Шеф заманил нас к себе на дачу и временно обратил в рабство. Отметили, блин, юбилей!

Что есть хорошие отношения с начальством? В моем конкретном случае (и всех моих коллег до кучи) это залог того, что работа будет комфортной, а зарплата достойной. 

Где как, а у нас от Валерия Петровича зависит слишком многое – у нас фирма не такая и большая, шеф натуральный царь и бог.

До какого-то момента он вел себя более чем дружелюбно и действительно заботился о благополучии коллектива. На все праздники собирал корпоративы, оказывал финансовую помощь сотрудникам. 

Короче, проявлял себя благодетелем-кормильцем. И мы, соответственно, его уважали. Именно уважали, а не боялись – это очень ценно по нашим временам.

И надо же было Валерию Петровичу разом угробить все отношения? Ведь мало того что на ровном месте, так еще и по такому замечательному поводу, как собственный день рождения. 

Кстати, он до сих пор не понимает, что не так сделал, а изменение атмосферы в коллективе расценивает предательством. Судите сами…

Мол, уже заказал еды и выпивки, жена его будет рада видеть столь незаменимых подчиненных мужа, дети жаждут знакомства с каждым из нас. Примерно так и сказал, я не преувеличиваю.

Мы, конечно, обрадовались и расстарались. Сперва всей фирмой скинулись Петровичу на подарки – купили его любимого коньяка, безделушку-сувенир (дорогую), набор элитного чая. 

Накануне отрепетировали тексты поздравлений и составили чуть ли не программу празднования. Искренне, кстати – из уважения к шефу.

В торжественный день приехали к начальнику на дачу. Не сказать, что обрадовались увиденному – заросший участок с неполотыми грядками, посреди которых стоял скромный стол. 

Ну и мы тут все такие в хорошем настроении, с подарками и торжественными речами. Вот было бы дело не на даче, еще бы и нарядились как на парад. 

Валерий Петрович же сыпал лучезарностью. Похлопал каждого по плечу, поблагодарил за то, что не забыли его, «старика», после чего предложил опрокинуть по рюмке.

Окей, не стали заострять внимание на странностях – у всех свои причуды. Выпили, закусили салатиком, поздравляли и вручали подарки. Говорили красиво, от души, ибо шефа любили и ничего для него не жалели. А он, окинув собравшихся озорным взглядом, сказал следующее:

- Друзья, очень польщен, спасибо. Но лучший подарок для меня и моей супруги – ухоженный участок. Понимаете, о чем речь?

- Я имею в виду, что вам сейчас надо взять лопаты, грабли… чего там еще нужно? И привести в порядок огород – прополоть, полить. Ну и на дорожках убраться. А еще можно крыльцо чуть починить – мужики у нас в фирме сильные, сдюжат.

Кто-то посмеялся, кто-то вздохнул. Воцарилась тишина. Мы стояли в растерянности посреди заросшего огорода и не понимали, как себя вести. 

С одной стороны, мы, вроде как, приглашены на юбилей, следовательно, работать не должны. С другой стороны, перед нами был начальник. Тот самый царь и бог, которому потребовалась помощь.

Коллеги начали неуверенно шептаться, но Петрович дал понять, что нам НУЖНО это сделать. Под угрозой лишения премий. Под угрозой увеличения нормы продаж. Он говорил совершенно серьезно – мы прекрасно знаем, когда начальник шутит, а когда нацелен твердо и без юмора. Это был как раз тот случай – без юмора.

- И что? Считайте это моим подарком. Я, конечно, не заставляю, но премии-то платить не обязан.

Конечно, можно было закатить бунт, поругаться с шефом, устроить забастовку. Но нам не хотелось терять эту работу. Кроме того, мы растерялись – реально не понимали, как себя вести. 

Посему взяли лопаты с граблями и отправились вкалывать на огород. Сам же босс, налив в бокал подаренного нами коньяка, расположился в шезлонге и стал наблюдать.

Да ладно бы он еще молча наблюдал… Периодически хвалил, благодарил и в шутку называл рабами. Вот уж не ожидал от нашего начальника такой подлости. До последнего верил, что это какой-то прикол – розыгрыш. Что сейчас Петрович в очередной раз пошутит, мы посмеемся и вернемся к столу. Но нет. Это было реальностью.

А потом… все кончилось. Нет, начальник, конечно, предлагал хорошенько покутить – крепко выпить, поговорить за жизнь. Но народ стал разъезжаться, сославшись на усталость. Я в том числе. Осталась только секретарша Лиза, уж не знаю, по какой причине. Ладно, ее дело – не осуждаю.

Стоит ли говорить, что отношения в офисе с того дня изменились. С шефом больше никто не шутил, никто не болтал с ним на нерабочие темы, как это часто бывало раньше в курилке. Валерий Петрович до сих пор не понимает, что случилось и почему мы резко к нему охладели. Более того, иногда продолжает благодарить за помощь на огороде… Он, блин, нормальный?!