Сосед наглел с каждым днем – решил почти бесплатно снять мою пустующую квартиру

Некогда мы с родителями жили на одной лестничной клетке. Две двушки – дверь в дверь.

Очень, кстати, удобно. Можно присматривать за стариками, постоянно быть рядом с ними, при этом не пересекаясь напрямую. Даже жена радовалась такому соседству. 

«У меня душа за тебя спокойна», – говорила она иногда.

Потом родители умерли. С разницей в полгода. Просто от старости – я даже не помню причины их смерти, прописанные в документах. Да и имеет ли это значение? 

Были люди, а тут вдруг р-р-раз, и ушли. Они-то ушли, а вот двухкомнатная квартира осталась. Не самая плохая. Я там незадолго до печальных событий легкий ремонт сделал. Опять же, район престижный.

Подумали с женой, чего можно сделать с унаследованными квадратными метрами, и решили их сдать. 

Продажу сочли нерациональной. Это ж актив, да еще какой. Деньги могут обесцениться. Сгореть. Их могут украсть. А квартира даже после, не дай бог, пожара останется дорогой ликвидной собственностью.

Подали объявление, пару дней поотбивались от настырных риелторов, а затем получили предложение от соседа Бориса, живущего с нами на одной лестничной клетке.

- Сдайте мне, - сказал он, заглянув к нам как-то раз вечером. - У меня мама одна живет в области. Мне к ней ездить недосуг. А тут все под рукой будет.

- Хм… Ну почему бы и нет, - я был не против, потому что Боря всегда казался человеком адекватным и неплохо зарабатывал. - Я тебе даже скину немного в цене.

- Это здорово и правильно, – сосед как-то странно то ли хихикнул, то ли хрюкнул. - Мы ж свои люди. Договоримся и сочтемся.

Итак, изначальная цена аренды квартиры моих почивших родителей – 25 тысяч рублей в месяц плюс коммуналка. 

Кому-то покажется дороговато, но это почти центр крупного города. Примерно столько она и стоит. Я ж не с потолка цифру взял. Предварительно изучил рынок и проконсультировался со знающими людьми.

Это же, соответственно, Борису и озвучил. Тот сперва со всем согласился, руку мне пожал. Но договор подписывать не торопился. Сказал, что немного подумает, ибо дело ответственное и спешки не терпит. А потом вдруг принялся торговаться, да так активно, что я даже растерялся от напора.

- Мы люди не чужие, правильно? Значит, мне полагается скидка. Давай не 25 будет, а, скажем… 23. А что, по справедливости же.

- Почему бы и нет, - я решил, что много не потеряю, тем более что делаю благое дело – Боря ведь для матери квартиру искал, а не для собственных хотелок.

Но договор опять не подписали. Борис сказал, что еще немного подумает. Я напрягся, но пока еще не беспокоился. Он ведь человек надежный, ага. И, главное, честный. Такой, что прямо светится по ночам. Ирония, увы, горькая.

Спустя еще пару дней сосед пошел в атаку. Я даже слова другого подобрать не могу. Настолько обнаглел, что, казалось, хотел у меня квартиру вообще бесплатно оттяпать.

- Ты ведь сам знаешь недостатки дома, - запричитал он, заглянув в очередной раз с угощением в виде почти просроченной шоколадки. - Лифта грузового нет, а тот, что есть, не скоростной. Мусоропровод заварен, надо на помойку ходить. Соседи снизу алкаши. Нет-нет, да пошумят. Давай еще немного сторгуемся?

- Например, сколько? - у меня был «лимит цены», ниже которого я бы не скинул, но Боре его, конечно, не озвучивал.

- За 10. И половина коммуналки с меня. А что, неплохие деньги. Где ты сегодня столько из ниоткуда возьмешь? Считай, делать ничего не нужно, а бабосики в кармане.

- Да пошел-ка ты к лешему. Лифт у него, понимаешь ли, не скоростной. Теперь даже за 25 тебе не сдам. Нашел дурачков!

- А по такой цене ты вообще никогда не сдашь, - закричал было Боря, но я захлопнул дверь перед его носом.

Сдал именно за эти деньги уже через неделю. Молодой семейной паре – ребята только поженились и искали свое первое «гнездышко».

 Борис же потом на меня волком полгода смотрел. Предлагал выселить арендаторов и пустить его за 20 тысяч. Конечно, отказался. Из принципа – даже переговоры не вел.