- Отдать соседу кабачки? - ахнула я. - Да он же нас расстреляет из соляного ружья за такое!

Вот уже пять лет мы с мужем с гордостью называем себя дачниками. Когда небольшой домик с участком только перешел в нашу собственность, нам пришлось столкнуться с суровой реальностью, которая оказалась неожиданной для нас.

За эти годы мы узнали, что наличие воды в колодце еще не означает отсутствие проблем. У нас не было ни насоса, ни шлангов, ни труб - всё пришлось покупать.

Серьезным испытанием для двух неопытных дачников стали сорняки. Казалось, они росли быстрее, чем мы успевали их выпалывать. Только почистили одну грядку, как другая уже зарастает мокрецом и лебедой.

Большой проблемой оказалась земля. Оказалось, что почва на нашем участке - сплошная глина. Ее копаешь, а она липнет к лопате комьями, не рассыпается. Пришлось привозить песок, добавлять компост, чтобы на грядках хоть что-то росло.

Но труд дачника благодарен. Удобрил земельку - она дает урожай. Посадил крохотное семечко, а оно вырастает в целый куст. Красота же! 

Во второй год мы получили небывалый урожай моркови. А в следующем году яблок было столько, что пришлось раздавать соседям. Однако ничто не запомнилось нам так сильно, как тот самый кабачковый апокалипсис, который случился в прошлом году.

До этого мы сажали три-четыре кустика кабачков, и нам вполне хватало на летние запеканки и рагу. Но весной я, поддавшись садовому азарту, накупила кучу семян. В итоге на грядках зазеленели кустики всех сортов.

Селекционеры “обещали” нам изящных ярко-желтых пухляшей, классические темно-зеленые цукини и нежно-белых малышей. По крайней мере, при покупке семян дали именно такой расклад.

Погода стояла идеальная: теплые дожди сменялись жарким солнцем. И кабачки поперли. Нет, они не просто росли: они захватывали территорию с невероятной скоростью. Даже те, что обещались быть изящными, выросли в гигантские торпеды весом по три-четыре килограмма каждая.

Первое время мы искренне радовались. Андрей, мой супруг, включил кулинарную фантазию на максимум. Ах, какие он жарил кабачковые оладьи - нежные, с чесноком и зеленью! Он подавал их с домашней сметаной на большом глиняном блюде, украшенными веточками свежего укропа.

Еще мне нравилось, какие у него получались фаршированные "лодочки". Андрей разрезал гигантов вдоль, вычищал семечки, начинял сочным мясным фаршем с томатами и засыпал толстым слоем сыра. В духовке сырок превращался в золотистую тягучую корочку. Боже, как это было вкусно!

В общем, пока овощные рагу, варенье из кабачков и прочие прелести нам не надоели, мы даже радовались обилию гигантов. Но на третьей неделе гастрономический восторг сменился тихим ужасом. Мы ели очень много кабачков, а их становилось всё больше. Однажды Андрюха проснулся среди ночи и пожаловался, что ему приснился кошмар про кабачки!

Первое время мы называли их красавцами и любовно раскладывали по углам. Теперь Андрей именовал их не иначе как уродцами. Так вот эти толстые уродцы лежали под кроватями, на шкафах и в погребе.

- Запеканку кабачковую будешь? - спросила я как-то у мужа, раздумывая, что готовить на завтрак.

Андрей вздрогнул и сказал, что если он съест еще хоть что-то из кабачков, то сам начнет плодоносить. И я чувствовала то же самое.

Я предложила мужу всучить кабачки кому-нибудь на работе. Говорила, чтобы угостил коллег. 

- Не, лучше неси ты своим, - отвечал он, - у тебя отдел больше.

На самом деле год выдался урожайным на кабачки буквально у всех. И коллеги страдали той же бедой.

Когда дома уже не было свободного места, где бы не лежал кабачок, мы погрузили карапузов в прицеп и повезли творить “добрые дела”. Тетке Андрея удалось сплавить целый десяток: у нее куры, а они всё склюют. Еще одна партия ушла моему дяде Коле - он свиней держит.

Чудом нашлась одна моя приятельница, которая сидит на здоровом питании и очень радуется любым овощам. Сама она не дачница, и, как оказалось, друзей-дачников у нее тоже нет. 

Мы вздохнули с облегчением, но, вернувшись домой, обнаружили, что вывезли не весь урожай. Три неподъемных великана так и остались лежать за занавеской.

- Слушай, ну уж три штуки мы могли бы оставить себе, - начала было я, но была резко прервана мужем.

- Ни за что! - заявил он и покачал головой. - Я не хочу больше видеть дома ни одного кабачка. 

Долго мы размышляли, что делать с тремя великанами, предлагали друг другу разные шутливые варианты. А потом Андрюха поднял палец вверх и сказал, что их можно отдать Савелию Петровичу. Это наш сосед справа. 

Дядька он, в общем-то, хороший, аккуратный. Участок у него образцовый. Но уж больно нелюдимый наш сосед. За пять лет мы с ним едва парой слов перекинулись.

При встрече он всегда сухо кивал и уходил к себе в дом. Савелий Петрович оставался единственным человеком в округе, кому мы не предлагали кабачки - просто стеснялись нарушить его личные границы.

- Ты с ума сошел? - ахнула я. - Да он же нас расстреляет из соляного ружья за такое!

- Не расстреляет, - уверенно заявил муж, - может быть, у него нет кабачков, а ему очень надо. Вот он предлагал тебе их?

- Нет, не предлагал, - покачала я головой. - Он единственный, кто не пытался нам сбагрить излишки.

- Вот! - торжествующе произнес Андрей. - Значит, у него их нет! Но встречаться с ним с глазу на глаз я не хочу. В общем, давай-ка сложи в большой пакет кабачки, и я тайно подкину их ему. Пусть считает, что это знак внимания.

Дождавшись сумерек, мы, как два хулигана, крались вокруг забора. Андрей нес тяжелый пакет, а я, как говорится, “стояла на шухере”. Мы вошли на территорию соседа и поставили груз у крыльца. Миссия была выполнена.

На следующее утро я проснулась от странных звуков. На веранде кто-то буквально захлебывался от хохота. Выбежав на улицу, я увидела Андрея. Он сидел на ступеньках крыльца, согнувшись пополам, и утирал слезы.

- Ты чего? - удивилась я, протирая глаза.

Муж молча указал рукой на центр нашего крыльца. Там стояла огромная, сплетенная из лозы корзина. А в ней лежали кабачки! Огромные, шесть штук!

К ручке корзины была приколота записка: “Спасибо за угощение. Возвращаю долг с процентами. Савелий”. Оказалось, наш нелюдимый сосед тоже страдал от кабачкового засилья, но стеснялся предложить овощи нам.

С кабачками у нас, конечно, снова образовалась беда. Зато с Савелием Петровичем мы с того дня крепко подружились. Теперь мы частенько собираемся у него на участке и пьем чай из самовара. А недавно он угостил нас потрясающей кабачковой икрой собственного производства.

И так это было вкусно, что мы даже пожалели, что избавились от остатков. Вот было бы здорово икорки-то заготовить. Я бы с удовольствием баночек двадцать закатала!