Картошка заполонила огород, хотя у нас были другие планы, – и всё из-за ретивых родственников

Мы с мужем стояли посреди огорода и разглядывали то, чего тут еще пять дней назад не было. В прошлый четверг потратили весь день, чтобы перекопать пять грядок, выровнять всю землю граблями и разметить колышками. Сейчас же тут не было даже намека на наши старания.

Вместо грядок под помидоры, огурцы и перцы красовались ровненькие борозды. Если меня не обманывает зрение, то в земле сейчас закопана картошка. Кто-то явно тут работал, причём основательно так… с мотоблоком, а не как мы, по старинке лопатами.

У нас с Сеней не было сомнений, кто так расстарался. Тут явно хозяйничала его тетка: или одна, или с мужем.

Я вернулась в домик, чтобы скинуть ветровку. Надо решать, что делать. У нас в багажнике два ящика с рассадой, которая сегодня должна была перейти на грядки. Грядки, которых сейчас нет!

Вот не зря я говорила мужу, что не стоит покупать этот участок. Буквально через улицу дачу держали его тетка с мужем. Марина Михайловна и Виктор Ильич огород считали вторым домом. За два года, что мы тут владеем участком, столько советов от них слышали...

А мы не фанатики дачного дела. Мне нравится сам процесс, но без перегибов. Десяток помидорных кустиков, перцы, огурчики, редиска… На нашу маленькую семью этого с головой хватает.

В этом году еще планировала посадить около дома петунии и бархатцы. Но, видимо, уже не судьба.

Муж позвонил тетке сразу же.

– Теть Марин, а это вы у нас на даче были? – аккуратно спросил он.

Динамик на его телефоне хороший, поэтому я без проблем слышала весь разговор.

– Да-да, Сенечка! – сразу оживилась она. – Мы просто решили проехать мимо и проверить ваш участок. А там пустые грядки! Май почти закончился, а вы так ничего и не высадили. У всех соседей уже давно грядки стоят, а у вас пустота.

Села на крыльцо и стала массировать виски. Как бы голова не разболелась.

А тетя Марина продолжала вещать. Она, оказывается, подрядила соседа с мотоблоком. Вот он, добрый человек, быстренько прошелся по нашим грядкам. Эти «помощнички» умудрились даже замок на калитке отжать без следов, а потом всё повесили как было.

– У меня семенной картошки осталось немного, неполный мешок, – продолжала родственница. – Витя мой ее из самой Перми привез, у друга брал.

– Теть Марин, у нас были другие планы… – произнес Сеня, но его снова перебили.

Началась целая лекция, что скоро вся картошка взлетит в цене, потому что местных урожаев нет, всё уходит на экспорт в другие страны. Не знаю, откуда родственница взяла эту информацию.

– Сеня, ты мне голову не дури. Ты взрослый мужик и должен понимать, что своя картошка всегда должна быть на огороде, – поучала его тетка. – Вот это - еда, а свои цветочки и мангал можете за домом разместить.

Мы с мужем сидели на веранде и просто переваривали услышанное.

– Сама сажала, вот пусть сама свою картошку и обхаживает, – сказала я Сене. – Так и напиши своей родственнице. Я к этой картошке вообще не подойду.

Да, это дело принципа! Конечно, мы с мужем могли просто перекопать снова эти две сотки, но не будем. Найдем для грядок другое место, хотя и придется потрудиться.

Сеня в тот же вечер поехал к родственникам на их дачу. Как он донес до них информацию, не имею понятия. Но подействовало.

– Тетя Марина была недовольна, но согласилась, – сообщил он мне потом.

Мне было просто обидно. Почему-то нас с Сеней его тетка считала неразумными детьми. Она всегда знала, как лучше работать в огороде. И яблони надо другие посадить, и зелень никому не нужна. Марина Михайловна тряслась только над своей картошкой.

Примерно через неделю она пришла на дачу, когда мы с Сеней тоже были там. Резиновые калоши, панама с широкими полями, жилетка… Серьезное лицо. Картошка только взошла, поэтому тетка мужа прополола небольшой участок буквально за полтора часа. Земля была еще влажная после дождей на неделе, пачкала колени, лезла под ногти.

– Вот какая красота! – указала она на молодые всходы, стряхивая с рук землю. – Картошка уродится на славу.

Я поливала свои помидоры и не вмешивалась. Это не моя родственница, не мне с ней и разбираться.

В среду уже позвонил Виктор Ильич и сообщил, что они не смогут прийти на полив.

– Вы уж как-нибудь сами, это ведь ваша картошка, – напомнил он и отключился.

– Только попробуй на картошку кинуть шланг! – пригрозила я мужу. – Я тебя прямо там же и закопаю.

Солнце жарило, сорняки стали лезть из всех щелей. Марина Михайловна заявилась к нам на огород через три дня и сразу стала возмущаться.

– Вы же весь урожай погубите!

В этот раз провела среди картошки три часа. Прополка и полив отняли у нее много сил. Я же, как обычно, копошилась на своих грядках. Помидоры упрямо набирали силу, огурцы от них не отставали. Петунии, высаженные рядом с верандой, тоже радовали глаз.

Сеня один раз заикнулся, что нужно тете помочь, но я сразу это пресекла.

– Милый, она сама влезла на нашу дачу без спроса, – напомнила я мужу. – Сама решила посадить тут картошку, вот теперь пусть в одиночку и ухаживает за плантацией.

Сеня хотел что-то ответить, но промолчал. Он знал, что я права. И это его злило больше всего.

Окучивать кусты родственники вовремя не пришли.

– У нас еще свой огород, не успеваем! – сообщили они Сене.

Ну а у меня лапки и собственные грядки. Принципиально не подходила к картошке. Кусты, давно не видевшие полива и прополки, выглядели неважно. Сорняки упорно их забивали.

Зато от тети Марины поступали одни приказы.

– Ну вы бы хоть картошку полили! Ей вода нужна, – регулярно напоминала она племяннику.

Мне звонить, почему-то, не рисковала.

На второй месяц картофельные грядки жили своей жизнью. Сорняки уже были выше колена. Среди этого буйства скромно виднелась картофельная ботва. Кусты были бледные и пригнувшиеся. Еще и колорадский жук появился.

Марина Михайловна посещала нас всё реже и реже. Весь ее запал пропал. Поняла, что нас ей не удастся прогнуть под себя, вот и отступила. Посмотрим, что будет дальше.