Старуха уничтожила мою систему автоматического полива, но радостно отдала за меня свою внучку

Моя девушка Вика уже через месяц после начала отношений поставила меня перед фактом – нам надо будет ездить на дачу к ее бабушке. 

Причем сразу последовали угрозы и предостережения. Мол, она жуткая ретроградка и скандалистка. Если ей чего не понравится, то все – финиш. Сожрет и не поперхнется.

Бабулек я никогда не боялся. Тем более тех, которые в перспективе могли бы стать частью моей семьи. Ну да, я на Вике хочу жениться. Следовательно, Александру Николаевну надо принимать как родную. Иначе не выйдет.

Впрочем, не о моих амурных делах речь. В прошлом году мы с любимой впервые приехали на дачу к Александре Николаевне. Та встретила нас нормально. То есть без восторга и лишних соплей, но вполне дружелюбно. Даже приобняла меня за плечи, назвав «зятьком». Потом, напоив чаем, повела по огороду. На экскурсию, как она сама сказала.

- Я от всех новшеств открестилась и отплевалась, - гордо вещала Викина бабушка. - Потому что они губительны для посадок. Особенно для перчиков и огурчиков.

- Что вы имеете в виду? Никаких удобрений и механических инструментов? - ляпнул я первое, что пришло в голову, желая поддержать разговор.

- И это тоже. Вот, например, полив. Вы, молодые, как это делаете? Всякие насосы ставите, шланги подводите. А надо так, как на Руси – вручную, из ведер, леек и прочей посуды. Эх, было время, - Александра Николаевна тяжело вздохнула и махнула рукой, будто пытаясь отогнать от себя что-то назойливое и вонючее.

Вот только не спрашивайте, зачем это сотворил. Сам не понимаю. Даже Вика сказала, что я дурак и мне надо делать лоботомию, ибо других шансов на исцеление нет. Итак, я купил в специальном магазине систему автоматического полива – насос, пару оранжевых шлангов и блок питания. До кучи взял несколько насадок на трубу.

Привез все это на дачу к Александре Николаевне и, пока она возилась на кухне с обедом, установил на огороде. Потом подвел насос к колодцу и включил. Ох, как весело хлынула на грядки водица, вы б видели! Да любая старушка за такую систему полжизни бы отдала – больше не надо бегать по огороду с неподъемными ведрами.

Но Викина бабушка отреагировала, мягко говоря, неожиданно. Посмотрела на мой подарок, пожамкала полубеззубым ртом и выдала примерно следующее:

- А это ты, зятек, решил мне посадки загубить, да? Оставить их без силы земли-матушки? Понапридумывали тут!

- Да ладно вам, - весело ответил я. - Еще благодарить будете. Это ж как удобно – в розетку воткнул, на кнопку нажал и поливай. Даже со скамейки вставать не обязательно.

- А потом что? Отрава? Или смерть от нехватки движения?! Нет уж, оглашенный. Убирай это все к чертовой матери. А то я… внучку за тебя не отдам!

Не сказать, что бабкины слова порадовали мою душеньку, но попытался свести разговор к шутке. Нет, ну не может же она из-за системы полива, кстати, очень удобной, рушить личную жизнь своей же внучки?! Тем более что Вика встала на мою сторону – обняла бабушку и попросила ее не нервничать. 

«Времена меняются, это нужно признавать», - говорила она.

Бабка плюнула себе под ноги и ушла в дом. В тот вечер она больше не говорила ничего. Нет, с нами-то общалась, пусть и сквозь зубы, но о новенькой системе полива ни слова. Будто и не было ее вовсе. Потом мы легли спать. Я со светлыми мыслями о великом будущем, а Александра Николаевна с планом диверсии.

Утро. Над огородом сияло яркое летнее солнышко. Под его лучами игриво поблескивали… мелко нарезанные куски оранжевых шлангов, сваленные на мою машину. Там же рядом валялись насос и блок питания. Насадки были разбросаны по дороге около калитки. Сама же старушка мирно лузгала семечки на скамейке.

- Это вы, простите, зачем так сделали? - поинтересовался я, не до конца веря в происходящее.

- А чтоб больше даже мысли не было везти мне сюда хоть что-то современное. Я ведь если сильно разозлюсь, могу и стекла тебе на машине поколотить. А Вику-то забирай, благословляю – мужик ты, как я посмотрю, рукастый да предприимчивый. И деньги водятся – недешевую игрушку приволок.

- Это ж вещь. Можно было просто мне ее вернуть… - пробормотал я, разведя руками.

- О, еще и рачительный. Молодец!

С этими словами Александра Николаевна, кряхтя, поднялась с лавки и ушла в дом. Сияло солнце. Лучи его, казалось, выжигали мои надежды приучить старушку к прелестям цивилизации. Ай, да и бог с ней. Не хочет – не надо. Но зачем добро-то переводить?!