Я против того, чтобы сын танцевал в детском саду на утренниках в крыльях бабочки

Я отец Антошки, пятилетнего мальчишки-сорванца. Мой сын ходит в детский сад. Как-то странно выходит, в моем детстве девчонок было гораздо больше, чем парней. А вот у Антона в группе четырнадцать мальчиков и пять девочек.

Этот вопрос совершенно не волновал меня, когда Антон занимался в детском саду нормальными ребячьими делами- бегал, стрелял из пистолета, пускал мыльные пузыри и собирал железную дорогу. А потом Анна Евгеньевна, наша воспитательница, с восторгом сообщила мне, что у детей теперь будут танцы.

- Зачем в детском саду танцы? - напрягся я. 

Все мои знакомые, которые водят детей на танцы (преимущественно дочерей) платят за это немалые деньги. Мне совсем не улыбалось доплачивать детскому саду за танцы, которые мы “не заказывали”.

- Это для утренников, - объяснила воспитательница, - ребята готовятся к праздникам, выступают. Нашему садику повезло  - у нас есть ставка хореографа, то есть педагога по танцам.

Я кивнул. Сначала мне показалось, что нет ничего страшного в том, что ребенок будет танцевать на утренниках. Жена даже обрадовалась, когда я рассказал ей об этом. 

Вот только Антон возвращался из детского сада недовольный, когда проходили уроки хореографии. Он фыркал, злился, ну а я говорил, что занятия в детском саду очень важны, даже если не очень нравятся. А когда я увидел эти танцы, то сам был крайне обескуражен.

Праздник был посвящен началу весны. Когда мы с женой пришли на утренник, чтобы посмотреть на сына, к нам подошла девушка-хореограф. Она просияла и сказала, что у Антошки очень гибкое тело и он способный парень. Именно поэтому наш сын исполняет главную роль в этом танце.

Когда Антон появился в зале в цветастом костюме и огромных крыльях, я чуть со стула не упал. Как мы поняли с женой, по сценарию он был бабочкой. Да, по плавным движениям сына чувствовалось, что у него есть какая-то расположенность к танцам. Двигался он легко, красиво, демонстрировал гибкость.

Вот только физиономия у Антона была совсем не соответствующая роли бабочки. Он злился, надувал щеки, выпучивал глаза. Мы с женой очень переживали за сына, а зрители в зале хихикали при виде богатыря с надутыми щеками и крыльями бабочки.

После этого утренника мы с супругой подошли к воспитателю и хореографу. Они как раз стояли вместе и беседовали. Увидев меня, они попросили поговорить с сыном.

- Понимаете, сценическое выступление это искусство, - сказала педагог по танцам, - хоть Антон и маленький, а танцует на сцене детского сада, он должен понимать, как важно правильное выражение лица. Оно не должно быть вымученным. Он же бабочка! Так зачем же он надувает щеки и хмурится?

Я не стал говорить хореографу про то, что работа над танцем, включая мимику “актера”, это ее работа. Но заявил, что мой мальчик не должен бегать с крылышками по залу. Это парень, будущий мужчина. И ему очень не нравится вся эта танцевальная история.

Педагоги в один голос стали говорить о том, как танцы развивают тело, координацию движения и способность держать равновесие. Я услышал о том, что этот вид искусства формирует у ребенка представления о прекрасном. 

- При всем уважении к искусству и вам, как педагогам, - произнес я, - мы с женой не хотим, чтобы наш сын порхал по сцене, как бабочка. Ему и самому очень не нравятся танцы.

Хореограф поджала губы. Ей было очень жаль терять Антона, как танцора. Видать, у парня, действительно, имеются выдающиеся способности. Но она пообещала больше не привлекать Антона к “девичьему” искусству.

Вот только свое обещание она выполнила не до конца. Сын вечерами рассказывал нам, что он танцует, но теперь это занятие ему нравится. Даже заговорил о том, что хотел бы посещать специальную секцию или кружок.

- Все-таки сумели склонить парня к тому, что ему не по нраву, - вздохнул я и покачал головой.

- Надо будет еще раз поговорить с воспитателем и хореографом, - поддержала меня жена, - нельзя так давить на детей.

О принятом решении мы сказали сыну, но Антон попросил не запрещать ему танцевать. Он сказал, что хотел бы показать нам на утреннике танец, которому научился.

Ничего хорошего от того утренника мы не ждали. Но когда пришли, то изумлению нашему не было предела.

Под ритмичную современную музыку наш мальчик выдавал нижний брейк. И так лихо у него это получалось, что зрители аплодировали, а другие ребята восторженными криками поддерживали Антона.

Было очевидно, что ребенок в восторге от того, чем занимается. Мы с женой переглянулись и шепнули друг другу, что такие танцы нам очень даже нравятся.

Супруга подошла к хореографу после утренника и поблагодарила за работу с нашим сыном. А она в свою очередь, пообещала привлекать Антона только к таким танцам.