– Вы же классный руководитель! Обязаны помочь! – родительница не дает мне даже в декрете расслабиться

Аккуратно перехватила ручки пакетов, чтобы ничего не уронить. С моей теперешней координацией можно и самой упасть. А всё эти крутые ступеньки у пункта выдачи, куда я привыкла заезжать.

Уже открыла багажник машины, как услышала знакомый голос.

– Виталина Геннадьевна, вот это встреча! – высокая женщина с короткой стрижкой уже стояла рядом со мной и улыбалась.

Передо мной была мама моего ученика – Кира.

– Всему классу вас так не хватает! – грустно сообщила она. – Вы в сентябре точно не вернетесь?

– Совершенно точно! – подтвердила я. – Хочу быть с ребенком в первые годы его жизни постоянно.

До даты родов оставалось всего ничего. Из пункта выдачи я как раз забирала последние покупки для новорожденного. И встреча с Кирой стала неожиданностью.

– Вы знаете, что учитель, которого назначили вас заменять, вообще не идет на контакт? – поинтересовалась родительница. – Я уже и к завучу ходила, и к директору. Моего Кирилла он практически замордовал.

Пришлось напомнить, что школьные дела меня уже не касаются. Я в официальном декрете с середины апреля. У меня живот на нос лезет, мне волноваться нельзя.

Поспешно распрощалась с Кирой и поехала домой. Пакеты пусть останутся в машине, их старший сын поднимет, когда будет возвращаться с тренировки.

Для многих мой декрет стал неожиданностью. Директор хоть и поздравила, но очень расстроилась, ведь именно ей придется искать человека, который не только будет вести мой предмет, но и возьмет классное руководство в придачу. А мой 7"Б" с трудом можно назвать образцовым классом.

Всего двадцать два ребенка, но зато какие! Половина еще как-то пыталась получать знания, остальные просто плыли по течению. Зато родители сплошь требовали высоких отметок и результатов. Словно это только от меня зависело.

– Ну как же так, Виталина Геннадьевна? – сетовала председатель родительского комитета. – Без вас же начнется форменный бардак.

Извините, но я тут не раб. Я женщина, которая тогда еще готовилась к выходу в декрет. Да, и в тридцать восемь лет можно вполне стать мамой во второй раз!

Своего первого сына я родила, когда еще училась в педагогическом, сейчас сын в десятом классе. Второго ребенка мы с мужем пытались зачать очень долго. Ходили по врачам, сдавали тонны анализов, платили за разные исследования. Оба здоровы, но беременность не наступала. И, когда уже отчаялись, случилось чудо. В начале июня у нас должна появиться дочка.

Звонок от Киры поступил пятнадцатого мая. И снова претензии.

– Виталина Геннадьевна, я уже просто на грани! – стала жаловаться она сразу после короткого приветствия. – Моему Кириллу грозят двойкой в четверти. Ваш заместитель, Николай Игоревич, не хочет помогать. Что делать?

Я в это время собирала сумку в роддом. Занятие интересное, но хлопотное.

– Не понимаю, как я тут могу помочь, – ответила маме ученика, продолжая отбирать вещи для новорожденного.

Кирилла я знаю с пятого класса. Неплохой мальчик, но дисциплина и успеваемость страдают постоянно. Он словно вообще не может усидеть на одном месте. Да что скрывать! Половина мальчиков из 7"Б" ведут себя аналогично. Никаких диагнозов – просто неумение вести себя в школе. И родители почему-то решили, что этот вопрос должны решать именно учителя.

Сколько раз на собраниях я поднимала вопрос дисциплины, но всегда оказывалась крайней.

– Кирилл дома ведет себя хорошо, – постоянно защищала сына Кира. – Не знаю, почему только в школе на него жалуются. Может, вы просто придираетесь?

Обычная позиция родителя: мой сын хороший, это все вокруг плохие.

– Кирилл завалил русский язык, учительница требует сдавать сразу несколько тем, чтобы поставить хотя бы тройку, – продолжала жаловаться Кира. – Вы только вдумайтесь! Моему сыну нужно вызубрить половину учебника!

Я слушала, потому что чувствовала ответственность за детей. Многие годы работы в школе сформировали именно такой стиль поведения. Надо избавляться от этого и ломать себя, иначе спокойно жить не дадут.

– Просила Игоря Николаевича поговорить с учителем по русскому, но он отказался. Представляете? – голос родительницы был полон негодования.

– Вы же знаете, Кира, что учителя не в чем винить. Ваш сын действительно отстает по учебе, – аккуратно напомнила я ей.

Я кучу раз старалась подтянуть Кирилла по своему предмету, договаривалась с другими педагогами о пересдачах и дополнительных занятиях. Но мальчик упорно игнорировал это.

– И что нам теперь делать? – спросила родительница. – Как он с двойкой перейдет в восьмой класс?

Ну, тут вариантов немного: или сдает все зачеты до конца четверти (осталось меньше двух недель), или ходит в школу летом и закрывает свои хвосты.

Кира только фыркнула – они всей семьей летом улетали на отдых. Учеба на каникулах не входила в ее планы.

– Давайте вы в понедельник придете в школу и уговорите русичку сжалиться? – предложила она. – Это ведь ваш класс, вы обязаны помогать детям.

Меня это только улыбнуло. Я официально в декрете. Сейчас еле хожу и жду как манны небесной дня родов. Никуда не собираюсь идти и просить за чужого мальчика.

– Вот вы как! – возмутилась родительница. – Нормальные учителя сначала отпускают детей на каникулы и только потом едут рожать. Да и стыдно в таком возрасте беременной ходить.

Быстро распрощалась с ней и положила трубку. На глаза навернулись слезы. Наверное, это все из-за беременности – я стала слишком чувствительной.

Выпустить детей на каникулы и пойти в роддом… Может, еще и нос им вытирать все лето? А чего нет? Почему-то многие родители считают педагога кем-то вроде бесплатной няньки и аниматора. Но мы тоже люди! Я могу уйти в декрет и не беспокоиться об учениках!