— А почему вы ничего у меня не покупаете? — пристала соседка-пенсионерка

Жизнь в нашем подъезде была спокойной ровно до того момента, пока не случилось два события. Во-первых, Мария Михайловна, жиличка с первого этажа, вышла на пенсию.

Она давно жаловалась, что устала горбатиться на чужого дядю и что мечтает засесть дома и заняться делами. Какими, никто из нас, соседей, которым она все это вываливала при любой встрече, не интересовался. А зря.

Потому что пожилая женщина сдержала слово и вышла на пенсию. И первое, что она сделала в новом статусе, так это организовала чат подъезда.

 — Жильцы у нас какие-то пассивные, ничем не интересуются. Ни вопрос с вами лично не обсудить, ни проблему не поднять, — жаловалась Мария Михайловна.

 — Раз очно никто встречаться не хочет, давайте хотя бы в мессенджере общаться на важные темы будем, — предложила соседка-активистка.

Что ж, деваться нам всем было некуда, поэтому мы покорно добавились в чат подъезда. И тут началось.

С утра летели картинки и поздравления со всеми праздниками, которые только существуют на планете. Вечером телефон звякал пожеланиями спокойной ночи и сладких снов.

Справедливости ради надо отметить, что актуальные вопросы содержания общедомового пространства мы все-таки обсуждали. Общими усилиями установили новый график уборки подъезда, обсудили покраску почтовых ящиков и высадку цветов на газоне.

А затем что-то щелкнуло в голове Марии Михайловны, поскольку начала она использовать общедомовой чат как свой персональный онлайн-магазин. Случилось это в середине лета, когда пошел первый урожай ягод и овощей.

— В наличии два ведерка малины и черной смородины. Цена в личные сообщения, — написала однажды в чат соседка с первого этажа.

Видимо, малину и смородину все-таки купили, потому что на следующий день Мария Михайловна продавала уже что-то другое. Я особо не вчитывалась, видела только, что торговля, по всей видимости, шла у соседки довольно бойко.

Когда дары дачи иссякли, бодрая старушка начала предлагать соседям…выпечку собственного изготовления. Да-да, вы не ослышались.

Находчивая пенсионерка начала выпекать пирожки и продавать их своим же соседям в чате.

— У меня четыре внука и скоро пятый появится на свет. Разве на такую толпу пенсии хватит? — сетовала при встрече Мария Михайловна. — Вот и приходится выкручиваться.

Знаете, я бы и слова против не сказала. В конце концов, не мое дело, как и для чего соседка использует домовой чат.

Если остальных соседей все устраивает, да ради бога, делайте что хотите. Хоть курами торгуйте, мне-то какое дело.

Но ведь из-за этой самой торговли у меня начался конфликт с Марией Михайловной! Встретила она меня как-то раз на лестнице и выкатила неожиданную претензию.

— А вы почему у меня ничего не покупаете?! — строго посмотрела на меня соседка.

— Разве я обязана быть вашим постоянным покупателем? — опешила я.

— Конечно. Весь подъезд у меня то ягоды, то пирожки берет. Только от вас никакой пользы, — нахмурилась Мария Михайловна.

Я сказала, что пирожки не ем, а ягоды мне моя мама с дачи привозила. Чужих мне не надо, потому что я банально такое количество не съем.

— Ну и что с того, можно компоты делать или замораживать, — не унималась соседка. — Неважно, что вы с покупкой делать будете. Главное, купить и мне помочь.

Нормально вообще? Может, спрашиваю, мне сразу часть своей зарплаты вам приносить.

Мария Михайловна завела было старую песню о том, что у нее столько внуков.

— Я никакого отношения к вашим внукам не имею. Об этом должны думать их родители, а не я, — перебила я соседку. — Если завтра у вас появится еще сто спиногрызов, нам что, всем подъездом вас содержать придется?

Мои слова взбесили пенсионерку. Начала она кричать, что я невоспитанная и недружелюбная. Соседи, дескать, так не поступают.

— Добрые соседи должны помогать друг другу. А от вас не то что помощи, слова приятного не дождешься, — обвиняла меня в черствости Мария Михайловна.

Я даже слушать ее бредни не стала. До свидания, сказала, всего вам хорошего. Развернулась и пошла к себе.

Думаете, на этом все? Как бы не так. Соседка пошла трепать языком по всему дому. Выставила меня каким-то моральным уродом.

Я, дескать, негативно высказалась о ее торговле и чуть ли не к черту послала ее пирожки. Теперь на меня все смотрят, как на чудовище. Как, мол, посмела с бедной женщиной так обойтись.

Мне, конечно, неприятно, но ведь на чужой роток не накинешь платок. Приходится терпеть поклепы.