Увидела у соседки на участке полевую землянику и хотела попросить себе отросточек, но онемела, узнав, откуда ягодки

Я выросла в деревне, в детстве все лето с другими ребятами паслась в лесу, в поле. Ягоды, грибы — мы умели все это собирать и тащили домой. 

Особенно я любила собирать землянику. В наших местах она росла крупная, сладкая, ароматная. Кажется, такой больше я никогда и нигде не встречала. Возможно, это только мои детские воспоминания, подправленные счастливой порой безмятежности.

И вот давно я уже живу в городе. Землянику только у бабушек и покупаю, и чаще садовую. Последнюю сама на даче выращиваю. Да, она крупнее, но с той, полевой, не сравнится. 

А не так давно зашла я к соседке по дачному участку, да так и ахнула. У нее вдоль дорожки растут кустики той самой ягоды, из детства. Это было начало июля, земляника как раз уже наливалась, спела, аромат от нее чувствовался на расстоянии. 

Конечно, я спросила соседку, где она взяла такое чудо. А еще про себя отметила, что надо бы попросить парочку розеток по осени для развода.

—Да не поверишь, — улыбнулась соседка в ответ, — на кладбище взяла.

— На кладбище? — переспросила я и с опаской посмотрела на землянику. 

— Вот именно!  — с восторгом продолжила соседка. — Сколько пыталась развести, все не получалось. И в поле с мужем выкапывали, и от деревенской родни привозили, и даже выписывали через интернет-магазин, все напрасно. А прошлой весной поехала она с мужем  на могилу к бабушке убирать, увидела у забора кладбища землянику. Да такая мощная! Взяла и копнула себе несколько кустиков. 

— Видишь, как хорошо принялась, раскинулась за это время. И ягод будет прилично. Мы уже пробовали. Такая сладкая! Ты попробуй! — предлагала мне соседка.

— Спасибо, не хочу, у меня аллергия на полевую ягоду, — солгала я. 

Честно, растерялась немного. Вроде бы соседка — взрослая женщина, должна же знать, что с кладбища ничего домой нельзя брать, тем более выкапывать и сажать. А вот взяла и сделала. Решила я ей напомнить о нехорошей примете.

— Ой, ерунда это все, — отмахнулась соседка. 

Переубеждать не стала, тем более что это было и бесполезно. Соседка очень упертая, всегда считает, что есть только одно правильное решение — ее. 

А через месяц услышала я в дачном магазинчике, что муж моей соседки заболел. Его недавно даже на скорой в больницу увозили. И что с ним, никто не может понять. Врачи то один диагноз ставят, то другой, а толку нет. Здоровый крепкий мужик за месяц похудел на двадцать килограммов. 

Не поверила бы, если бы вскоре сама его не увидела. Даже вначале не узнала. Худой, изможденный, а раньше такой балагур был, без шутки пройти не мог, а это только кивнул в знак приветствия и за забором скрылся. 

И тут я опять вспомнила про ту злосчастную землянику. Неужели она виновница? В мистику я не верю, конечно, но встретившись с соседкой, решилась сказать, когда она начала жаловаться про самочувствие мужа. 

— Выкопай и сожги всю землянику со своего участка,— посоветовала я ей. — С кладбища ничего нельзя пересаживать, это старая примета, очень верная. 

— Ты думаешь? — с сомнением спросила соседка. — Жалко. Такая ягода хорошая. Я даже литр варенья сварила из нее. 

— Выкини! — ответила я. — Тебя ягода дорога или муж? Или ждешь, что сама начнешь болеть?

Соседка только вздохнула и ушла. Потом я видела через забор, что она копошится с лопатой у дорожки… После дымком потянуло, как будто траву сжигали на соседском участке. Значит, послушалась она меня. 

А недавно, когда мы закрывали дачу на зиму, мы опять встретились с соседкой. Она явно была в приподнятом расположении духа.

— Ты представляешь, муж пошел на поправку. Врачи установили диагноз, там оказалось пустяковое заболевание, правильно подобрали лекарство и все. — с радостью сообщила она.

— Отлично,— обрадовалась и я, а потом спросила, — землянику всю извела, надеюсь?

— Всю, — вздохнула соседка, — вот теперь думаю, может, поторопилась. И ягода была ни при чем? 

Я только головой покачала. Не удивлюсь, что если опять притащит по весне новую партию земляники с кладбища. Но больше говорить ей ничего не буду, своей головой пусть думает.