– Ну ты же не на участке работал! – сказал тесть. Теперь я к нему на дачу ни ногой

Как и у многих других семейных пар за тридцать, у нас с Настей есть обязанность помогать родителям. Они не молодеют, поэтому я раньше даже не сопротивлялся. Надо отцу помочь с постройкой забора вокруг дома – приеду в следующие же выходные на подмогу. Надо моей матери вымыть весной окна – значит, мы вместе с Настей едем туда.

Мы с женой вообще привыкли работать в тандеме. И так из-за работы редко удается провести время вместе, поэтому пользуемся каждым удобным случаем. И детей с собой берём, чтобы тоже приучались к труду.

Но в последнее время тесть начал воспринимать нашу помощь как должное. Он, после смерти жены, вплотную занялся дачей – не вылезает оттуда до самых холодов. Я без претензий: каждый переживает своё горе по-своему.

Вот только теперь мы с Настей чувствуем себя как бесправные дачные рабы. Осенью мы были вынуждены там проводить чуть ли не каждые выходные. С приходом весеннего тепла снова начинается наша каторга.

И это ещё мне повезло: весь апрель я по выходным дежурил на работе, а жена с детьми туда ездит не очень охотно. Ну нечем там двум пацанам заниматься! Домик маленький, везде грязь и куча хлама.

Но в мае уже не осталось причин отлынивать от дачных дел. Вчетвером туда и выдвинулись, предварительно загрузив полный багажник вещей и продуктов. Да, едем на один день, но с маленькими детьми лучше перестраховаться.

– Надеюсь, мы тут не застрянем! – сказал Насте обеспокоенным тоном, когда мы уже подъезжали к участку.

Дача тестя находится практически в конце улицы. Расстояние между заборами вроде нормальное – в теории две машины могут разъехаться. Но сейчас там с трудом проезжал только наш автомобиль. Причина вполне банальная: некоторые дачи стоят заброшенные, поэтому владельцы не содержат в порядке территорию возле забора.

– Да что же это такое! – я скрипнул зубами, когда очередная ветка коснулась машины. – Надеюсь, обойдётся без царапин!

Да, по обеим сторонам дороги сильно разрослись всякие кусты и трава. Настоящие джунгли! И такие, что не видно даже дачных заборов.

– Николай Егорович, а ваш председатель вообще зачем тут сидит? – поинтересовался я у тестя, когда мы наконец доехали до дачи. – Проехать сюда невозможно, я чуть всю машину не ободрал.

Отец жены только махнул рукой. Мол, у СНТ вообще нет денег на очистку проезда. Уже второй год ремонтируют водопровод, а конца и края этому ремонту всё нет.

У меня вообще в тот день не было настроения обустраивать грядки и заниматься другими делами на огороде. Поэтому решил сделать хоть что-то полезное.

Вооружился лопатой, топором и секатором и пошел бороться с зарослями на проезде. А это метров тридцать с каждой стороны. Думал, что за пару часов управлюсь. Как бы не так! Не знаю, чем там дачники поливают землю, но кусты растут такие, что корни даже лопатой не перешибешь.

В некоторых местах приходилось аж вырубать растения, иначе - никак. Руки не спасали даже перчатки. Зато я не зря потел столько времени – теперь проезд увеличился в полтора раза точно. Все кусты не смог победить, но главное, что начало положено.

Уже часов в пять вечера уселся на скамейку под домом, чтобы перевести дух. Ну, шутка ли - перетаскать срубленные ветки до мусорки! Хорошо, хоть один сосед пришёл мне на помощь, иначе бы ещё ходил туда-сюда.

– Денис, а ты чего сел? – сразу материализовался рядом со мной тесть. – Надо ещё бочку в теплицу перекатить и яблони окопать.

Честно сказал Николаю Егоровичу, что я сегодня больше не помощник. Во-первых, спина гудела от недавней рубки кустов. Во-вторых, голова кружилась от голода. Я чего вообще присел: ждал, пока Настя разогреет еду. Обед прошёл мимо меня, потому что не хотелось отвлекаться от расчистки проезда. Мало ли кто захочет через нашу улицу проехать, а там ветки дорогу перегораживают.

– Ну ты же не на участке работал! От чего уставать тогда? – искренне удивился тесть. – Кому вообще нужен этот проезд?

Ну, извините, я сюда приезжаю исключительно ради жены. Она за отца печётся – ей всё кажется, что Николай Егорович в депрессии. По мне, так тесть просто пользуется этим.

– Давай, вставай и пошли бочку перекатим! – стал меня поторапливать тесть. – Из-за веточек он устал!

Такого отношения я терпеть не намерен.

– Вообще-то, я всем добро сделал! – напомнил я ему. – Теперь можно хоть к участку проехать без проблем.

– А мне эти кусты никогда и не мешали! – заявил тесть самодовольно. – С ними даже красивее заборы смотрелись.

Ах, вот как! Ну да, он-то на “Ниве” катается, которую не жалко, а я свой автомобиль берегу: ведь покупать новый или перекрашивать его каждый сезон денег нет.

– Пап, ты чего до Дениса доколупался? – вступилась за меня Настя, подоспевшая с тарелкой еды для меня. – Он ради общего блага работает, а не в потолок плюет. И вообще, твоя бочка подождёт до следующего нашего приезда. Всё равно ты саженцы начнёшь пересаживать в теплицу только через неделю.

Да ты ж моя хорошая! Защитница!

Николай Егорович что-то пробурчал и ушёл за дом сгребать мелкие ветки и мусор. Обиделся!

Когда ехали с семьёй обратно в город, я сказал Насте, что теперь буду ездить на дачу только в случае крайней необходимости. Всё равно за наш труд даже спасибо не дождёмся. А у меня нет лишнего здоровья там надрываться.