. И вот те раз! Выходила наша сотрудница – менеджер Алла, с которой я иногда пересекалась по работе.

В понедельник утром потребовала ее компенсировать деньги за две украденные пиццы. Я ведь докупала все за свои кровные, когда ехала на объект пятничным вечером.

– Ой, я думала, это ничейное! – стала изображать из себя невинную овечку эта Алла. – Лежат себе на стойке, вокруг никого! Даже не подумала…

Ага, не подумала она! Просто умыкнула чью-то еду без зазрения совести и потопала домой. Еще наверняка посмеивалась, что ужин не придется готовить. Ха-ха-ха, какая я предприимчивая! А пришло время расплачиваться.

– Да чего ты взъелась так на меня? Я же случайно! – менеджер еще и посмела обидеться в ответ на мое возмущение. – Там же еще оставалась еда! Никто бы голодным не остался.

А я за своих мальчиков обиделась! Они трудятся в жуткую погоду, рассчитывают на горячую еду, а тут крыса из офиса их обкрадывает, можно сказать.

Даже специально сходила в кабинет охраны для просмотра пятничного видео. Алла уходила практически последняя: прошла мимо горы коробок с пиццей, посмотрела по сторонах и хвать верхние две. Ну и сволочь же! Не постеснялась прямо с коробками пройти мимо охраны и камер, как будто так и надо.

– Не надо было вообще заказ оставлять на стойке, раз так пеклась о нем! – она меня еще и упрекать вздумала. – Люди весь день работают, а тут такие запахи. Устоять ведь сложно!

Ах ты ж вороватая душонка! Руки бы оторвать за такое. Я еще ждала денег за ворованное.

– Сколько? Да эти пиццы столько не стоят! – Алла так крепко схватилась за свою сумочку, как будто там миллионы у нее были спрятаны. – Ты хочешь на мне навариться!

Ну извини, дорогая! Ты схватила две самые дорогие позиции, будь добра все возместить.

Так менеджер еще и торговаться пыталась: и зарплата у нее маленькая, и нужной суммы сейчас при себе нет. Только после угрозы нажаловаться директору перевела мне все до копейки.

А к директору я все же наведалась. Не хотелось спускать на тормозах данную ситуацию. Пусть он знает, что в коллективе завелся не слишком надежный человек, который обкрадывает своих коллег.

И я совершенно не жалею о своем поступке. Надо думать, прежде чем тянуть свои загребущие ручонки к чужим вещам.