Сосед любит материться, а на мои просьбы не делать этого при моих детях вообще не реагирует

С недавнего времени слышать из соседней квартиры постоянную нецензурную брань стало частью моего быта.

Я вот не понимаю, как можно жить вечно в атмосфере ненормативной лексики и низких пошлых шуток. Неужели таким людям самим не тошно?

Мат я регулярно начала слышать с тех пор, как рядом с нами стал жить сосед по имени Миша. Он очень эмоциональный парень и никогда не сдерживал себя в выражениях. И, в целом-то, это его личное дело.

Только вот, во-первых, у нас в доме тонкие стены. Во-вторых, у нас обоих открытый балкон, разделенный почти картонной перегородкой. 

В-третьих, Миша часто разговаривает по телефону на лестничной площадке и на улице. В общем, есть много причин, по которым его лексику слышат мои маленькие дети.

Первый раз я слышала от него мат, когда мы как раз возвращались с прогулки. Я оглянулась в ужасе, когда он ругался на кого-то по телефону, не стесняясь в выражениях. 

А моим детям три и семь лет, у них как раз формируется словарный запас. Что младшая, что старший с жадностью улавливают каждое новое слово. 

Понимая, что привычки соседа скажутся на них не лучшим образом, я решила поговорить с ним. Вежливо, но твёрдо, объяснила, что, возможно, не стоит так себя вести, учитывая, что мы все живём в одном доме.

На мои слова он только усмехнулся. 

— Ой, да подумаешь! — легкомысленно отмахнулся от меня Миша. — Дети должны знать настоящую жизнь! Без мата и ругани — никуда! Думаешь, они этого в детском саду не услышат? Или в школе не научатся?

Я просто ахнула от его ответа. У меня все вскипело внутри, но в тот момент я не решилась продолжить конфликт. Еще раз сказала, что мне бы не хотелось, чтобы мои дети от него это слышали и понадеялась, что сосед все поймет. 

Но после нашего разговора ничего не поменялось. Даже когда я с детьми ехала с Мишей в одном лифте, он разговаривал по телефону и не мог даже несколько минут не материться!

А потом моя дочка как-то подхватила одно из выражений соседа! А у нее сейчас такой возраст, если ей какое-то слово понравилось, то она будет повторять его без передышки несколько дней. 

Еще через несколько дней я поймала и сына. Когда он думал, что я его не слышу, то разговаривал с другом и матерился! Конечно, с сыном я поговорила, но осадочек остался.

Однако стало очевидно, что вопрос с соседом надо решать.

— Миша, давай поговорим как взрослые люди, — сказала я соседу, когда мы в очередной раз столкнулись на лестничной клетке. — Мне не нравится, что мои дети уже подхватывают твои словечки и используют их в своем лексиконе.

— Слушай, ну и ты меня пойми, — сказал Миша. — Я взрослый человек. У меня свой сформировавшийся стиль речи. Почему я должен от него отказываться? Я же не тебя матами крою, и не твоих детей. И не агрессивно это делаю обычно. А мат — это часть жизни. И если твои дети услышат его не от меня, то от кого-то другого. Просто относись к этому проще.

— Ты удивишься, но в общественных местах не так много людей матерятся. А в присутствии детей многие, кстати, сдерживаются, — заметила я.

Он меня не услышал. Однако вскоре я поняла, как на него можно воздействовать. Через пару месяцев у Миши поселилась девушка. И я быстро поняла, что она ревнивая.

Поэтому я стала делать все, чтобы вызвать ее ревность. Часто заглядывала к ним в квартиру то в халате, то в коротких шортах. Просила то соль, то муку, то кран посмотреть. 

Каждый раз, когда видела Мишу с его пассией, строила ему глазки и начинала какой-нибудь разговор. И видела, как она злится и злобно смотрит на него. 

Через пару недель сосед пришел ко мне сам.

— Зачем ты так себя ведешь? — спросил он. — Чего от меня хочешь?

— Ты знаешь, — ответила я. — Перестань материться при моих детях.

— Так ты из-за этого? — дошло до него. — Блин, ну ты… чокнутая!

Материться он перестал. И с девушкой у них отношения вроде как наладились. Слава богу, и дети у меня тоже быстро забыли крепкие выражения, которые услышали от соседа.