– Ну постирают ваши вещи и вернут, чего вы так переживаете? – сказала мне воспитатель в саду

Уже прошло два дня, а я все еще нахожусь в некотором шоке от нашей новой воспитательницы в детском саду. Муж уверяет, что ситуация пустяковая и не стоит из-за нее переживать, но у меня не получается.

Младшая дочь полгода назад начала посещать детский сад. Адаптация, все дела и тому подобное. А я наконец смогла выйти на работу. Просто благословенное время, хотя устаю как собака.

В пятницу вечером прихожу забирать дочку домой, открываю шкафчик, а верхняя полка, где хранится запасная одежда, пуста! Вот буквально пуста. Я думала, что пакетик завалился куда-то вниз, обшарила весь шкафчик, но ничего не нашла.

Для тех, у кого нет маленьких детей. Обычно в садик собирают сменный комплект одежды на всякий случай. Дети же пачкаются, особенно первое время. Кто-то неаккуратно ест, кто-то упал на прогулке в лужу, кто-то неудачно порисовал красками. Обычные дела!

Я тоже оставляла для Вики комплект одежды на смену, пару раз он дочке даже пригодился. Это так, к слову.

Уже и мысли разные в голову лезли. Может муж забрал пакет, когда отводил дочку утром, может кто-то взял по незнанию случайно? Ну долго гадать я не стала – просто пошла к воспитателю. Максимально оттягивала этот момент, потому что отношения у нас с ней не сложились.

Марина Владимировна – человек новый в детском саду, пришла работать прошлым летом. На первом собрании осенью она кидала непрозрачные намеки, что стоит обновить группу. Ну там, игрушки новые купить, принтер ей для работы и ковер с пылесосом. 

Я сразу сказала, что ничего сдавать не буду – детский сад прекрасно финансируется, а поборы я ненавижу всей душой.

– Марина Владимировна, вы не знаете, куда делить запасные вещи моей Вики? – вежливо поинтересовалась я у воспитателя. – Точно помню, что был целый комплект, а сейчас на полке пусто.

– Ой, мы их позаимствовали! – коротко ответила она мне и уже собиралась уйти.

Ну а чего? Ответ она мне дала, а разъяснения не обязана.

У меня же в голове прям табличка вспыхнула: «ТАК СТОП!». Какое еще заимствование? Попросила Марину Владимировну нормально все объяснить.

– Ну у нас одна девочка на обеде облилась супом с ног до головы, – со смехом пояснила мне воспитатель. – А сменной одежды у нее не оказалось в шкафчике. Вот мы у Вики позаимствовали, ваша дочка разрешила.

А я помню, что на полке лежала футболка, легинсы, нижнее белье и носки. И вот это вот все нацепили на чужого ребенка?

– Ой, ну не ходить же девочке мокрой или раздетой! – сказала Марина Владимировна, видя мое недоумение. – Мы детей учим делиться! Это полезный навык.

Вот только моей Вике три года. Она готова делиться последним, потому что не очень понимает последствия. Да и я не готова на такой обмен.

– Почему не позвонили мне и не спросили разрешения? К чему это самоуправство? – едва сдерживаясь, спросила я у воспитателя, которая чуть ли не глаза закатывала во время разговора.

Да-да, Марина Владимировна считала эту ситуацию пустяком. Ну подумаешь, одежду моей дочери сейчас носит другой ребенок. Родители этой девочки же все вернут постиранное потом.

Почему меня нельзя было спросить, я на связи всегда! Короче, вопросов больше, чем ответов.

Я вообще очень брезгливый человек, поэтому ситуация крайне неприятная. Почему одежду взяли только у моей Вики? Но и тут Марина Владимировна меня удивила.

– Просто ваш шкафчик с краю стоит, удобно очень оттуда брать. Мы быстро переодели девочку и продолжили обед, – объяснила она.

Попросила ее больше так не делать. Я против, чтобы одежду моего ребенка носил кто-то другой. Воспитатель приняла мои слова к сведению с мрачным лицом. Еще и упрекнула, что я подаю плохой пример дочери.

– Как она научится делиться, если собственная мать жадничает? – получила я такую претензию.

Посоветовала ей не лезть ни в свое дело. Короче, расстались мы крайне недовольные друг другом. И до сих пор это событие крутится в моей голове. Разве я не права? Надо было спокойно отреагировать, мол, ничего страшного. А я не могу лицемерить!

Теперь еще и с дочкой хочу побеседовать, чтобы не давала никому свою одежду, только мягко, чтобы не огорчить и не вызвать слез.