Соседка пыталась доказать, что мой сын мусорит в подъезде, но когда всплыла правда, покраснела и опустила глаза

Грязь в подъездах – большая беда. Впрочем, в последнее время ситуация стала потихоньку исправляться. Если еще лет пятнадцать назад в средней многоэтажке шагу ступить было некуда от мусора, то теперь граждане стали более ответственными. Но нас эта благодать, увы, обошла стороной – вдруг появился срач.

На всех этажах окурки, пустые бутылки, уличная грязь, явно смазанная с ботинок. И кто мог бы таким заниматься? Свиней в доме нет и не было. 

Впрочем, соседка Лариса Семеновна виноватых нашла быстро – моего сына и его друзей. Только промахнулась – Виталя по подъездам не сидит и не курит. Он спортсмен. И товарищи у него соответствующие.

- Почему вы решили, что гадит мой сын? - спросил я у Семеновны, когда она снова пришла катить бочку на Виталика. - Хоть раз его на лестничной клетке видели? Да и компаний не водит. С друзьями общается или в школе, или в спортивном зале.

- А мне и видеть не надо. Он молодой. А вся молодежь в нашем мире такая – гадят и за собой не убирают. То ли дело мы, люди пожилые, старой закалки, - соседка горделиво ткнула себя в тощую грудь. - У нас принципы есть. Понятия. Мораль. Или ты своего щенка в узде держишь, или я найду на него управу.

- Совсем с ума сошла, старая? - нагрубил я бабке сгоряча. - Ты сперва докажи, а потом предъявляй.

Соседка не обиделась. Лишь посмотрела на меня с чувством собственного достоинства и растворилась во мраке подъезда, похожего на свинарник из-за грязи.

Вы, наверное, думаете, почему я, раз такой умный, не взял швабру, ведро и мешки для мусора, да не навел порядок? А потому что не надо было меня задевать. 

Я не против чистоты – сделал бы это легко и непринужденно, если Лариса Семеновна не зацепила бы меня за самое дорогое. За сына. Молодой он, видите ли. Вредителя нашла. Тьфу.

Этим разговором противостояние, конечно, не ограничилось. Каждый раз, когда соседка находила в подъезде очередной бычок, бутылку или обертку, бежала ко мне с претензиями. Виталю однажды выловила во дворе и наорала на него прямо средь бела дня. Унизила, сволочь, ребенка! А довод один – раз молодой, значит, виноват. Точка. Апелляции не принимаются.

И вот после очередного выступления Ларисы Семеновны я решил провести собственное расследование. Времени свободного было много, ибо как раз начался отпуск, так что взялся за дело основательно. 

Стал буквально дежурить в подъезде – выслеживал того, кто гадил. Кто кидал окурки и оставлял бутылки. Кто чистил свою грязную обувь прямо около лифта.

И вот что обнаружил… Среди мусорящих не было НИ ОДНОГО молодого. Не то что ребенка, но даже человека моего возраста. Вредителями оказались старики. 

Вот в подъезд зашел какой-то неизвестный дед, махнул чекушку и кинул пустой флян на пол. Бабка с пятого этажа палкой отодрала собачью какашку с подошвы и бросила ее у лифта.

Но самое интересное, что основной ущерб нанесли гости Ларисы Семеновны. В один из вечеров я увидел, как из ее квартиры вышли две бабки и два деда. 

Покурив около окошечка на этаже, они оплевали все вокруг себя, сожрали по конфете, бросили фантики на пол и укатили на лифте, матерясь и хохоча. Это ж ведь явно не мой сын с друзьями, правда?!

- Что скажете? - поинтересовался я у поникшей соседки, показав ей видео с доказательствами вины стариков. - Детей нет. Подростков нет. Только ваши ровесники. Мало того, ваши же друзья.

- Это провокация. Ты подделал. Мои товарищи такого сделать не могли. И все остальные тоже нарисованные. Мошенник!

- Ой ли? А давайте эту запись отнесем участковому. Интересно, что же он скажет?!

- На улице холодно курить, вот они в подъезде и подымили. Подумаешь... И бычки выкидывать тяжело – нагибаться надо. Мы с ними по выходным в карты играем. Мне с людьми по-твоему не общаться?!

- Общайтесь сколько хотите. Просто пусть они не мусорят. А вы не обвиняйте моего сына во вредительстве.

Дело кончилось тем, что Лариса Семеновна принесла глубокие извинения мне и Витале, после чего убралась в подъезде. Позвала своих мусорящих и матерящихся друзей и вместе с ними навела порядок. 

Не жестко ли я поступил? Возможно, стоило и мягче. Но не надо было обвинять моего сына почем зря, и не нужно крыть молодежь последними словами!