Соседи переругались из-за моей канарейки между собой, а потом накинулись на меня

Канарейку Сему мне подарили друзья на день рождения. Вообще я к животным равнодушна, и все мои приятели об этом знают.

Но однажды черт дернул меня поделиться с лучшей подругой Викой детской мечтой. Призналась ей, что с детства мечтала иметь певчую птичку дома.

— Приходишь домой, а тебя встречают прекрасными песнями, — сказала я.

Вика только хмыкнула в ответ. А на день рождения она и еще парочка шутников подарили мне Сему. Строго говоря, он кенар, то есть самец.

У канареек так: самые красивые трели выводят именно мальчики. Девочки бубнят нечто невразумительное, что вам точно не захочется слышать еще раз.

К счастью, содержать канареек достаточно просто. Нужно купить большую клетку, расставить в ней жердочки, обеспечить птицу водой и кормом, а также не забывать про уборку и возможность размять крылья.

Не все кенары начинают петь сразу, как оказываются в новом доме. Сказывается стресс, усталость, апатия. Но мой Сема запел на второй же день. Да как красиво!

Клетку я поставила на кухне, но периодически переносила в другие комнаты. Например, когда готовила что-то слишком ароматное, убирала Семку в зал, чтобы он не портил себе аппетит и не дышал вредными испарениями.

Соседи, и это неудивительно, сразу же узнали, что у меня появился необычный питомец. Первой высказалась бабуля, которая живет как раз за стенкой.

— До чего же приятно слушать твою птичку. Встаю с утра пораньше и усаживаюсь на кухне, чтобы насладиться ее трелями. Как в весеннем саду! Спасибо тебе, дочка!

Не за что, говорю, баба Маша. Друзьям моим спасибо, такой вот необычный подарок сделали, чтоб их.

Соседи справа, а моя квартира располагается по центру, тоже положительно отзывались о моем Семе. Мол, будит их своими песнями, как заправский петух.

— И будильника не надо, встаем по твоей канарейке, — со смехом сказала соседка.

Я успокоилась. Подумала, что раз тем, кто живет в непосредственной близости, неудобств мой кенар не доставляет, то все в порядке. Ага, сейчас.

Сема жил у меня примерно уже месяц. Мы с ним выстроили режим, который оптимально подходил нам обоим. И тут приперлась соседка снизу. Да не одна, а со своим ребенком.

— Мой Мишенька очень любит птичек. А у вас, как мы слышим, как раз одна завелась. Мы очень-очень хотим на нее посмотреть.

Я опешила. В каком, говорю, смысле посмотреть. У меня вроде бы не зоопарк, посетителей я не пускаю.

— Понятное дело, что не зоопарк. Но ведь Мишенька ребенок, ему можно. Мы на минутку зайдем, птичку посмотрим и сразу уйдем. Вы даже не заметите, что мы приходили, — настаивала соседка снизу.

Нет, говорю, простите, никак не могу удовлетворить вашу странную просьбу. А если мне захочется ваших питомцев посмотреть, вы меня что, вот так свободно в квартиру пустите.

Мишина мама вздернула брови. Вы же, говорит, взрослая, а мой сыночек еще маленький, ему все интересно.

— Сходите в зоопарк, — посоветовала я и закрыла дверь. Соседка закричала, что раз так, то она мне еще покажет.

И начала на меня везде жаловаться, представляете! Сначала пришла ко мне старшая по подъезду. Твоя, говорит, птица не дает людям спать.

Тут высунула нос любопытная бабуля слева. Что-что, говорит, кто это кому мешает спать.

— Я прекрасно засыпаю и просыпаюсь с птичкой. А если кто-то через три этажа жалуется, так у него с головой проблемы! — заявила баба Маша.

Старшая по подъезду руки в боки. Жильцы, говорит, обязаны согласовывать шумных питомцев с остальными жителями. Нельзя, мол, вот так заводить соловьев и прочих певцов.

Тут и соседка справа вышла на шум голосов. Совсем, говорит, вы сдурели, заняться больше нечем. Клумбы вон, мол, все вытоптали, лучше бы на них внимание обратили, чем к бедным птицам приставать.

Я тоже в стороне не осталась. По всем, говорю, правилам я имею полное право хоть крокодила дома держать. Давайте, говорю, собирайте комиссию и замеряйте шум от моего Семы.

— Допустимых норм он не превысит! ― сказала я и ушла к себе, не дослушав старшую.

Думаете, история закончилась? Как бы не так! Через пару дней стучит ко мне баба Маша. И без приветствий сразу к претензиям.

Мы, говорит, из-за твоей птицы в подъезде все переругались между собой. Жить, мол, невозможно стало.

Нормально, отвечаю, а я тут причем, если вам делать нечего, как ходить и спорить с кем-то. И не ругайтесь ни с кем, пусть говорят, что хотят. Их право. А мое право заводить хоть птиц, хоть рыб, хоть змей.

Мы с Семой живем тихо и вам всем того желаем. Какие к нам могут быть претензии, не понимаю.