Дочь упорно трудилась в школьной теплице каждый день, а поощрение получил мальчик, который полчаса лениво ковырялся в земле

У нас в школе есть своя теплица. Изначально она рассматривалась как площадка для практических занятий по биологии, химии и технологии. Но ребята под руководством педагога по внеклассной работе стали выращивать там цветы, рассаду томатов и огурцов, петрушку и лук.

Настурция, анютины глазки и васильки предназначались для украшения пришкольной территории. Зелень уходила в школьную столовую. А излишки цветов и зелени, рассада отправлялись на продажу. Когда-то давно ребята выезжали на ярмарку и там продавали то, что вырастили своими руками. Теперь нет необходимости никуда ездить - все продается через интернет.

Вырученные деньги идут на школьные нужды. Ребята получали от своей работы только благодарность, моральное удовлетворение и пятерки по технологии. Но относительно недавно ситуация изменилась.

Администрация школы разрешила привлекать учеников к оплачиваемой работе в теплице. То есть ребята могли приходить туда в свободное время и ухаживать за растениями. Оплата весьма скромная, почасовая, но все же это были деньги, которые реально заработать. 

Фиксированной оплаты не было. Она зависела от того, сколько денег удалось выручить за рассаду и цветы. Часть суммы уходила по-прежнему на школьные нужды, а другая часть делилась на детей, которые работали в теплице.

Конечно, зарплата у ребят была разная. Кто-то работал лучше, кто-то хуже. Некоторые много времени отрабатывали в теплице, были и те, кто забегал лишь изредка. Но в целом логика казалась понятной.

Моей Даше очень нравились хлопоты с землей. Она с удовольствием ездит к бабушке на дачу и помогает ей с посадкой, прополкой и поливом. Мою дочь хвалят учителя, которые дежурят в теплице, даже спрашивают ее совета. Скажем так, она ценный работник.

Даша круглая отличница, и ковыряется в земле она не за пятерки. Это, скажем так, возможность заработать деньги на любимом деле. Дочь ни в чем не нуждается - одежду, книги и вкусняшки мы покупаем ей сами. А вот на свое хобби она тратит свои деньги.

Даша увлекается компьютерными играми, ей дарят их на дни рождения и даже на восьмое марта. Она копит деньги, которые дают ей бабушки и отец. И если есть возможность подработать, она охотно соглашается. И зарплату тратит на свои игры.

- Мам, вышла новая игра! - с горящими глазами сообщила мне дочь. - Я буду работать в теплице каждый день, и смогу купить ее в конце месяца.

Мне эта идея понравилась. Я частенько нервничала, когда Даша подрабатывала курьером или промоутером. Мало ли кто ее обидит, или что-то может случиться? А работа на территории школы - это удобно и безопасно.

Дашка взялась за дело с завидным упорством. Глаза ее горели, она явно поймала в этом некий азарт. Весь месяц после уроков она бежала в теплицу, где ловко пикировала рассаду, поливала, пропалывала грядки, высаживала петунии.

Домой она возвращалась уставшая, но с горящими глазами. Каждый вечер Даша записывала в блокнот количество отработанных часов, что-то высчитывала, предвкушая скорую покупку игры.

День выплаты совпал с пятницей. В конце рабочей недели я всегда устраиваю небольшой праздник - покупаю вкусненькое, готовлю любимые блюда всех членов семьи. Дочка очень любит наши семейные пятничные ужины.

Но в этот раз что-то пошло не так. Даша прибежала домой, тихо разулась и прошла в свою комнату, едва поздоровавшись со мной. Я зашла к ней через пару минут и увидела, как она горько плачет, сжимая в кулаке пару смятых купюр.

- Доченька, что случилось? - спросила я взволнованно.

- Мам, я отработала весь месяц, - всхлипнула Даша, - каждый день без пропусков. Трудилась добросовестно. А мне заплатили столько же, сколько и Максиму из параллельного класса. Он за весь месяц пришел всего пять раз и работал спустя рукава.

- Как же так можно было? - ахнула я, ужаснувшись этой чудовищной несправедливости.

- Мне даже на половину диска не хватит, - плакала Даша. 

У меня внутри все закипело. Дело было совсем не в деньгах - сумма там была символическая, я бы легко компенсировала ее ребенку. Просто у Дашки элементарно растоптали веру в справедливость, обесценили ее честный труд!

На следующий же день я пошла в школу. Инна Евгеньевна. наш директор встретила меня с улыбкой, спросила, какие у меня вопросы. Ну, я и выложила все сразу.

- Объясните мне, пожалуйста, по какому принципу дети получают зарплату за труд в теплице? - спросила я. - Моя дочь пахала весь месяц, каждый день. А заплатили ей совсем копейки. Она что, плохой работник?

- Ну что вы, - покачала головой Инна Евгеньевна, - Даша замечательно работает. Ее всегда ставят в пример, хвалят. Сразу видно, что ребенок знаком с трудом на земле. Просто мы не располагаем большими суммами, сами понимаете. Поэтому оплата по сути символическая.

- Я понимаю, что нет возможности платить больше, - ответила я, - тогда объясните мне, почему мальчик из параллельного класса, который пришел всего пять раз и лениво поковырялся в земле, получил такую же сумму, как Даша?

Директор будто бы и не удивилась. Она развела руками и сказала, что за работу в теплице не предусмотрена фиксированная оплата.

- Мы делим заработанную сумму разумно, - произнесла она, - на усмотрение администрации и педагогов.

- Так в чем тут справедливость? - чуть ли не закричала я. - Если моя дочь отработала больше и лучше, чем другие, разве справедливо платить ей столько же, сколько мальчишке-лентяю?

Но на этот вопрос у Инны Евгеньевны тоже нашелся “разумный” ответ. Она сказала, что моя Даша и так с удовольствием ходит в теплицу. У нее горят глаза, и ей интересен сам процесс, потому-то она и отпахала там целый месяц без выходных.

- А нам нужно стимулировать остальных,  - пояснила директор, - Максиму заплатили больше, чем он заслужил, чтобы замотивировать его и показать, что здесь можно заработать.

Максиму заплатили больше, чем он заслужил, чтобы замотивировать его и показать, что здесь можно заработать.

Она с гордостью сообщила мне, что этот мальчишка теперь тоже хочет ходить. Удивительно, Инна Евгеньевна глядела на меня так, будто ждала, что я тоже порадуюсь за Максима!

Мне стало все ясно, и в дальнейших объяснениях смысла я не видела. В конце концов, речь шла совсем о небольших деньгах. Поэтому я холодно попрощалась с директором и покинула ее кабинет.

Дома же мы поговорили с Дашей. Я купила ей все, что она хочет - и тот самый диск, и заколки для волос и дала денег на карманные расходы. Но заявила, что в теплицу она ходить больше не будет.

Не могу сказать, что дочь очень уж огорчилась. Она получила столько подарков, что тут же забыла о своем огорчении. А “освобождение” от теплицы означало, что у нее теперь будет больше свободного времени.

Учителя все спрашивают у Даши, почему она не хочет больше выращивать зелень и цветы. Она же отвечает чистую правду - мама не разрешает. 

Я ликую - пусть теперь локти кусают, что упустили такого работника. Хотя, по-прежнему, мне немного обидно за дочку. Несправедливость не так-то легко забыть.