– А зачем вашего сына брать в столовую со всеми? Он все равно ничего не ест! – удивила меня воспитательница

Максим с самого рождения был жутким малоежкой. Сколько я плакала, сколько перевела продуктов в надежде его накормить, страшно вспомнить. 

Удалось только приучить сына к ограниченному списку блюд вроде макарон с сыром, запеченной куриной грудки и салату с помидорами. Вот это он готов есть хоть каждый день.

Пару месяцев назад сын пошел в детский сад. Я думала, что там, глядя на других ребят, он станет пробовать новые блюда. Мои надежды не оправдались. 

Максим просто сидел перед полной тарелкой еды, но даже ложку не брал в руки. Изредка мог хлеб погрызть, выпить компот, кефир или чай. Для меня и это было огромной радостью.

– Мама, свари мне, пожалуйста, макароны, – попросил меня недавно ребенок.

Странное дело. Ужин был полчаса назад, там Максим навернул двойную порцию курицы и салата. А теперь еще и макарон требует! Ну я не жадная, сварила я сыну добавки. Стрескал он макароны за пять минут, я аж испугалась, что подавится.

Но ситуация стала повторяться каждый вечер. Сын возвращался из детского садика жутко голодным. Набрасывался на еду как дикий зверек.

– Может, ты хоть на полдник будешь что-то в садике есть? – аккуратно спросила я Максима – Сегодня вроде давали печенье с кефиром и банан.

– А меня все равно в столовую не берут, – ответил мне сын, активно работая челюстями.

Стала расспрашивать ребенка, почему так произошло и как давно это началось. Он мне все и выложил. 

По словам Максима, воспитатель стала его оставлять в группе с нянечкой, пока остальные дети были в столовой, почти месяц назад. Месяц мой сын оставался голодным!

А сказать об этом мне или отцу ему даже в голову не пришло. Ну с трехлетки спрос маленький! Сын даже не думал, что его отлучение от столовой – это что-то страшное и ужасное. Но вот к воспитателю у меня очень много вопросов появилось.

Утром поинтересовалась у Анжелы Викторовны, почему мой сын сидит в группе, пока остальные дети завтракают, обедают и полдничают. А та даже и не стала ничего отрицать.

– Ваш ребенок все равно ничего из местного меню не ест! – ответила воспитатель. – Мы за эти два месяца что только ему не предлагали – все без толку.

– И что теперь? Решили закрыть ребенку доступ в столовую навсегда? – еле сдерживая себя, спросила я.

– Ну а чего на него продукты переводить! – пошла в наступление Анжела Викторовна. – Все дети едят, только он один куксится. И остальным дурной пример подает.

Ну отличное решение, ничего не скажешь! А может хоть так у моего сына появится интерес к новой еде? Да пусть он один чай с хлебом пьет, а остальное оставляет! Я за это деньги плачу все равно. Захочет Максим съесть – съест, не захочет – пусть порция остается.

Но понимания в глазах воспитателя я не увидела. Для нее нежелание ребенка есть садиковские блюда – однозначный повод оставлять того в группе.

Такое чувство неприятное у меня в душе поднялось. Как будто из Максима специально делают прокаженного, изолируют от коллектива. Плохой пример! 

Да я уверена, что половина местных ребятишек так или иначе капризничают за столом и отказываются есть некоторые блюда. Но в столовую не берут именно моего сыночка!

– Мне без разницы, что вы тут решили! – смотря прямо в глаза воспитателю, отчеканила я. – Максим должен ходить в столовую. Снова начнете его притеснять – накатаю такую жалобу, чтобы небо с овчинку покажется.

Анжела Викторовна пыталась меня остановить и что-то лепетать, но я уже пошла к выходу. Была мысль завернуть в кабинет заведующей, но вряд ли та была на месте в столь ранний час.

К счастью, не пришлось прибегать к официальным жалобам. Уже вечером Максим радостно заявил мне, что ходил вместе с остальными детьми в столовую. Он даже похвастался, что попробовал там омлет.

– Мама, было очень вкусно! – с улыбкой произнес ребенок.

Я все еще не могу расслабиться и держу руку на пульсе, так сказать. Каждый день аккуратно спрашиваю сына, кормят ли его в столовой, не обижают ли.

 Пока все нормально, но бдительность свою не планирую снижать. Мало ли что еще учудит воспитатель! Надо держать ухо востро с такой инициативной женщиной, которая радеет за экономию продуктов.