– Мне ж всего пару тачек, чего жмотишься! – возмущался сосед, воруя щебень и песок

– Вова, в этом году нужно срочно грунт улучшать на даче, надоело в глине возиться! – с самой зимы твердила мне супруга.

Я со своей Ленкой спорить не привык – потом это все равно боком выходит. Проще согласиться и сделать, чем страдать от выноса мозга.

Когда просохло все на даче, заказал две машины: одну со щебнем, другую с песком. Да, захотелось еще и место для парковки машины себе отсыпать. Это уже давно требовалось, но все жаба душила. А тут так совпало, что грех не воспользоваться.

Пока Ленка возилась на грядках, я потихоньку грузил песок на тачку и ссыпал в огород, где больше всего глины. Умаялся как черт: ни присесть, ни передохнуть, ведь супруга следила за мной аки коршун.

Щебень и песок высыпали за забором, потому что машина бы на участок не проехала, поэтому работы у меня было завались. Только в обед смог немного передохнуть, усевшись на крыльцо. Только расслабился и настроился смотреть вдаль, как возле кучи со щебнем услышал возню. Похоже на скрип колес, которые долго не смазывали.

Метнулся на звук так, как будто от этого зависела моя жизнь. И что я там увидел!

Сосед, с которым мы вообще никогда не общались, уже деловито ссыпает к себе в тачку мой щебень. Щебень, за который я отвалил кучу бабла, между прочим! Еще так лихо орудовал, как будто всю жизнь лопатой махал. Ну просто кудесник!

– Далеко собрался с моим добром, соседушка? – громко спросил я, отворяя калитку.

Думаете, сосед встрепенулся или заметался от того, что его поймали на месте преступления. Да как бы не так! Продолжил загружать тачку.

– Не видишь что ли, щебень гружу, мне дорожку рядом с гаражом отсыпать нужно! – буркнул он, не выказывая никаких признаков раскаяния.

Я думал, что такие наглые воришки бывают только в сказках, но ошибся. Вот они! Живут прямо у меня за забором!

– Так, отставить все! – скомандовал я, обращаясь к соседу. – Я тебе сейчас эту лопату сам знаешь куда засуну, если не прекратишь.

А сам реально хотел броситься на соседа, который вообще берега попутал. Он нехотя ушел к себе на дачу, бубня, что люди стали слишком жадными и злыми. Нормально да? Он у меня средь бела дня щебень ворует, а я должен вежливо себя вести?

Время к вечеру, а куча щебня и песка практически не уменьшилась. Ночевать что ли на улице, чтобы стройматериалы не растаскали! На эти кучи уже несколько других соседей поглядывали с любопытством. Поэтому оставлять добро на улице стало опасно – унесут как пить дать. Выйду с утра за калитку, а там только ведро щебенки и горстка песка остались.

Пришлось оторвать супругу от ее любимых грядок, хотя она жутко недовольна была. В четыре руки как-то лихо управились, на небе только звезды показались, а мы последний песочек ссыпали на свой участок. Уставшие, голодные, но жутко довольные.

Когда на следующий день перетаскивал песок в огород, ко мне подошел воришка-сосед с интересным предложением.

– Давай я тебе рассаду огурцов дам, а ты мне песка отсыпешь? – пытался он меня умаслить.

Но я уже принципиально не хотел иметь с ним никаких дел. Такому палец дай – он руку откусит.

– Мне ж всего пару тачек надо, чего жмотишься? – негодовал он, когда я отказывался делиться и меняться. – Всегда тут на выручку приходили друг другу, а ты лицо тяпкой делаешь.

Просто я терпеть не могу воров. Поймали тебя на горячем – извинись и верни награбленное. Но подходить потом и пытаться в обмен играть не нужно.

А тут и супруга с теплицы вышла с тяпкой наперевес. Как она его обхаяла, я давно таких оборотов не слышал.

– Ах ты, ворюга ненасытный! Даже горстки песка тебе не дам, это для моей картошки! – накинулась она на соседа. – Вздумал воровать! Да я тебя сейчас так тяпкой огрею, что долго звезды будешь считать над головой.

Сосед полетел на свой участок, забыв даже попрощаться. Только отбежав метров на пятнадцать, стал грозить кулаком и обвинять нас в жлобстве. Супруга так разошлась, что кинула в его сторону головку сухого подсолнуха, что валялся под ногами. Сосед чудом увернулся от подобного снаряда.

Я теперь еще больше супругу побаиваюсь. Хожу по огороду и выполняю все ее поручения, чтобы не быть следующим, кто будет улепетывать от сухого подсолнуха.