Мама подарила дачу сестре, я вывезла оттуда свое имущество и все равно осталась виноватой

Телефон сегодня звонил, практически не умолкая. Но трубку я не брала. Всё, что хотела, я выяснила еще вчера. Но упрямые родственники продолжали названивать, требуя вернуть вещи. Вещи, которые принадлежали мне по праву. У меня даже чеки сохранились.

Неделю назад мама сообщила, что подарила дачу моей младшей сестре.

– Лине нужнее: у нее же маленькие дети, – объяснила она.

И плевать, что сестра никогда не рвалась на дачу – не любила копаться в земле и нос воротила от нехитрого быта.

– Мама, как же так? Сама же говорила, что участок мне достанется, – я не могла поверить, что меня обманули. – Так папа хотел, он сам говорил.

Но мама твердила, что Линочка сейчас в трудном положении, ее надо поддержать. Ага, сестра просто разводится, а не находится на краю гибели. Ей в свое время и квартира досталась бабушкина. Я не спорила – меня интересовала только дача, да и свое жилье с мужем имелось.

– Ты можешь там что-нибудь сажать, – утешала меня мама. – Линочка не возражает.

Спасибо, но тут уже без меня! Ехала домой и много думала. Эту дачу я всегда считала своей. Там вкалывала практически все выходные. Иногда одна, иногда с мужем. Таскала навоз, меняла насос в колодце, чтобы без проблем поливать грядки. Поставила большую теплицу. И теперь, получается, меня технично оттуда выгнали.

Дома нашла папку, куда складывала разные чеки и бумаги. Там нашлись документы на всё, что было куплено для дачи за последние годы. Неплохая сумма накопилась.

– Мы едем на дачу! – сказала мужу, который тоже пребывал в шоке от решения тещи. – Сможешь договориться с другом? Кто там у тебя на Газели ездит?

Степа сразу понял мои намерения.

– Уверена? Это ведь война! – сказал он.

Но я не собиралась отступать. Сразу захватили инструмент, потому что он точно пригодится.

– Начинаем с домика! – скомандовала я мужу.

Его друг помедлил, но тоже присоединился. Дверь с терморазрывом снялась довольно быстро – достаточно было убрать монтажную пену и несколько шпилек. Если не ошибаюсь, то она стоила почти шестьдесят тысяч два года назад.

Потом настал черед пластиковых окон – их попросила поставить мама. Жаловалась долго, что из старых деревянных дует холодом. Стеклопакетов было четыре. Два в комнатах, один на кухне и еще один - в крошечной прихожей. Я на них брала отдельный кредит. Небольшой, но важен сам факт.

Друг мужа загнал Газель на участок, чтобы не таскать тяжести через маленькую калитку.

Я бы не стала разорять дачу, если бы мама по-человечески попросила уступить дачу сестре. Но всё сделали втихую, поставив меня перед фактом. Пусть теперь не обижаются.

Мама видела во мне не свою дочь, а функцию по благоустройству дачи. Домик и участок приведены в порядок, значит, теперь можно списать меня со счетов. Вот и весь секрет!

Работы было много. Мы разобрали теплицу, аккуратно снимая оттуда листы поликарбоната. Из сарая я вынесла лично бензиновый триммер, насос и лопаты. Все куплено мной и Степой – имею право.

Напоследок оставили кусты и цветы. Гортензии выкапывали осторожно – их пока высадим на даче у моей подруги - та не против. Молодую вишню и крыжовник постигнет та же участь.

Потом даже не оглядывалась, когда мы уезжали с дачи. Это больше не моя земля.

– Ты что наделала, тварь? – сестра позвонила на следующий день и сразу стала на меня орать. – Я полицию вызову!

– Я забрала то, за что заплатила, – спокойно ответила Лине. – Чеки имеются, всё законно.

Пришлось отодвинуть телефон от уха подальше и переждать поток криков.

– Чего ты так нервничаешь? – спросила я у сестры. – Дача же твоя! Вот и обустраивайся. Я свои вещи вывезла, не переживай.

– Ты весь дом разорила! – ругалась Лина. – Дождь был ночью, внутри теперь вода. Я с тебя вытрясу кучу денег за это.

Сказала сестре, что у меня мало времени, и попросила передать маме привет. Нажала отбой, не дожидаясь ответа. Лина еще что-то кричала в трубку, но звук оборвался.

Пришлось положить телефон на диван и сжать руки в кулаки. Только так удалось унять дрожь. Но я ни о чем не жалею. Кусты и цветы высадили на даче у подружки. Остальные вещи отвезли в гараж к свекрови. Она у меня золото – даже лишние вопросы не стала задавать.

– Не переживай! – утешал меня Степа. – Купим свою дачу и заживем!

Очень на это надеюсь, хотя с финансами у нас пока не густо.

Потом позвонила мама.

– Анечка, мы приехали на дачу, а там такое… Ты зачем это сделала? – в голосе звучали слезы. – Мы же семья, а ты как настоящая воровка всё увезла.

– Мама, всё по закону, – устало ответила ей. – Я забрала с дачи только свое имущество. Земля Лины, домик тоже Лины, пусть пользуется. Я желаю вам удачи.

Мама еще попыталась меня вразумить – пришлось закончить этот бессмысленный разговор. Я и так знала, что никогда не стану любимой дочерью. Этот титул навсегда принадлежит Лине.

Остаток лета пролетел быстро. Мы со Степой работали, встречались с друзьями, даже съездили вдвоем в Питер на выходные. В середине августа удалось продать стеклопакеты – они ушли за полцены, но это были хорошие деньги. Теплица пока в гараже у свекрови в разобранном виде. Мы с мужем решили, что она пригодится в будущем.

Дачный сезон подходил к концу, когда мы со Степой наконец решились. Долго откладывали покупку собственной дачи – искали варианты, ездили по садоводствам, сравнивали цены и прикидывали бюджет. Принципиально решили брать участок подальше от моих родственников.

И нашли один удачный вариант. Шесть соток, но зато с крепкими яблонями и видом на лес. Домик – бытовка, которую прежний хозяин не успел достроить. Но это мало волновало. Мы со Степой готовы трудиться. Место-то хорошее. И оно полностью наше.