Покупали дачу с мебелью, а хозяйка решила в последний момент нас надурить

Дачу мы покупали вместе с мебелью, всё честь по чести, список вещей в документы вписали. А когда приехали за ключами, оказалось, что хозяйка половину этой мебели потихоньку вывезла — и холодильник, и кровать, и кресла, и даже стол кухонный.

Мы с Матвеем дачу выбирали долго и придирчиво. Денег в обрез, лишних на обстановку совсем не было. Потому и искали такой вариант, чтоб приехал — и живи, не докупая всё заново: ни кровать, ни холодильник, ни стол. Это для нас прямо принципиально было — въехать в готовое.

И вот нашли. Хозяйка, Инга, показывает дом — а там всё как мы мечтали. Холодильник хороший, не старьё какое-то. Кровать деревянная, добротная. Стол обеденный, два кресла мягких, кухонька небольшая, но вся укомплектованная. Инга говорит:

— Я дачу почти со всей обстановкой продаю. Переезжаю в другой город, мебель забирать всё равно некуда, не тащить же её через полстраны. Так что пользуйтесь на здоровье.

Я, конечно, обрадовалась, но на всякий случай решила всё прояснить до копейки. Спрашиваю прямо:

— Инга, давайте уточним, что именно остаётся. Чтоб потом недоразумений не было.

И мы с ней честь по чести составили список — что входит в стоимость. Холодильник, кровать, стол, кресла, всё перечислили. И список этот не просто так на бумажке — мы его в документы к сделке включили, к договору. Я на этом настояла. Думала, вот теперь всё железно.

Оформили покупку. Инга попросила несколько дней — личные вещи вывезти, дом к передаче подготовить. Ну разумеется, дело житейское, мы не возражали.

Приезжаем за ключами. Захожу в дом — и сразу чувствую неладное. Пусто как-то стало, гулко. Пригляделась. Нет холодильника того хорошего, а вместо него в углу притулился какой-то старенький агрегат, маленький, облезлый. Кровати деревянной нет — вместо неё диван стоит, продавленный, с ямой посередине. Два кресла испарились. И стол кухонный тоже исчез.

Я к Инге:

— А где мебель-то? Где холодильник, кровать, кресла? У нас же всё в списке.

А она спокойненько, глазом не моргнув:

— Да родственники перед отъездом попросили кое-что забрать. Ну я и отдала. А вам я достаточно оставила, жить есть на чём. В чём проблема-то, не пойму.

— Как в чём? — я аж опешила. — Инга, у нас подписанный перечень есть. Эти вещи в стоимость входили, мы за них деньги платили.

Тут она и завелась:

— Ой, ну что вы придираетесь к старым вещам! Участок получили прекрасный, дом хороший — и ещё из-за какой-то мебели скандалите. Нехорошо.

Матвей у меня мужик спокойный, он и предложил по-хорошему:

— Инга, давайте без ссор решим. Или вы возвращаете то, что в списке, или компенсируете стоимость — с учётом состояния, по-честному. Нас оба варианта устроят.

— Ничего я возвращать не буду, — отрезала она. — А вещи эти старые, они вообще копейки стоят, чего там считать.

Ну раз так, думаю, будем защищаться. Акт приёма-передачи я подписывать отказалась — не стану я подписывать, что всё приняла, когда полдома вывезено. Мы с Матвеем сели и составили перечень недостающего: вот это было, вот этого нет. Хорошо, что я с просмотра фотографии сохранила — и холодильник на них, и кровать, и кресла, всё видно, всё с датой. Приложили фото, оформили письменную претензию и направили Инге.

Видимо, бумага с фотографиями её отрезвила. Через несколько дней выясняется, что мебель-то никуда далеко не уехала — стоит у её родственников, тут же неподалёку. Везти всё обратно, заносить, устанавливать ей то ли лень, то ли стыдно. И предложила она другой вариант — выплатить нам восемнадцать тысяч, и разойтись.

Мы с Матвеем прикинули, посмотрели, сколько похожая подержанная мебель стоит — холодильник, кровать, стол. Посчитали — восемнадцать выходит более-менее по-божески. Согласились. Инга деньги перевела, и мы уже окончательно подписали все бумаги — и о передаче дачи, и о том, что вопрос с вещами закрыт, претензий друг к другу нет.

Поехали мы с этими деньгами по магазинам. Купили холодильник новый — не шиковали, самый простой взяли. Кровать недорогую, стол с рук, но в хорошем состоянии. Вышло-то дороже, чем те восемнадцать тысяч. Пришлось своих добавить, и прилично. Так что Инга, можно сказать, всё равно нас немного объегорила — но хоть не с пустыми руками остались, и на том спасибо.

Зато теперь дача полностью наша, обжитая, и мебель есть, даже лучше той, что была. Приезжаем на выходные — и спим на своей кровати, и продукты в своём холодильнике, купленном за честно отвоёванные деньги. А Ингу вспоминаю без зла, но с одной мыслью: как же легко некоторые люди подписывают одно, а делают совсем другое, и ещё тебя же виноватым выставляют. Хорошо, что я тот список в договор вписать додумалась. Без него плакали бы наши денежки.