Проучила соседей, которые постоянно лезли с советами и расспросами

Сижу на веранде, смотрю на соседский участок через эту несчастную сетку-рабицу. Анна Сергеевна опять у забора крутится, якобы малину собирает. Малина-то с другой стороны растет, но ей оттуда меня не видно.

Купила я эту дачу полгода назад. Прошла через тяжелый развод год назад, хотелось начать жизнь с чистого листа. В городе все напоминало о бывшем – наша любимая кофейня на углу, парк, где гуляли, даже вид из окна. Решила – нужно место, где буду только я. Никаких общих воспоминаний, никаких случайных встреч.

Дача показалась идеальным вариантом. Небольшой домик, шесть соток, старый сад. Тишина, покой, никто не лезет с расспросами. Или так мне казалось.

Первый сюрприз ждал сразу – забор между участками. Вернее, его отсутствие. Старая ржавая сетка высотой полтора метра, через которую все видно насквозь. Даже странно – с других сторон нормальные заборы стоят, а тут будто специально оставили окно в чужую жизнь.

Соседи – пара предпенсионного возраста. Анна Сергеевна и Николай Петрович. Она – бывшая учительница, он – молчаливый мужик неопределенной профессии. Познакомились в первый же день.

– О, новенькая! – Анна Сергеевна материализовалась у сетки, едва я начала разгружать вещи. – Я Анна Сергеевна, это мой муж Николай Петрович. Мы тут уже двадцать лет!

Поздоровалась, представилась. Думала, на этом знакомство закончится. Наивная.

Следующие недели превратились в реалити-шоу "За стеклом". Стоило мне выйти в сад – Анна Сергеевна тут как тут. То советы по огороду дает, то расспрашивает о личной жизни, то просто стоит и смотрит.

– Марина, а что это вы сажаете? А правильно сажаете? А удобрения какие? А мужа почему нет? Развелись? Ой, как жалко! А дети? Тоже нет? Ну ничего, еще найдете!

Николай Петрович молчал, но тоже наблюдал. Особенно когда я в шортах и майке работала. Взгляд такой... липкий что ли.

Через месяц не выдержала. Решила – поставлю нормальный забор. Подошла к соседям с предложением:

– Анна Сергеевна, Николай Петрович, давайте заменим сетку на нормальный забор? Я все расходы возьму на себя.

Реакция была бурной.

– Забор?! – Анна Сергеевна всплеснула руками. – Да вы что! У меня там фасоль растет, ей солнце нужно! И вообще, мы привыкли к простору, к открытости! Правда, Коля?

Николай Петрович кивнул, не отрывая взгляда от меня.

Пыталась уговаривать. Предлагала разные варианты – деревянный, металлический, даже живую изгородь. Бесполезно.

– Нет и нет! – отрезала Анна Сергеевна. – Мы против! И вообще, что за секреты? Мы же соседи, должны друг другу доверять!

Доверять. Ага. Особенно когда она комментирует каждый мой шаг.

Терпела еще месяц. А потом решила – раз хотят прозрачности, получат ее в полном объеме.

Купила купальник. Не просто купальник – произведение искусства. Черный, открытый в стратегических местах, на завязочках. В таком на пляж не всякая решится выйти.

В следующие выходные вышла в сад. В том самом купальнике. Анна Сергеевна как раз возилась со своей фасолью.

– Доброе утро! – помахала я ей.

Она обернулась и застыла с открытым ртом. Николай Петрович, копавший грядку, выронил лопату.

Не обращая внимания на их реакцию, занялась делами. Полола грядки – с глубокими наклонами. Поливала цветы – высоко поднимая лейку, собирала клубнику 

Анна Сергеевна пыталась что-то сказать, но слова не находились. Николай Петрович вообще замер столбом.

На следующий день – то же самое. Только купальник другой – красный, еще откровеннее.

К концу недели Анна Сергеевна сдалась. Подошла к сетке, глаза в землю:

– Марина, мы тут с мужем подумали... Может, вы правы насчет забора. Давайте поставим. Хоть какой хотите.

– Вы уверены? – невинно спросила я. – А как же фасоль? Простор? Открытость?

– Да ну ее, эту фасоль, – махнула рукой она. – И простор... переоценили мы его значение.

Николай Петрович за ее спиной кивал как китайский болванчик.

Могла бы согласиться. Но знаете что? Передумала.

– Спасибо за предложение, – улыбнулась я. – Но я уже привыкла. И бюджет весь на теплицу потратила. Может, в следующем году.

Анна Сергеевна побледнела. Николай Петрович, наоборот, покраснел.

С тех пор прошло два месяца. Конечно, в купальниках я больше не хожу, только если мои драгоценные соседи полезут с расспросами или советами. Но Анна Сергеевна стала гораздо менее любознательная. Увидит меня – сразу в дом убегает. Зато Николай Петрович теперь постоянно в саду. Что-то копает, поливает, обрезает. Всегда лицом к моему участку.

Вчера Анна Сергеевна подруг привела. Сидели на веранде, чай пили. Потом одна из них говорит:

– Ань, а что это твой так загорел? Раньше же в саду не любил работать.

– Полюбил, – буркнула Анна Сергеевна и покосилась в мою сторону.

А я сижу в новом купальнике – белом, таком же открытом – и улыбаюсь. Забор так и не поставила. Зачем? У меня теперь самые образцовые грядки в СНТ. Помидоры как на выставке, огурцы рекордные, клубника – загляденье.

И главное – никто не лезет в душу. Тишина, покой, птички поют. Все как я хотела. Только иногда слышу, как Анна Сергеевна шипит на мужа:

– Хватит пялиться! Иди в дом!

Но он не уходит. Стоит со шлангом и "поливает" одну и ту же грядку часами. Думаю, к следующему лету соседи подкопят денег и поставят-таки забор!