Дети решили спасти овцу от «верной гибели» и провели полноценную спецоперацию

Далеко не все братья с сестрами ладят и становятся настоящими друзьями. Обычно отношения их ограничиваются, в лучшем случае, отсутствием зла, а со временем просто сходят на нет. У меня, например, так и было. 

Поэтому я несказанно обрадовался, узнав, что мои детки Толик и Машенька живут буквально на одной волне.

Погодки, ему восемь, ей семь, вместе круглые сутки. И играют рядышком, и читают что-то, и проводят специальные операции. Вот это я сейчас сказал почти серьезно – детишки недавно выжгли такое, чему иной ФСБшник позавидовал бы. А началось все мирно-тихо – мы с малышами завалились в гости к моей маме в деревню.

Толя с Машей, попав на лоно природы, сразу нашли себе подругу – овцу, густо заросшую шерстью, упитанную и умную по меркам своего вида. 

Кормили ее травой, пытались кататься верхом и даже, кажется, учили говорить. Безрезультатно, само собой, но животное прониклось к детям не то доверием, не то теплотой. У нее аж глаза блестели при виде ребят!

Спустя пару недель после приезда мы с матерью решили отвезти овцу на местную мельницу и постричь ее там. 

Ну да, на мельницу – именно там оказывают своеобразную услугу. И там же можно сдать шерсть, выручив немного денег. Животина у нас, правда, лишь одна, но, как говорится, чем богаты, тем и рады.

- Завтра овцу стреножу с утреца, закину в кузов. Потом вместе поедем, и под ножницы ее, - говорил я маме под осуждающим взглядом ребятни.

- Ага. Сразу тогда сдадим, а назад налегке поедем, - ответила родительница и с готовностью кивнула головой.

- Это вы про нашу овечку Долли?! - поинтересовалась дочь, выпучив глаза.

- Да, про нее. А что? Не бойтесь, - я приобнял детей. - Ей не будет больно. Быстро – чик, и все закончится.

- Ого… - хором выдохнули Толик с Машкой, а я, не чуя подвоха, отправился спать.

Утром встал, умылся, перекусил и пошел в сарай треножить овцу. Не то чтобы простое мероприятие – она ж сильная и не самая маленькая. Сперва ее вообще надо поймать! Но, как говорится, дело боится мастера, и я исполнил бы все идеально, если бы животное оказалось на месте. Открыл загон, а копытной твари и след простыл.

Бегом ринулся в дом и на ходу заглянул в комнату к детям. Хотел просто проверить, сладко ли спится в бабушкином доме, не замерзли ли, не страшно ли им. 

Нет, не страшно и не холодно. Потому что их на месте тоже не оказалось – как в воду канули. Я ведь даже сперва о самом плохом подумал – похитили.

Уже через полчаса на ушах стояла вся деревня от первого до последнего двора. Некоторые мужики вооружились рациями, другие взяли вилы. Наверное, фильмов пересмотрели. Посовещавшись, двинулись на поиски большой толпой. Часть народа прочесывала поля, другая отправилась в лес. Трое парней на лодке пошли по реке… Жуть.

Бегали, метались. Я лично себе чуть ноги не переломал, когда продирался сквозь чащу. И вот ближе к вечеру на лесной полянке мы увидели ИХ. 

Овечку, лежащую на земле, и сидящих рядом с ней Машу и Толика. Причем животное было прибито колышком, а малыши лопали украденный в буфете хлеб. Вот ведь предусмотрительные!

Зверушку вернули в загон, сына с дочерью хотел было отшлепать за побег, но растрогался до такой степени, что даже голос на них не поднял. Ну а потом, уже дома, посадил детей на диван и задал главный вопрос:

- Какого черта вы творите? Зачем сбежали и овцу с собой прихватили?!

- От смерти спасали, - мужественно ответил Толик, крепко взяв сестру за руку. - Мы слышали, как вы с бабушкой вчера ее зарезать собирались.

- Чего?.. Да никто вашу Долли… или как там… не собирался резать! Мы хотели просто ее постричь и сдать шерсть в скупку. Заработать немного денег, если так понятнее.

- Как же это ваше «чик» и «под ножницы»?! - возмутилась Машенька.

- А чем по-вашему овец стригут? Лопатами?! Тьфу.

Смеялись всей семьей. Даже дети, по заслугам получившие леща, хихикали над своей «спецоперацией». Мама же, то есть счастливая бабушка двух внуков-хулиганов, дала честное и благородное слово не пускать овцу на мясо. Так и сказала: «В следующем году приедете, а она вас встречать будет». Не знаю, сдержит ли родительница слово, но говорила убедительно!